Чтение онлайн

Когда пришла очередь задавать мне им вопросы, я не знала с чего начать. Эдгар обещал, что на любой вопрос, насколько секретным он бы не был, они ответят честно, ведь я и так знала их основной секрет, хуже которого уже ничего не могло быть.

Вопросов было много, но как правильней мне их задать, чтобы не обидеть вампиров, я не знала. Всё же, решив, что я хочу устранить своё любопытство, я решилась и задала первый вопрос:

— Когда Гидеон пришёл ко мне в гости, мы с ним заговорили о возможностях и способностях вампиров, он мне так и не рассказал, что вы можете. Я очень хотела бы знать: у вас есть способности?

— Да, — недолго думая ответила Эшли. — Думаю, ты встречалась с таким даром, как смена настроения. Он принадлежит Гидеону. У Кэндис дар читать мысли. Ты можешь не волноваться, что кто-то читает в данный момент твои мысли, ведь, как только Кэндис захочет это сделать, ты почувствуешь резкую, но быструю боль. Такое легко определить. У Эда тоже замечательный дар замедлять предметы, хотя он им пользуется достаточно редко, и то, если, к примеру, тарелка падает, он замедляет её падение, чтобы успеть поймать. У меня же самый простой дар, который может иметь любой человек — проницаемость. Я чувствую всё то, что чувствует рядом находящийся человек, — после недолгого молчания Эшли встала из-за стола, взяла пустые тарелки с когда-то лежавшей на них едой и ушла в направлении кухни. Через минуту она появилась с новой порцией салата, которую поставила на шёлковую поверхность круглого стола и села, взглянув на меня. — Не стесняйся, спрашивай, что хочешь. Мы не укусим, детка, — улыбалась она всё так же ласково.

— Чтобы стать вампиром, что для этого нужно?

— О, на это разные способы найдутся. Нас всех, кто сидит за этим столом, превратили одним-единственным способом.

Существуют и другие, но я расскажу только про этот, — улыбнулась мама Гидеона. — У каждого из нас не было выбора, кроме как стать вампиром. Все мы были на грани жизни и смерти. Нас с Эдгаром перевоплотил 178 лет назад вампир, которого уже, скорее всего, нет в живых. Он напоил нас своей кровью, после чего она смешалась в нашем теле с нашей человеческой, и с первым ударом сердца после попадания вампирской крови в организм сердце начинает перевоплощать тело человека. Мы засыпали на час и более. После пробуждения мы хотели крови, в горле всё кололо. Но именно этот момент в нашей жизни решает нашу судьбу.

У нас есть выбор в такие моменты: пить кровь человека в первые сутки и перевоплощаться до самого конца или не выпить ни капли и умереть навсегда. И тут уже нет разницы — осталась ли человеческая кровь в тебе или нет. Это просто не играет никакой роли. Были такие случаи, когда «не живые — не мёртвые», как их принято звать, не пили кровь. Их тела иссыхали, они превращались в живые мумии, после чего сердце останавливалось от того, что крови в теле и организме нет, — после её слов меня начало трясти, это было страшно слышать. Увидев это, Эшли подошла ко мне, обняла своими тёплыми нежными руками и добавила: — Детка, не бойся. Тебя, надеюсь, в жизни такое ждать не будет. Ты проживёшь нормальной человеческой жизнью, — эти слова меня добили до конца, меня стало трясти ещё сильнее, ведь я вспомнила, что гласила книга с рунами. Год жизни мне дан — и это максимум. Но когда я увидела взгляд Гидеона, полный беспокойства, любви и нежности, я успокоилась и продолжила задавать вопросы.

— Я не знаю, правильно и культурно ли будет звучать мой вопрос со стороны, я не пытаюсь вас этим как-то обидеть, так что, если что заранее прошу прощения. Вы чувствительны? — спросила я, тут же принимая красный цвет лица.

— В чём и когда? — спросил Эдгар вежливо нежным голосом.

— Во всём. Эмоции, чувства… прикосновения. Что вы чувствуйте? — как только я задала этот вопрос, Гидеон встал со стула и ушёл в непонятном направлении. Но по его выражению лица не скажешь, что я его обидела или задела этим вопросом. Он просто встал и ушёл.

— Дорогая, положи свою ладонь на мою щёку, — с этими словами он взял мою руку и положил, как и просил, на свою щёку. Под ней пульсировали мышцы так, как у обычно человека не пульсируют. Это казалось таким странным и необыкновенным. — Чувствуешь это? Мышцы. Их пульсацию. Вампиры чувствительней людей в разы. Для нас малейшее прикосновение раскрывает столько чувств, сколько вы не чувствуете. К сожалению, эмоции не всегда такие же, как и у человека. В большинстве случаев мы более нейтральны, чем вы. Хотя некоторые вещи для нас даже эмоциональнее, чем у вас — людей.

