Чтение онлайн

Я беру прохладную ткань и прижимаю её к глазам, пытаясь снять отёки. Я едва могу нанести кому-то удар, но мне удалось научиться хорошо выглядеть без макияжа на варварской планете.

Я фыркаю, чувствуя отвращение к самой себе.

Я знаю, что думают люди, когда смотрят на меня. Они видят красивое лицо, но между ушами ничего особенного. Они видят украшение. Ту, кто умеет только хорошо выглядеть.

Думаю, именно поэтому я в первую очередь пришла к Ариксу. Мне так надоело каждый раз оставаться позади. Возможно, я не создаю яды, как Зои, или не охочусь на врагов верхом на драконе, как Чарли, но это мой способ внести вклад в общее дело.

В этом вся суть ролевых игр. Когда притворяешься кем-то другим, легко потерять из виду то, кем ты являешься на самом деле. В конце концов, ты становишься этим новым человеком, и, прежде чем ты заметишь, от того человека, которым ты был, уже ничего не остаётся.

Я больше не знаю, кто я.

Я подпрыгиваю от стука в дверь. Сарисса не стала бы стучать, и я посмотрела на себя и свою ночную рубашку. Однажды, когда я была подростком, воскресным утром я открыла входную дверь, будучи ещё в пижаме. Моя мать была в такой ярости, что не могла смотреть на меня несколько дней.

Я отгоняю эти мысли. Я не разговаривала с мамой много лет. Так почему же меня внезапно атакуют мысли о том, что она подумала бы обо мне прямо сейчас?

Я подхожу к двери и распахиваю её, ожидая увидеть одного из охранников.

Но нет.

Это король.

Он стоит там, выглядя холодно удивлённым, пока я смотрю на него. Наконец, ему, должно быть, надоело моё впечатление немой рыбы, потому что он поднимает одну бровь.

— Могу ли я войти?

— Эм. Конечно.

Комната мгновенно кажется в пять раз меньше, как только в неё вошёл Арикс. Этот парень — один из крупнейших браксианцев, которых я когда-либо видела, и он держит себя с уверенностью, которая опасно близка к высокомерию.

Его глаза цвета лунного ночного неба, глубокого, непостижимого синего цвета, от которого трудно отвести взгляд. Густые черные брови обрамляют глаза, контрастируя с дикой синевой. Его тёмные волосы сочетаются с бровями, вьются вокруг его плеч и подчеркивают сияние его кожи, что делает его похожим на падшего ангела.

Когда я впервые увидела его, у меня перехватило дыхание. Во второй раз я почти потеряла способность произносить полное предложение. Теперь я чувствую, как начинаю краснеть, и отступаю назад, мой желудок скручивается.

Я не понимаю, что происходит с моим телом, когда рядом этот парень. На меня никогда не влияли мужчины. По крайней мере, не таким образом.

— Как обживаешься? — спрашивает он, и я почти дрожу от его тихого голоса.

— Хорошо, спасибо. Комнаты красивые.

Он оглядывает гостиную, как будто никогда её раньше не видел, но тут же возвращает своё внимание к моему лицу.

Я извиваюсь внутри под его взглядом.

— Почему ты так на меня смотришь? — Удивление мелькает на его лице.

— Ты красивая, — говорит он. — Почему бы мне не было приятно смотреть на тебя?

Разочарование загорелось у меня в животе, даже когда я попыталась улыбнуться. Я не знаю, чего я ожидала. Этот парень меня не знает, ничего обо мне не знает. Так почему же я надеюсь, что его интересовало нечто большее, чем просто лицо, с которым я родилась?

— Я тебя расстроил.

— Нет.

Просто подтвердил мои ожидания.

— Не лги мне.

Вместо этого я меняю тему.

— Я могу чем-то тебе помочь?

— Да, — говорит он. — Я хочу тебя подмять под себя.

Арикс

Рот Вивиан приоткрывается, и я представил, как она заглатывает мой член, и переключаю своё внимание на что-то другое. Я подхожу к окну, глядя на сады внизу, и даю ей мгновение, когда ей явно нужно прийти в себя.

— Прошу прощения? — Её голос сдавлен, и я оглядываюсь через плечо, радуясь, что её лицо покраснело, хотя её глаза сузились так, что можно предположить, что она думает о том, как бы причинить мне вред.

— Я не осознавал, что люди настолько плохо слышат, — говорю я, просто чтобы увидеть, как загорятся её глаза. По какой-то причине наблюдать, как эта женщина теряет самообладание, я становлюсь твёрже, чем когда-либо в своей жизни.

— Я тебя услышала, — рявкает она. — Я просто подумала, что, может быть, у тебя крыша протекла, и на самом деле ты не хотел такое говорить мне.

Я дарю ей свою самую очаровательную улыбку. Кажется, она не впечатлилась.

— Я никогда не говорю того, чего не имею в виду. Жизнь слишком коротка.

— Ага. И с чего ты взял, что я хочу «под тебя»?

Я поворачиваюсь спиной к окну и поднимаю одну бровь. Возможно, она меня как следует не рассмотрела. Я широко раскрываю руки, чтобы она могла оценить каждый дюйм моего тела, подмигиваю ей, а она презрительно фыркает.

Она кривит губу, глядя на меня, и мне требуется каждая капля моего самообладания, чтобы не пройти через комнату и не пленить рот.

Не только её красота заставляет меня почти отчаянно пытаться повалить эту женщину. Я вижу, как внутри неё горит огонь. Огонь она тщательно хранит, спрятав там, где, по её мнению, никто его не увидит.

Но я вижу.

Я не сомневаюсь, что под её крутой внешностью скрывается женщина, пылающая от страсти.

Она только притворяется равнодушной.

— Ты горяч. И что с того?

Я улыбаюсь ей, и её губа дёргается в улыбке. Ага! Она находит меня очаровательным.

— Ни один другой воин не претендовал на тебя, любовь моя.

На её лице мелькает что-то, что я не могу уловить.

— Что именно ты имеешь в виду?

— Ничего. Я говорю тебе, что ты должна стать моей. Пока ты находишься на этой планете и пока организуешь отлёт к себе домой, — уточняю я, чтобы она поняла, что я не собираюсь претендовать на неё в долгосрочной перспективе.

— Ага, — говорит она снова, и мой пресс напрягается. Что-то в том, как эта женщина притворяется, будто я её не впечатляю, вызывает у меня желание нагнуть её и заставить выкрикивать моё имя.

— Послушай, я ценю твоё предложение, — говорит она, как будто отказываясь от очередного блюда за ужином, — но на самом деле я не хочу быть «подмятой».

— И именно поэтому тебе это нужно, — говорю я ей. — Тебе предстоит многое сделать, если ты собираешься покинуть эту планету. Ты будешь думать яснее после нескольких ночей, проведённых в моей постели.