Обещание Серебряной Крови
Шрифт:
— Боится? — захихикал Сципион. — Ты думаешь, король боится тебя?
— Не меня. — Ашра раскинула руки и сжала в каждом кулаке по железному пруту. Сципион вздрогнул и сделал шаг назад. — Они боятся мифа о Леди Полночь. Они боятся того, что она олицетворяет.
— И что же это такое? — с усмешкой спросил мужчина.
— Угроза. Вызов их власти. Тень, нависшая над ними. И с каждой монетой, украденной Леди Полночь, она становится все больше. — Ашра опустила руки. — Королю наплевать на Клинок Сандино. Это всего лишь дымовая завеса. Удобное обвинение, чтобы свалить вину на Леди Полночь. Чтобы раскрыть ее очевидное предательство и оправдать ее казнь. Чтобы разрушить миф о ней, прежде чем он поглотит короля. Вот почему я здесь.
— Ты здесь, потому что отказалась от предложения короля, — парировал Сципион. — Как великодушно со стороны их Величества простить твои прегрешения и снова предложить тебе место рядом с ними. Любой другой на твоем месте проявил бы мудрость и сдался бы на милость короля. — Его черные губы скривились. — Но не ты. Не легендарная Леди Полночь.
— Я не нуждаюсь в их милосердии. Я сама себе хозяйка. И всегда была такой.
— И куда это тебя привело? — Мужчина сделал широкий жест. — В камеру. К ужасной смерти в темноте.
— Я не боюсь.
— О, маленькая птичка. — Мужчина покачал головой с притворной грустью. — Упрямая до самого конца. Знаешь, ты могла бы стать великой. Ты всегда была любимицей короля, несмотря на свое непослушание. Только подумай, какой властью и влиянием ты могла бы обладать, став их правой рукой. О тебе говорили бы не как о воровке-авантюристке, а как о верной служанке короны. Со временем король, возможно, даже назначил бы тебя наследницей — ты могла бы стать Королевой Полночь! — Он притворно вздохнул. — Но нет. Вместо этого твоя наглость привела к твоему падению. Там, где когда-то твое имя произносили с благоговением, теперь Сородичи будут произносить его как проклятие. Тебя запомнят не как искусную воровку, а как выскочку, которая бросила вызов своему королю и умерла смертью предательницы. Такая трагедия. Мы все возлагали на тебя большие надежды. — Сципион отвернулся. — Прощай, птичка. Не думаю, что мы еще встретимся.
— Ты слышал слухи обо мне.
Мужчина остановился и оглянулся. «Конечно. — Он поднял руку и пошевелил пальцами. — Лети свободно, маленькая птичка. Если ты действительно можешь». — Его смех эхом разнесся по комнате, и он удалился, шурша шелком. Ашра что-то пробормотала себе под нос и провела рукой по своим коротким темным волосам.
— Скользкий ублюдок, а? — спросил Лукан.
Ашра обернулась — не с быстротой удивления, а с неторопливостью человека, который всегда контролирует свои действия. На ее резких чертах лица не отразилось никакого беспокойства, когда ее взгляд сразу же отыскал Лукана в тени, метнувшись к осколку керамики, который он держал в руке. «Ты кто?» — спросила она, встретившись с ним взглядом. В ее тоне не было вызова, только любопытство.
— Ты меня видишь? — спросил Лукан, не в силах скрыть удивления.
— Конечно.
— Как? Я едва могу разглядеть собственные руки...
— Ты кто? — повторила воровка.
— Меня зовут Лукан Гардова.
— Незваный гость, — сказала она, слегка наклонив голову. — Я слышала о тебе и твоем колдовском волке.
— А ты — знаменитая Леди Полночь.
— Так меня называют другие.
— Я знаю девочку, которая тебя боготворит. Леди Полночь то, Леди Полночь сё... Кажется, ты произвела на нее сильное впечатление.
— Лучше скажи ей, чтобы она нашла себе новую героиню.
— Я ничего не скажу ей, если застряну здесь. — Он шагнул к ней, в свет факела. — Она сказала мне, что ты можешь проходить сквозь стены. Я не думаю, что это правда? Потому что сейчас это было бы очень полезно.
— Похоже, король причинил тебе кучу неприятностей, — ответила она, игнорируя вопрос, и ее взгляд скользнул по синякам на его лице. — Не могу сказать, что я удивлена, учитывая все твои разговоры о колдовских волках и Безликих.
— Ты и половины всего не знаешь.
— И не хочу знать. Для меня это звучит как полная чушь.
— Я мог бы сказать то же самое об этих слухах о тебе.
— Ты можешь говорить, что хочешь.
— Это говорю не я. Девочка, которая тебя боготворит, сказала мне, что от тебя нигде не спастись, что ты можешь проникнуть в самые защищенные места. И если ты можешь проникнуть внутрь, то должна быть в состоянии так же легко и выйти. А ты можешь?
— Не твое дело.
— Напротив, — ответил Лукан, указывая на камеру, — я застрял здесь, и ты — моя единственная надежда выбраться. Так что, правдивость этих историй о тебе — во многом мое дело.
— Твоя судьба меня не касается.
— Возможно, ты бы отнеслась к этому иначе, если бы знала, что я могу тебе предложить.
— У тебя нет ничего, что мне нужно.
— Даже имя того, кто на самом деле украл Клинок Сандино?
Ашра молча смотрела на него.
— Ты знаешь, кто его украл? — наконец спросила она. Выражение ее лица было бесстрастным, голос ровным, но во взгляде чувствовалась напряженность.
— Это было для тебя как колючка в заднице, верно? — в ответ спросил Лукан. — Кто-то украл Клинок, и обвинили в этом тебя. Держу пари, тебе хотелось бы знать, кого винить.
— Скажи мне.
— Сначала ответь на мой вопрос. Ты можешь проходить сквозь стены? — Он чуть не поморщился, вопрос был нелепым. Конечно, не может, черт возьми. Блоха просто увлеклась своим мифом, как и все остальные...
— Эта девочка, — ответила Ашра. — Как ее зовут?
— Блоха. Она карманница и, вероятно, твоя самая большая поклонница. Мне бы не хотелось говорить ей, что она не права.
— Она права.
Лукан удивленно уставился на нее:
— Ты имеешь в виду... ты хочешь сказать, что действительно можешь проходить сквозь стены?
— В некотором смысле. — Ашра склонила голову набок. — Скажи мне, кто украл Клинок Сандино.
— Нет.
В темных глазах воровки вспыхнул гнев.
— Я ответила на твой вопрос, — сказала она, и в ее ровном тоне послышалось раздражение. — А теперь ответь на мой.
— Обязательно. Но не здесь. — Лукан поднял руку, предупреждая возражение, готовое сорваться с губ воровки. — Выведи меня из этой камеры, и я скажу тебе, кто украл Клинок Сандино.
— Откуда мне знать, могу ли я тебе доверять?
— Ты не можешь знать.
— Тогда, возможно, мне следует просто оставить тебя здесь.
— Сделай это, и ты никогда не получишь ответа на свой вопрос.
Ашра молча уставилась на него, сжимая челюсти:
— Хорошо. Но если ты лжешь...
— Я не лгу, — ответил Лукан, почувствовав прилив облегчения. — Я расскажу тебе все, как только мы сбежим.
— Если мы сбежим.
— Если? — Облегчение Лукана исчезло. — Что значит если? Ты сказала, что можешь проходить сквозь стены.