Чтение онлайн

Таким образом, причиной и следствием, строго говоря, являются не просто некоторые материальные объекты, а изменения объектов. В качестве причины выступает некоторое изменение одного объекта, следствием является некоторое изменение другого объекта. Если бы объект не претерпевал изменений, он не смог бы воздействовать на другой объект. Поэтому причиной является не объект или его «состояние», а изменение объекта или его «состояния». «Действие одной вещи на другую возможно лишь при условии изменения самой действующей вещи. Невозможно изменить нечто, не испытав изменение самому» [297] . Итак, причинность определяется как такое воздействие одного объекта на другой, при котором изменение первого объекта (причина) предшествует изменению другого объекта и необходимым, однозначным образом порождает изменение другого объекта (следствие).

При анализе причинности часто выделяют категорию причинности, принцип причинности и закон причинности. Содержание категории причинности обычно раскрывается в суждении вида «А есть причина Б», принципа причинности — в суждении вида «Всякое событие имеет причину и следствие», закона причинности — в суждении вида «Одинаковые причины в одинаковых условиях порождают всегда одинаковые следствия». Однако такое разграничение категории причинности, принципа причинности и закона причинности представляется неоправданным, поскольку здесь лишь расчленены моменты, характеризующие причинность. То, что называют принципом причинности, фактически эквивалентно утверждению об универсальном характере причинности. Аналогичное утверждение можно было бы высказать относительно любого атрибута («всякий объект имеет качество», «всякий объект имеет возможности» и т. п.).

Можно было бы каждую категорию, отражающую атрибут материи, расчленить на «категорию», «принцип» и «закон». Применительно к мере это, скажем, могло бы звучать так: категория меры: «Мера есть единство количества и качества»; принцип меры: «Всякий объект имеет меру»; закон меры: «Зависимость качества и количества имеет функциональный характер». Однако такое расчленение содержания категории меры на категорию, принцип и закон не несет какой-либо новой информации для ее понимания по сравнению с тем, как это давалось выше. Выделение некоторого аспекта категории в «принцип», по-видимому, оправдано лишь постольку, поскольку в определенных случаях возникают сомнения в том, отражает ли эта категория атрибут материи; тогда имеет смысл сформулировать соответствующий принцип.

Традиционное понимание причинности можно конкретизировать и детализировать в следующем направлении. В определении причинности говорится об изменении объекта. Но изменение объекта — это переход из некоторого его возможного состояния в действительное. Поэтому определение причинности может быть представлено следующим образом: (Xв — >Xд) — >(Yв — >Yд), где Xв — возможное состояние объекта X, Xд — действительное состояние объекта X, Yв — возможное состояние объекта Y, Yд — действительное состояние объекта Y. Стрелкой обозначено наличие однонаправленной устойчивой связи между переходами от возможного к действительному в разных объектах («необходимой производительности»). Такого рода связь объективно существует, т. е. объективно существует отношение зависимости реализации некоторой возможности в одном объекте от реализации некоторой возможности в другом объекте. Примеры: появление ветра — > перемещение парусника; движение Луны — > приливы и отливы; внесение удобрений — > повышение урожая; прохождение электрического тока в проводнике — > отклонение магнитной стрелки; размножение бактерий в крови — > заболевание человека; и т. д.

Поскольку причинность существует объективно как зависимость между переходами возможного в действительное, следует учесть, что в объекте в общем случае может быть множество возможностей. Не случайно одна из распространенных формулировок причинности звучит так: «Если произойдет х, то обязательно произойдет у». Данная формулировка выявляет тот факт, что в причинности происходит объективный синтез случайности и необходимости. В этой формулировке слово «обязательно» подчеркивает момент однозначности, необходимости, а слово «если» — момент случайности. Сказанное можно пояснить следующим примером.

Немецкий химик Греве в XIX в. долго и безуспешно пытался получить краситель индиго из растительного сырья искусственным путем. После многих неудач в одном из опытов реторта окрасилась в синий цвет. Повторение опыта — опять неудача. Греве решил найти причину единственного удачного опыта. Анализ всех обстоятельств опыта показал, что экспериментатор перед опытом случайно разбил ртутный термометр и какие-то очень малые количества ртути попали в реторту. Ртуть оказалась катализатором, ускорившим процесс образования индиго, который при отсутствии катализаторов протекал чрезвычайно медленно, что не позволяло получить индиго в заметных количествах.

Таким образом, имеется следующая зависимость:

(возможность появления ртути в реторте — > появление ртути в реторте) — > (возможность ускорения реакции образования индиго — > ускорение реакции образования индиго). Ускорение реакции образования индиго было необходимо лишь постольку, поскольку в реторте появилась ртуть; но так как ртуть могла появиться, а могла и не появиться, то ускорение реакции образования индиго было, вообще говоря, случайным.

Понятие причинности с учетом сказанного отражает объективный «выбор» из множества возможностей объекта некоторой возможности и ее реализацию, что с необходимостью влечет за собой «выбор» из множества возможностей другого объекта вполне определенной возможности и ее реализацию. В схематическом виде это может быть отражено следующим образом:

Причинность оказывается отнюдь не «чистой» необходимостью, как думали многие материалисты-метафизики прошлого, а своеобразным единством, синтезом необходимости и случайности. Существование причины означает, что устраняется момент случайности, после чего остается однозначность, необходимость. Но самой причинности момент случайности присущ столь же органично, как и момент необходимости. Единство необходимости и случайности в причинном отношении позволяет человеку вмешиваться в эту связь без нарушения ее: человек создает условия для реализации определенной возможности в одном объекте, вызывая тем самым нужные ему изменения в другом объекте.

Элементарного отношения причинности в чистом виде не существует. Но это не означает, что элементарное причинное отношение (причинное звено) не существует объективно вообще. «Каузальность, обычно нами понимаемая, — отмечал В. И. Ленин, — есть лишь малая частичка всемирной связи, но (материалистическое добавление) частичка не субъективной, а объективно реальной связи» [298] . Элементарное причинное отношение, причинное звено есть часть причинно-следственной цепи, поскольку причина является следствием другой причины, а следствие — причиной другого следствия.

Имея в виду важность нахождения причинных цепей, Демокрит в свое время говорил, что он предпочитает найти одно причинное объяснение, чем получить персидский престол. Нахождение причинных цепей значительной протяженности оказывается весьма сложным делом;

вряд ли какая-нибудь наука может похвастаться обнаружением многих и достаточно развернутых причинных цепей. Вот один из примеров такой цепи (пример Дарвина): увеличение числа старых дев — > увеличение числа кошек — > уменьшение числа полевых мышей — > увеличение количества птиц, питающихся насекомыми, — > уменьшение количества шмелей — > понижение урожая клевера.

В мире существует множество причинно-следственных цепей, поскольку существует множество воздействий одних объектов на другие. Возникает интересный вопрос о том, существует ли объективно бесконечная причинная цепь (или цепи). На первый взгляд представляется, что на этот вопрос нужно дать утвердительный ответ. Однако при более тщательном анализе оказывается, что допущение существования бесконечной причинной цепи связано с некоторыми предположениями, которые обычно в явном виде не формулируются.