Я знала, что самый некорректный вопрос был уже позади, теперь краснеть в такие неловкие моменты не придётся, но всё же вопросы оставались. И какими вопросами продолжить диалог — я не знала.

После того, как я почувствовала эту пульсацию под кожей Эдгара, я поняла, почему Гидеон так глубоко вдыхал в себя воздух, когда я гладила его лицо, руки, и вовсе целовала его. Я начала осознавать по-настоящему то, что этот вампир любил меня, и это никакие не притворства. Это правда. Он действительно меня любил, поэтому пытался удержать меня от своего мира. Он боялся причинить мне боль. Но он даже не знал того, как приятен мне был его укус в тот вечер, когда он рассказывал мне про руны. Я готова была почувствовать это снова, но ему казалось, что он причиняет мне боль, подставляя мою жизнь под угрозу. Я же понимала совершенно обратное: я хотела ещё больше знать о всех опасностях вампиризма. В какой-то момент эта тема стала для меня интереснее любых журналов о моде. Главное, чтобы я сама не захотела стать вампиром. Для меня вампиры — не проклятые существа, но стать вампиром я боялась, объяснение чему я до сих пор не могла найти.

— Простите, я нехорошо себя чувствую, — сказала я, соврав, чтобы увидеть Гидеона ещё раз и поцеловать прямо с порога. Я не могла больше оставаться тут, хотя компания была более чем просто приятная, я хотела чего-то другого, что связанно с моим парнем.

Я встала из-за стола и направилась в сторону его комнаты. Рядом с лестницей я заметила краем глаза картину пятидесяти летней давности, на которой присутствует блондин — Гидеон — в окружение прилично одетых вампиров с коронами. Картина казалась жуткой, хотя по коже в этот раз я не почувствовала дрожь. Подумав, что это просто картина, которую нарисовали не с реальными людьми, я отвернулась от неё и пошла туда, куда направлялась до появления этой картины.

— Зачем ты поднялась за мной? — донёсся голос Гидеона в тот момент, когда я поднялась по лестнице. — Ты должна быть за столом с моей семьёй, а не искать меня. Иди к ним. Оставь меня, — в его голосе присутствовал страх, который я уже слышала в тот вечер, когда он испробовал моей крови. Видимо, ему опять была необходима моя кровь. Но он не хотел опять подвергать меня опасности, которой и так нет.

— Я пришла к тебе. Ты так неожиданно покинул ужин. Тебя что-то беспокоит. Что? — спросила я, стоя на пороге комнаты. Я ожидала совсем другое, когда поднималась к нему в комнату. Я ожидала впиться своими губами в его губы, обнимая. Но по его испуганному голосу и глазам, вокруг которых вновь вздулись вены, мне стало всё понятно. Он был голоден. И дураку понятно. Я подошла к его столу, на котором стояла подставка для ручек, в которой я увидела иголку, взяла её и ткнула в свой палец. Из ранки тут же появилась алая капля крови. Может, ему хватило бы и этого для поддержания иммунитета. — Выпей. Тебе станет легче.

— Нет, Черри, я не дурак. Я голоден сильнее, чем тогда. Если ты сейчас же не уйдёшь вниз, ты попадёшь под мои клыки. Иди, я тебе сказал! Уходи!

— Нет! — говорила я, подходя к нему ещё ближе. — Я не уйду. Выслушай моё предложение и сделай так, как я прошу. Если ты с каждым днём уменьшишь потребление крови, в конце концов, ты сможешь отказаться от неё. Ты выработаешь иммунитет. Это лучше, чем сейчас ты, будучи в очень голодном состоянии, выгоняешь меня. А теперь пей! Сколько можешь, пей. Я помогу тебе уменьшить норму, не бойся.

— Черри…

— Пей, я сказала!!!

Он с опаской прислонился своими мягкими горячими губами к моему пальцу, на котором собралась уже довольно большая капля крови. Сейчас он не использовал клыки, только пытался высосать всё, что было в моём пальце. Но я знала, на что шла. Я ничего не чувствовала, кроме его нежных губ. Когда он выпил, как ему показалось, достаточно крови из моего пальца, он вытер салфеткой рот, которая лежала на его кровати, где он и сидел, затем поднял свой взгляд на меня. Вокруг его глаз всё ещё были вздутые алые вены, но он смотрел на меня осознанным взглядом, поэтому я не боялась, что может произойти в следующий момент. И правильно делала, что не боялась. Он наклонился ко мне и поцеловал сначала в лоб, затем в щёку. После чего я ощутила тяжёлое дыхание Гидеона над моей шеей в том месте, где у меня располагается сонная артерия. Он поцеловал её и, почувствовав биение внутри неё, поцеловал её ещё раз. Он сдержался, не укусил. Этого я и добивалась. Свои мысли я озвучила и ему, на что он ответил вполне спокойным тоном: