Обреченная на счастье в объятиях тирана
Шрифт:
Но, вспомнив, как Боварни разговаривал с незнакомкой, я приуныла.
Гулко сглотнув, прижала к груди три книги, что успела наспех отобрать для чтения. Нахмурившись, направилась к выходу.
Переступив порог, не сразу заметила, нависшую надо мной тень. Холодный воздух словно сгустился, и по спине пробежал озноб.
Подняв глаза, замерла, не в силах пошевелиться.
— Оливия, почему так долго? М? Я заждался, — с усмешкой протянул Боварни, лаская каждое слово.
Я изумлённо уставилась в его глаза. В них плескалась злость.
Рвано выдохнув, прижалась к стене, пытаясь слиться с ней.
— Ну… — зацокал он языком, будто дразня, — не такой уж я страшный, чтобы так бояться меня. Или страшный?
Я икнула.
— Это ты так выказала своё несогласие? — изогнув бровь, поинтересовался герцог, приблизившись ко мне на шаг.
Я мотнула головой, пытаясь опровергнуть его слова, но тут же, запаниковав, кивнула. В голове царила полная неразбериха.
— Согласие? — пряча хищную улыбку в уголках губ, уточнил супруг, сокращая между нами расстояние.
Закатив глаза, я протяжно выдохнула, пытаясь успокоиться.
— Ну, красавица моя, — его глаза потемнели, превратившись в бездонные омуты, — скажи мне, своему законному мужу…
Он сделал паузу, нагнетая напряжение.
Боварни дотронулся до моего лица и провёл большим пальцем по скуле, оставляя на коже огненный след. Зловеще усмехнувшись, добавил:
— Как долго ты подслушивала около моих покоев?
Я испуганно распахнула глаза.
— Я… не… — слова застряли в горле. Я не могла соврать ему, но и правду сказать боялась.
— Это всё, что может сказать такая смелая девушка? М? — насмешливо спросил герцог, приближаясь ко мне.
Я шагнула в сторону. Но была остановлена рукой Боварни, упершейся о стену. Не дожидаясь моего, вполне предсказуемого манёвра, он преградил другой рукой путь к отступлению.
Осознавая, что он хочет вновь коснуться меня своими губами… Я, зажмурившись, пропищала:
— Нет… нет… нет…
Глава 30
Глава 30
Его разочарованный вздох был сопровождён ударом о стену.
Вздрогнув, я открыла глаза.
Мой супруг удалялся, сжимая и разжимая пальцы правой руки. Видимо, ею он ударил ни в чём не повинную стену.
Повернувшись к пострадавшей, я увидела кровь, стекающую по камням.
Мне безумно стало жаль… себя. Куда я попала? В чьё логово?
— Ой, мамочки… — мученически закрыв глаза, я начала сползать по стене на холодный пол.
Мои пальцы ослабели, и книги, одна за одной, выпали из рук. Ударившись о каменный пол, издали глухой звук, раскрывая свои страницы. Они мне напомнили мою судьбу, распадавшуюся на части.
Закрыв лицо руками, я расплакалась.
В той части книги, где я мечтала о счастливой жизни, остались чистые листы, с надеждой ожидающие летописца.
А в другую часть книги корявым почерком, была наспех вписана моя нынешняя жизнь: «Досталась нежеланная участь жены нелюбимого герцога».
Моя душа кричала, оплакивая любовь и счастье, которые казались возможными, а оказались недостижимыми. Теперь я буду до конца жизни горевать оттого, что всё сложилось иначе, чем мечталось.
— Госпожа, вам требуется моя помощь? — голос, прозвучавший совсем рядом, был резким, как скрип старой двери.
Я опустила руки и воззрилась на говорившую.
— Марта? — узнала женщину.
Служанка недовольно поджала губы.
— Ещё раз спрашиваю, вам требуется моя помощь? — отчеканила Марта.
— Мне уже никто не поможет, — всхлипывая, пробубнила я и снова разрыдалась.
Женщина вздохнула и, словно делая одолжение, приблизилась. В её взгляде промелькнуло еле заметное подобие сочувствия.
— Давайте для начала я вам помогу подняться, — она протянула мне руку.
Шмыгнув носом, я ухватилась за предложенную ладонь и, опершись рукой о пол, встала.
— Вы же не дитя малое, чтобы на каменном полу сидеть, — проворчала служанка, расправляя мои пышные юбки, — давайте-ка я вас отведу в комнату и принесу сладкого отвара из ягод.
— Угу, — согласилась я, покорно идя рядом.
Я провела тыльной стороной ладони по щеке и невольно посмотрела на беседку, стоящую в дальнем конце террасы.
Там в тени беседки, кто-то был. Тень в глубине беседки казалась плотнее, чем должна быть днём. И этот кто-то наблюдал за мной. Позабыв про слёзы, я остановилась и вцепилась в руку Марты.
— Кто там? Видишь? — прошептала я, кивнув в сторону беседки.
Женщина нахмурилась и посмотрела в указанном направлении. Пожав плечами, теряя терпение, сказала:
— Где? Никого не вижу. Вам от нервов померещилось.
Неужели и правда померещилось?
Я мотнула головой.
Нет! Там кто-то был. Я чувствовала на себе пристальный взгляд незнакомца. Моя тревога усилилась.
— Кто он? И что ему нужно около господских покоев? — едва слышно задала вопрос.
Марта, видя мой испуг, пренебрежительно махнула рукой.
— Госпожа, вам привиделось. Никаких там незнакомцев нет.
Но я, продолжая идти, не отрывала взгляд от неподвижной фигуры. Это был высокий мужчина, а не игра света и листвы.
Силуэт казался до боли знакомым. Я всматривалась, пытаясь вспомнить, где видела его раньше. Что-то внутри меня упорно твердило, что я знаю этого человека.
Герцог Боварни.
Сердце сжалось, словно кто-то прижал к нему кусок раскалённого железа, и каждая клетка вспыхнула от ярости.
Я был зол на себя. Никогда! Никогда не терял над собой контроль… только с ней…
Сжав кулаки, поморщился от пульсирующей боли. Кисть правой руки отозвалась на лёгкое движение тупой, ноющей болью. Я посмотрел на сжатую в кулак ладонь — костяшки распухли и кровоточили.
Рыкнув, поморщился от неприятного покалывания. Пошевелил пальцами, проверяя, всё ли цело. Жгучая боль напомнила о моей слабости.
— Оливия…
У меня не должно быть уязвимых мест. Ненавижу себя за это ещё больше.
Чёртовы эмоции.
Это они затмили разум. Из-за безумного порыва прикоснуться к ней, вдохнуть аромат… Обезумел и, чтобы привести себя в чувство, ударил по стене.