Обратное течение
Шрифт:
— Господин Прудников упомянул, что Елизавета Федоровна сбежала из дома, — сказал я. — Это правда?
— Да, — кивнула Екатерина Антоновна. — Она уехала через два месяца после похорон Федора Ильича.
— Почему?
— Она не объяснила. Просто собрала вещи и ночью сбежала. Утром ее уже не было.
— Я могу сделать вывод, что Елизавета Федоровна недолюбливает вас?
У женщины дрогнули уголки губ.
— Лиза была очень ранимым ребенком. Она с трудом пережила смерть матери и нашу свадьбу с Федором Ильичем.
— Откуда вы знаете, каким ребенком она была? Вы так давно знакомы?
— Я служила гувернанткой у Молчановых. Это я воспитывала Лизу.
— Тогда ее мать еще была жива?
— Да. Трагедия случилась через два года после того, как я устроилась к Молчановым.
— От чего она умерла?
— Это был несчастный случай. Один фермер держал пасеку неподалеку от поместья, у реки. Ирина Станиславовна любила гулять вдоль берега, и на нее напали пчелы. Бедняжка погибла от многочисленных укусов. Я до сих пор помню ее лицо. Это было ужасное зрелище.
Екатерина Антоновна рассказывала ровным голосом. Когда она сказала о том, как именно погибла мать Елизаветы, ее тон совершенно не изменился.
— Как Елизавета Федоровна пережила смерть матери? — спросил я.
— Очень тяжело. Девочка почти перестала спать, много плакала. Федору Ильичу пришлось нелегко, и мне тоже. Федор Ильич приказал уничтожить пасеку. Выкупил ее у фермера и сжег. Он думал, что Лизе станет легче.
— А когда он женился на вас?
— Через два года после смерти Ирины Станиславовны. Это было очень трудное время, но оно сблизило нас. И когда Федор Ильич предложил мне выйти за него замуж, я согласилась.
— Вы сказали, что Елизавета Федоровна была против вашей свадьбы?
Вместо ответа Екатерина Антоновна посмотрела на магическую лампу под потолком беседки. Лампа горела теплым оранжевым светом, а возле нее бесшумно кружил ночной мотылек.
Я спокойно ждал ответа.
— Да, Лиза была против, — тем же ровным голосом сказала Екатерина Федоровна. — Видите, я откровенна с вами, Александр Васильевич.
Она говорила правду. Потому что понимала, что ее слова можно легко проверить. Такое поведение доказывало ум этой женщины.
— Когда мы с Федором Ильичем поженились, Лизе было тринадцать. Это очень сложный возраст. Я не пыталась заменить ей мать, хотела стать другом и поддержкой. Но тогда девочка этого не понимала.
— Что было дальше? — спросил я.
— Федор Ильич отправил Лизу в столицу, в Смольный институт. Он хотел, чтобы Лиза получила хорошее образование, и надеялся, что учеба поможет ей прийти в себя.
— Лиза не хотела уезжать?
Уголки губ Екатерины Антоновны снова дрогнули.
— Напротив, она была рада отъезду. Честно говоря, тогда мы все вздохнули с облегчением. Даже первый год учебы совершенно изменил Лизу. На каникулы она приехала радостной, и наши отношения стали лучше. Федор Ильич был очень рад этому.
— Наверное, отец очень любил Елизавету Федоровну, — предположил я.
— Так и было, — кивнула Екатерина Антоновна. — Лиза приезжала каждый год — летом, и на Новый год. И все было хорошо.
— Пока ее отец не умер.
— Да.
— Что с ним произошло? Болезнь?
— Нет, — ответила Екатерина Антоновна. — еще один несчастный случай. Федор Ильич очень любил охотиться верхом. Еще Ирина Станиславовна уговаривала его быть осторожнее, и я тоже. Но он никого не слушал. Твердил, что это старинная дворянская забава.
Екатерина Антоновна горько усмехнулась.
— Я видела, что охота помогает ему отвлечься от тяжелых мыслей. Но она его и погубила.
— Как это случилось?
— Лошадь внезапно взбесилась. Федор Ильич вылетел из седла. Ударился головой о дерево и сломал шею.
— Кто-то это видел? — спросил я.
— Да, это видели другие охотники. Они привезли его в поместье и вызвали целителя. Но было уже поздно. Целитель ничего не смог сделать.
— Когда это произошло? — уточнил я.
— Зимой. Они охотились на зайцев с гончими.
— Это все есть в полицейских отчетах, — не выдержал Прудников. — Смерть титулярного советника Молчанова была признана несчастным случаем. Это подтвердили свидетели и целитель.
— Я не читал эти отчеты, — заметил я.
— Зато я читал!
— Степан Богданович, если вам так тягостен наш разговор, вы можете уйти, — улыбнулся я. — Никто вас не держит.
— Я просто не понимаю, к чему эти пустые разговоры. Вы убедились, что Екатерина Антоновна в самом деле является родственницей Елизаветы Федоровны? Вот, и прекрасно! Так пропустите нас к ней.
— Еще несколько вопросов, — спокойно ответил я.
— Спрашивайте, — кивнула Екатерина Антоновна.
— Федор Ильич был богат?
— Скорее, обеспечен. Поместье, большой земельный надел. Он сдавал земли в аренду фермерам. Небольшой капитал в местном отделении Имперского банка.
— А долги?
— Долгов у него не было. Федор Ильич всегда старался жить по средствам.
— Он оставил завещание? Кому отошло имущество?
— Да, завещание было составлено и заверено у нотариуса. Я уже говорила, что Федор Ильич щепетильно относился к деньгам. Он разделил имущество между мной и Лизой. Но в конце сделал приписку. Я должна управлять всем имуществом до тех пор, пока Лиза не выйдет замуж.
— Вот как? — удивился я. — Очень старомодное правило. Это условие можно оспорить через суд.
— Да, — кивнула Екатерина Федоровна. — И я сразу сказала Лизе, что готова разделить наследство. Но для этого придется продать имение и земли.
— Елизавета Федоровна не хотела продавать дом?
— Она не захотела даже разговаривать со мной. После смерти отца девочка словно сошла с ума. Она обвиняла меня в его гибели.
— Почему? — заинтересовался я. — Ведь свидетели подтвердили, что это был несчастный случай.
— Горе повредило ее разум. Я даже хотела позвать целителя. Но сразу после похорон Лиза сбежала. Я не знала, куда она поехала. А на зов она не отвечала.
— Вы пытались ее разыскать?
— Пыталась. Я предположила, что у нее могут быть знакомые в столице — девочки, с которыми она вместе училась. Я обратилась к ректору Смольного института, и он обещал помочь.
Екатерина Антоновна посмотрела прямо на меня.
— Теперь вы позволите мне увидеться с Лизой?
— Нет, — прямо ответил я. — Но я сообщу ей, что вы приехали. Если Елизавета Федоровна захочет с вами говорить, она скажет вам об этом сама.