Чтение онлайн

Арсений вдруг вспомнил, как в юности увидел возле одного гостиничного притона, на деле - блудного дома, стаю тёмных жирных летучих мышей - странных, с удивительно человеческими мордами. Они были повсюду. Там всё - от номеров до самого воздуха - было пронизано каким-то нервозным вожделением... Впрочем, воспоминание быстро померкло.

Он начал молиться - тихо и жалобно, как ребенок, прося наставить, помочь, укрепить... И минута слабости быстро миновала. Корвин-Коссаковский вспомнил Бог весть где слышанную максиму: "Нам не велено сделать так, чтобы Истина восторжествовала, нам заповедано - свидетельствовать о ней..." Да, именно этим принципом он всегда безотчетно руководствовался. Сделать все, что можешь, на пределе сил и возможностей. Оценивать итог твоих трудов - дело Божье, тебя же будут судить по тому, сделал ли ты всё, что мог. Ощущение абсолютной безнадежности возможно только в аду. "Кто находится между живыми, тому есть еще надежда, так как и псу живому лучше, нежели мертвому льву" Тут Екклесиаст был прав.

Лидия влюбилась. Влюбилась, едва увидела молодого красавца Аристарха Сабурова. Он был именно тем, о ком она всегда мечтала, кого видела в снах. Но первый восторг быстро сменился страданием: Аристарх Сабуров не оказал ей того внимания, какого ей хотелось, но танцевал и с Ниной, и с княжнами Любомирскими, и с их кузиной Ириной, да и со всеми девицами на балу. Ей же хотелось, чтобы он выделил именно её, её одну, именно ей явно выказал свое предпочтение.

Но и обидеться не могла. Она ничего не могла, кроме только повторять его имя, лаская его на губах, и ловить взгляд его задумчивых зеленых глаз. Но и его поймать было нелегко. Спокойный, холодный и равнодушный взгляд Сабурова скользил по ее лицу так же, как по убранству зала, накрытым столам и оркестру. В нём не было той страсти, какая виделась ей обязательной во влюбленном, она же хотела, чтобы он всеми мыслями, всеми чувствами принадлежал ей, только ей одной!

Стоило ему заговорить - она трепетала, стоило улыбнуться - она таяла, стоило взглянуть на другую - умирала.

Более всего она ревновала его к сестре, но та, на вопрос нравится ли ей Аристарх Сабуров, только пожала плечами. Дома Нина постоянно уединялась, и это стало раздражать Лидию: ей было плохо в одиночестве. От девиц Любомирских она узнала все, что могла, о своем предмете: откуда родом, где учился, сколько имеет душ. Любое известие о нем грело душу, воспоминание о танце с ним пьянило, она молилась на него, точно на божество.

Последующие визиты молодого человека в дом Палецких ничем её не порадовали: Сабуров был подчеркнуто вежлив, но и всё. Несмотря на то, что ей удалось оказаться внизу в холле, когда он приехал, и проводить его в гостиную, он не воспользовался этим, чтобы передать ей записку с назначением свидания, и не произнёс ни одного комплимента, был отстранён и холоден.

Лидия ничего не понимала. Она должна была привлечь Аристарха Сабурова любой ценой, потому что он был смыслом её жизни. Она смутно помнила наставления воспитательниц в пансионе о девичьей гордости, о необходимости ждать первого слова поклонника, но сама она ясно понимала, что это вздор. Чего же ждать, если каждый день без него был пустым и пропащим? Любовь неожиданно вобрала в себя всю её жизнь, захватила все пространство души, вытеснив оттуда все остальное. В Сабурове воплотился весь смысл жизни, он был ее единственной и всепоглощающей страстью. Вся жизнь её проходила только в надежде видеть любимого.

Лидия написала Аристарху Сабурову. Благодаря хитрой уловке ей удалось отправить письмо так, что этого никто в доме не заметил. Ей было все равно, что он подумает - она жаждала его любви.

Жажда оставалась неутоленной. Аристарх Сабуров не отвечал.

Лидия написала снова, умоляя о свидании.

Во время одного из визитов Сабуров обмолвился, что будет на службе в Исаакиевском. Лидия вздрогнула от восторга и возликовала. Он назначил ей свидание!

Но в церкви ее ждало страшное разочарование. Сабуров совсем не замечал её, выстоял всю службу в правом притворе, среди мужчин, потом удивился, когда увидел её, и, казалось, совсем не был рад встрече. Говорил же и вовсе нечто непонятное. Что не может любить, что никогда не сможет посвятить себя женщине, что есть только одно такое существо, которое обладает совершенной и неисчерпаемой любовью и способно дать полноту любви. Это Существо уже любит нас, нам не нужно завоевывать Его любовь. Это существо - Бог. Человек по природе своей существо зависимое, и единственная, не вызывающая страданий зависимость - это зависимость от Бога. Мы плохие христиане, если не удовлетворяемся Его совершенной любовью и ищем любви подобных себе. Когда страдаешь от недостатка любви, вспомни о Господе - и теплее станет на душе, и поймешь, что у нас самый любящий Друг и Любимый, которого только можно представить в самых смелых мечтах. Чья любовь нам нужна еще? Любовная страсть - это пустое, отсчитай шестьдесят шесть дней и простись с нею...

