Чтение онлайн

Я рванулся вперед, схватил Рейвен оттолкнул ее от Рыжей с силой, которая удивила даже меня.

— Что, черт возьми, с тобой не так? — Крикнул я, толкая ее достаточно сильно, чтобы она отшатнулась.

Рыжая вынырнула на поверхность, задыхаясь и кашляя, вода стекала с ее лица, как будто она чуть не утонула. Она пыталась отдышаться, все еще пребывая в панике, и я придвинулся к ней, положив руку ей на спину, пытаясь поддержать ее так, чтобы это не было слишком заметно. Ее глаза были дикими, но она дышала. Едва, но дышала.

Слава Богу.

Рейвен выпрямилась, глядя на меня так, словно хотела убить. Но мне было насрать. Мое внимание было приковано к Рыжей, которая все еще сидела согнувшись, отхаркивая воду, как будто только что восстала из мертвых.

— Я учу ее выживать, лейтенант, — с негодованием произнесла она. — Иногда выжить означает выйти за свои пределы, даже если это причиняет боль.

Я бросил на нее убийственный взгляд.

— Выйти, а не утопить, маньячка! — Заорал я в ответ, все еще кипя от злости.

— Ей нужно научиться... — начала она, но я перебил ее.

— Чему научиться? Как быть утопленной сержантом-психопатом по строевой подготовке? — Я зарычал, подходя к ней ближе. — Ты могла убить ее!

Все вокруг затихло. Медики и стажеры смотрели на происходящее широко раскрытыми глазами. Никто не двигался, никто не произносил ни слова.

Рыжая все еще кашляла, и я снова обратил свое внимание на нее, мой гнев не угасал, но смещал фокус.

— Ты в порядке? — Спросил я, заставляя себя смягчить свой вопрос.

Она слабо кивнула, хотя все еще пыталась отдышаться.

— Да, я... Я в порядке, — прохрипела она между приступами кашля.

Да, точно. Прекрасно, моя задница. Но она была жесткой. Жестче, чем многие думали о ней.

— Тренировка окончена, — объявил я достаточно громко, чтобы все услышали, и мне было наплевать на авторитет Рейвен. — У кого есть проблемы с этим, они могут обсудить их со мной.

Я выпрямился перед ней, готовый сбить с ног, если она посмеет ослушаться моих приказов.

— И если ты еще раз выкинешь это дерьмо, — предупредил я ее убийственно спокойным голосом, — у нас будут серьезные гребаные проблемы.

Безопасность Рыжей не подлежала обсуждению.

Рейвен усмехнулась, ее пристальный взгляд внимательно изучал меня, как будто она пыталась понять, в чем, черт возьми, заключалось мое дело, но она ни хрена не сказала. В ее глазах промелькнуло что-то — возможно, подозрение, — прежде чем она натянула на лицо маску безразличия.

— Да, сэр, — сдалась она, выглядя так, словно хотела сказать что-то еще, что-то язвительное. — Но не подрывайте мои позиции снова, лейтенант.

— Тогда не давай мне повода для этого, — огрызнулся я в ответ, не сводя с нее глаз.

Она хотела возразить, но один взгляд на мое лицо, должно быть, сказал ей, что это была плохая идея. Она просто натянуто кивнула, ее губы сжались в тонкую сердитую линию.

Я посмотрел на нее в последний раз, прежде чем снова переключить свое внимание на Рыжую, предлагая руку, чтобы помочь ей подняться.

— Давай заберем тебя отсюда, — сказал я ей, обнимая за плечи.

Нам удалось сделать три шага — всего три гребаных шага, — когда начались крики.

— Нам нужны все медики, немедленно!

Казалось, что нечестивым нет покоя.

_______________________

Рыжая не колебалась, не дрогнула.

Я тоже.

Мы бросились с остальным медицинским персоналом к медицинскому отсеку, и я держал Рыжую за руку, пока мы бежали, ее дыхание все еще было прерывистым, но шаги ровными. Мое сердце бешено колотилось, не только от спринта, но и от гребаного страха, сжимавшего мою грудь.

Кровь, кишки и запах горелой плоти.

Мы завернули за угол и увидели, что в поле зрения появился медицинский отсек — месиво из крови, промокших бинтов и тел. Солдаты и медики растянулись на всех доступных поверхностях, некоторые из них стонали от боли, другие смертельно молчали, все в дерьме.

— Пиро! — Крикнул я, заметив, как он отчаянно пытается упорядочить хаос.

Он выглядел полным дерьмом — окровавленный, в синяках, но все еще на ногах, работающий на адреналине.

— Что, черт возьми, произошло?!

Он повернулся ко мне, его лицо было мрачным и покрытым грязью.

— Проваленное задание, — сказал он, оглядывая побоище. — Мы должны были нанести удар по небольшой группе повстанцев, но попали прямо в засаду. СВУ[3] повсюду. Они знали, что мы придем, заняли возвышенность и все такое. Это была бойня. Повезло, что кто-то из нас вообще вернулся.

— Как, черт возьми, это произошло? — Спросил я, мое терпение давно иссякло.

Пиро покачал головой, вытирая пот и кровь со лба.

— Плохая информация, — пробормотал Пиро, вытирая кровь со лба. — Очень плохая. У нас не было ни единого гребаного шанса. Половина отряда была уничтожена прежде, чем мы поняли, что происходит. Медики отправились эвакуировать раненых, но они попали под перекрестный огонь, — объяснил он с жесткостью в голосе.

Это был не просто провал, это была катастрофа.

— Сколько погибших? — Спросил я, хотя уже мог сам убедиться, насколько все было хреново.

— Слишком много, — ответил Пиро, его взгляд стал жестким. — Сегодня мы потеряли хороших людей, Бродяга. Тех, кто вернулся... что ж, ты смотришь на это.

Он обвел рукой медицинский отсек, масштабы побоища были ясны как день.

— Господи Иисусе, — пробормотал я, проводя рукой по волосам. — Все это место разваливается на части.

— И это еще не конец, — сказал он, понизив голос. — Начальство хочет, чтобы мы вернулись туда, как только нас подлатают.

Я уставился на него, едва сдерживая ярость.

— Что, черт возьми, ты только что сказал? — Это было все, что мне удалось сдержать, чтобы не закричать.

— Ты меня правильно расслышал, чувак. Они хотят, чтобы мы вернулись туда, подлатанные или нет.