Оборотный случай
Шрифт:
— Вы меня утопите? — Вот были его первые слова, когда он очухался.
— Сначала ты ответишь на несколько вопросов, — начальственным тоном приказал Велуд. — Зачем ты за нами следишь? Как хочешь умереть — мучительно или еще мучительней?
— Ничего не скажу! — Заупрямился вампир.
— Как тебя зовут? — Спросил я.
— Не скажу…
Правда, после того, как я сжал ему голову изо всех сил, пленный запел по-другому:
— Ах, меныр побери… Нигиз послал следить за вами двумя.
— Ага, вот как заговорил! А теперь отвечай, кто такой Нигиз, меныр тебя дери! — Заорал Велуд на пол-леса.
— Подожди, — одернул я его. — Это мой разговор. Значит… Зачем мы ему?
— Как будто не знаешь, — огрызнулся пленник. — Или действительно не знаешь?
— Кто его знает, — усмехнулся я, вяло пытаясь блефовать.
— Я знаю, — сказал Велуд. — Он не знает, где Ктори, но думает, что мы знаем. Правильно я узнал? Так выходит из его реплик. Когда дело доходит до недомолвок, уж я-то знаю, что имеется в виду.
— А вот и нет, — не сдавался вампир.
— Значит, я прав, — ухмыльнулся хитрый лесник.
— Ладно, прав. Но больше я ничего не скажу! Вообще буду молчать!
— Я рассчитывал на такой вариант, — веселым тоном пропел Велуд, взял толстый сук, который лежал рядом, и начал сильными ударами вбивать голову пленника в трясину.
После четвертого удара бедняга выплюнул ряску изо рта и булькнул:
— Скажу! Только не подходи близко. Скажу все, что знаю. Меня сюда Нигиз послал, следить за вами, думал, что вы знаете, где найти девчонку.
После нескольких секунд всеобщего молчания Велуд не выдержал:
— Это все то, что знаем мы, а не ты. Кстати… могу её в костре подогреть.
Поднятая палка прибавила вампиру словоохотливости.
— Я больше ничего не знаю, честно! Клянусь! Могу сказать — до вас у Нигиза нет никакого дела!
Ага, а вот Ктори ему зачем-то нужна. Скорее всего, обычная месть за то, что жертва была уведена из-под носа.
— Кем тебе он приходится? — Спросил я.
— Отцом, — гордо заявил вампир. — Нигиз избавил меня от бремени слабости и дал силу. С ее помощью легко мстить тем, кто над тобой издевался во время первой жизни.
— Но он тебя лишил самого главного в ней! Если ты понимаешь, о чем я.
— Переживу, — с бездарно скрытой грустью буркнул пленник. — А что со мной будет?
— Вопрос неплохой. Вести тебя нельзя, мне мой ремень еще пригодится — вот и сам думай, — прищурился Велуд. Тень от костра падала на его лицо так, что страх пробирался прямо в сердце.
— За мной придут и отомстят, — спокойным голосом ответил вампир. Если это был блеф, то хорошо разыгранный. Он сказал эти слова — и мне сразу же начали мерещиться плохо заглохшие в лесной темноте шаги врагов.
— Им до нас нет дела. А сколько у этого твоего Нигиза «сыновей»? — Спросил Велуд.
— Число не стоит на месте. Когда я к нему принялся, было семь. Теперь около десяти.
— Ха, до Общины Ларидал далеко. Да и зная ваши законы, за тебя они не будут мстить.
Велуд упомянул Общину Ларидал. Думаю, я должен пояснить, что это. В северной, снежной части Тарии, в Серебристом лесу, есть такое место, которое полностью заселено вампирами. Они нечасто убивают местных жителей (возможно, по скотоводческим соображениям), так что и те их не трогают. Поговаривают, что из четырехсот человек они за много лет стали четырехтысячной громадой, осевшей в лесах и подземных домах.
— Нигиз не такой, он дорожит жизнями сыновей и не тратит их впустую.
ЩЕЛК! ЩЕЛК!
Я вздрогнул. Признаки наблюдателей мне все же не мерещились.
— Сюда кто-то идет. Неаккуратно, но уверенно, — сообщил я.
— Вампиры не могли так быстро отреагировать на смерть собрата, — поразмыслив, сказал лесник.
— Я же еще не умер! Эй! — Перепугался чуть зашевелившийся в своем болоте пленник.
— А вдруг они чувствуют будущее на пять минут вперед?
— Нет, это человек. Знакомый мне человек, — вздохнул я с облегчением. — Поэтому и идет неаккуратно. Он верит людям, которые зажгли костер, и не считает, что лучше идти тихо в ночной глуши.
Жог с двумя зайцами на плече удивился и обрадовался, увидев меня тут. То же самое чувствовал и я, хотя, полагаю, радости было меньше. Лесоруб был одет в красивую, но очень даже древнюю куртку из дубленой кожи, без утепляющей подкладки, на поясе был кинжал вместе с чем-то вроде длинного дротика. Ноги были втиснуты в коротковатые уже легкие штаны, а мягкую землю приминали под тяжестью тела грубые толстые сапоги, все-таки своей длиной не компенсирующие недостаток ткани в штанинах.
Лесоруб поднял руку в приветственном жесте, при этом зайцы упали в мутную воду, и громыхнул своим громким голосом:
— Привет! Кто это?
— Жог, какой приятный сюрприз! Что ты здесь делаешь? А, это… мой друг и пленник…
— Он — пленник, я только друг, — обиделся Велуд.
— Да, друг Велуд и пленник.
— Приятно познакомиться, я Жог… А что ты здесь делаешь?
— Я первый спросил, — парировал я.
Мой ход принес плоды: теперь лесорубу нужно было выдумать убедительную причину, почему он находится ночью в чащобе и без своего топора. Но он был так прямодушен, что в силу этого просто не смог соврать:
— Я обыскиваю лес в поисках Ктори. А это — тебе, Ред! За то, что я тебя освободил, а ты меня послал не туда!
Он стукнул меня по голове кулаком.
— Прости… Больше не повторится, — заверил его я, думая: «меныра с два теперь тебя пустят в Гильдию после того случая, да и только если я им добровольно сдамся, чему пока что точно не бывать».
— Значит, где вы с Редви познакомились? — Влез Велуд.
— В лесу, — лесоруб и сейчас не отличался точностью. — Тогда на нас напали вампиры и оборотни.
— И оборотни? Кто-то нападал на Ктори с Редви перед тем, как она его зара…
— Велуд, а который час? — Рявкнул я, по моему пониманию, явственно давая понять, что Жогу не стоит слышать о заражении. Велуд, как и Жог, не изменял своей прямодушности:
— Скоро начало первого часа ночи, Редви. На чем я там… Ага…заразила?
— Не понял, — простодушно пожал плечами Жог. — Можешь повторить?
Они что, идиоты?! Нет, ну Жог-то, надеюсь, да, но если Велуд такой же, то моей тайне наступит конец! Зачем этому великаноподобному знать то, что я монстр? Нужно опять помочь разговору сменить направленность.