Лидия молча слушала мелодию его голоса и смотрела в его глаза.

Она ничего не поняла из его слов, кроме того, что он не желает любить ее - и это понимание ранило ее стрелой навылет. Что происходит в душе, как рушится, распадаясь на осколки, воздушный замок нашей души? Слышны тихие стоны, но кто увидит боль сокрушенного сердца и разлом души? Лидия не хотела верить. Он просто не понял, как она его любит, он просто не понял, твердила она себе.

Лидия снова и снова писала ему, назначая свидания, умоляя о встрече. Сабуров приходил, вялый и полусонный, почти не скрывая равнодушия. Ронял странные слова, говорил, что не может любить ее, что скоро уедет. Она ничего не понимала. В ее мире - мире марьяжных королей и дам червей - никто так не говорил.

Он должен полюбить ее, просто должен.

Между тем, она узнала, что имя Аристарха Сабурова среди девиц в свете произносилось с восторженным придыханием, о его победах над женскими сердцами ходили легенды. Правда, Макс Мещерский утверждал, что половина слухов - вздорная ложь, между тем как Протасов-Бахметьев, многозначительно улыбаясь, шептал, что про сабуровские интрижки и половины правды не рассказывают - ведь красавчик умеет прятать концы в воду. Однако, Герман Грейг убеждал всех, что абсолютно все, связанное с Сабуровым, - просто "мазурочная болтовня" да девичьи мечты.

Княжны Любомирские рассказывали, что еще на Рождественском костюмированном балу у графини Шереметьевой Аристарх Сабуров произвел фурор. В отличие от многих разряженных гостей, он отдал дань костюмированному балу только бархатной черной полумаской, которую, впрочем, вскоре снял, засунув во фрачный карман и больше о ней не вспоминал. Девицы внимательно оглядывали молодого красавца, но он, уединившись в углу гостиной с членом Государственного совета генерал-адъютантом Гемариным, о чем-то долго беседовал с ним, а после направился на ужин - за стол английского военного атташе полковника Жерара и шведского посланника Рейтершельда.

Дочь обер-гофмейстера князья Волконского и княжна Барятинская несколько раз прошли мимо, но замечены не были. Наталия, дочь графини Сперанской, и сестра княгини Шаховской, Татьяна Мятлева, лорнировали красавца и осторожно осведомлялись о нём. Лилия, дочь графини Шереметевой, и Анна, дочь графини Нирод, обмахиваясь веерами, не спускали с него глаз. Увы, время после ужина Аристарх Сабуров провёл за вистом с товарищем министра иностранных дел тайным советником Шишкиным, испанским посланником графом Виллагонзало и графом д'Аспремоном, а незадолго до конца бала исчез...

Лидия жадно выслушивала все, что о нем говорили, но по-прежнему ничего не понимала. Княгиня Палецкая, заметив страсть девицы, всё же попыталась осторожно ее образумить.

– И не думай даже, Лидия, пути не будет. Видала я уже такие глаза у мужчин...

Лидия презрительно сморщила носик: тетка угадала слишком много, однако племянница тут же поспешила разуверить Марию Вениаминовну.

– С чего вы взяли, тетя? Нужен он мне, как же!

– А то я первый день на свете живу...- тетка не любила, когда её считали безмозглой дурой, и справедливости ради надо отметить, дурой отродясь не была, - не пялься на него, Лидия, такие мужчины счастья не приносят.

– А какие приносят?

Княгиня, удивившись, что та задала ей вопрос, а не выскочила, как обычно, из комнаты, внимательно оглядела Лидию. Высока и элегантна. Волосы редкого цвета выбеленного льна и нежная кожа великолепны, черты правильны, лицо невозмутимо-спокойное - ни восторга, ни возмущения не прочесть. Лидия была редкой красавицей.

Рассмотрела княгиня и молодого Сабурова. Если это не бес, а человек... Княгиня попыталась оценить Сабурова, как мужчину, отметила ум и хладнокровие, невозмутимую сдержанность и внутреннюю сосредоточенность, скользящую в ледяном отблеске отороченных по краю болотной кромкой глаз. Непрост, очень непрост. Но не скажешь же заносчивой юной девице, что такой мужчина вовсе не для неё? Не поймет-с. Но вопрос, заданный племянницей, требовал ответа. Какие мужчины приносят счастье? А это как раз, дорогая моя, зависит от женщины. То, что осчастливит одну, у другой костью в горле застрянет. Однако, если мозги у мальчишки такие, как ей показалось, едва ли он удостоит тебя, Лидочка, вниманием. Да и будут ли для такого что-то значить женщины?