Чтение онлайн

Судя по всему, молоденькие адептки нечасто строили ему глазки. Как реагировать на это, он не знал.

– Чабрец подойдет, спасибо, – выручил несчастного Крис.

– Сию минуту все подам, – корчмарь раскланялся и сделал шаг в сторону кухни, но вдруг воротился к новым гостям. – А насчет комнат, господа: у нас их всего три, и свободна лишь одна из них, – торопливо сказал он и прибавил: – Но там две кровати.

– Отлично, любезный друг, – Гвин вновь улыбнулась. – Нас устроит.

Мужчина опять поклонился и умчался в кухню.

Крис тихо засмеялся, не сводя с девушки глаз. Она же победоносно откинулась спиной на стену и приняла самый невозмутимый вид.

– Ох, Гарана, – адепт покачал головой. – Я и представить себе не мог, на что ты способна.

– У тебя не было времени представлять, ты был слишком занят другими женщинами, – невозмутимо парировала она.

– Ты всегда числилась в моем особом списке, – Крисмер понизил голос и подался к ней. – Просто я решил не спешить и дать тебе пару-тройку лет свободы.

– Какая честь для меня, ВарДейк, – беззлобно произнесла она, оглядывая других посетителей. – Можешь не торопиться, потому как тебя в моем особом списке нет вообще.

Компания мужчин тем временем взорвалась хохотом, чем напугала юного музыканта. Бедняга чуть не уронил свою флейту в очаг. Он стрельнул в их сторону сердитым взором и продолжил играть мелодию, наводящую на мысли о пасущихся на лугу коровках в ясный полдень. Но смеющиеся селяне не обратили внимания на его гнев, равно как и на прибывших недавно адептов.

Чего нельзя было сказать о троих артистах. Мужчины заговорили тише, будто кого-то могли интересовать подробности их путешествия. Женщина же то и дело стреляла глазами в сторону Криса, но тот перестал ее замечать, сосредоточившись на своей дерзкой спутнице.

– Нервничаешь? – вдруг спросил ВарДейк с совершенно серьезным видом.

– Нет, – соврала Гвин. Забарабанила пальцами левой руки по столу. – С чего бы?

Чем ближе к Аэвиру, тем страшнее ей становилось. Пару раз ей хотелось развернуть Кошмара и во весь опор помчаться назад, к отцу. Плакать и умолять, только бы он не заставлял ее возвращаться в это ужасное место. Но, увы, родитель был полностью прав: они должны разобраться с вампирами и уничтожить следы своего позора. И выручить местных, разумеется, несмотря на то, что те обо всем знали и не помогли. Долг требовал. Устав обязывал. Да и в этот раз Гвин ехала не одна. Несмотря на все его дурные черты, Крису она теперь доверяла. И папа, судя по всему, тоже.

Адепт накрыл ее ладонь своей, сжал.

– Нормально, что тебе страшно туда возвращаться, – сказал он, глядя ей в глаза. – Но клянусь, больше никто не тронет тебя. Никто не причинит тебе вреда, пока я рядом. Поняла?

Гвинейн кивнула.

Крис взял руку девушки в свою и поцеловал кончики ее пальцев, погладил. Стараниями ее отца переломы давно срослись, но от поступка адепта по коже побежали мурашки.

Гвин растерянно отвела взор – и встретилась глазами с сердитой артисткой. Та тотчас стушевалась.

Отворилась дверь в кухню, вышел корчмарь с подносом. Он поставил три тарелки с ужином перед гостями и направился к стойке, чтобы налить для них напитки. Отсюда адептка сделала вывод, что флейтист все-таки был не с ними.

Она рассеянно высвободила ладонь из пальцев ВарДейка.

– Спасибо, – Гвин прикинулась, что с интересом наблюдает за корчмарем.

– Гвинни, послушай, – Крис облизал губы. – Я знаю про твои… особенности. То есть про способности окулус. Знаю, что такие маги, как ты, иначе видят нити энергий и взаимодействуют с ними напрямую, не как обычные колдуны. Знаю, что ты этого стесняешься, потому что не все могут это принять – одни смеются, другие завидуют. Я и сам не понимаю, как это у тебя происходит, но прошу, если вдруг тебе понадобится применить эти способности при мне, не смущайся. Делай что пожелаешь, я никому ничего не расскажу. Обещаю.

Его тирада удивила Гвин куда больше, чем предшествовавший ей поцелуй.

– Окулус – это прямое воздействие на любую силу и материю, – вдруг сказала она. – Состояние глубокого транса, в котором мне не нужно специально творить заклинания. Энергии подчиняются гораздо легче. Я как бы вижу их изнутри и становлюсь их частью, – Гвин опустила глаза на свои руки. – Но после перехода в состояние окулус мне обычно очень плохо. Похоже на похмелье, только в сто раз хуже.

Крис тихонько присвистнул.

Корчмарь, который шел в сторону кухни, решил, что этот звук адресован ему, и махнул рукой, давая понять, что уже спешит за их порциями.

– Да ты опасна, как Неукрощенный огонь, Гарана, – адепт ободряюще подмигнул. – Неудивительно, что старшие маги тебя недолюбливают за твой потенциал, которого они от природы лишены, а младшие смеются, потому что не понимают.

Гвин промолчала. Ей не хотелось пускаться в излишние откровения о том, как ее травили за особые способности, как редко она к ним прибегала и как потом расплачивалась за это страданиями.

– Кстати, а ты могла бы призвать без дополнительной подготовки Неукрощенный огонь или Чистую тьму? – вдруг спросил Крисмер со странным блеском в глазах. Таким любопытно-базарным тоном, будто речь шла не о сложнейших и опаснейших энергиях, а о каких-то досужих сплетнях.

– Не знаю, – вновь соврала девушка.

Кажется, ВарДейка ей обмануть не удалось, но вместо того чтобы уличить адептку во лжи и пуститься в дальнейшие расспросы, он лишь заметил:

– И вправду хорошо, что те твари не узнали о твоих способностях. Брокса, которая может подчинить себе Чистую тьму наравне со своим хозяином, – дьявольски жуткое создание.

К счастью, из кухни вернулся корчмарь, и Гвин не пришлось ничего отвечать.

Мужчина поставил перед адептами две грубые глиняные тарелки с их ужином и две чашки со свежезаваренным чабрецом. Как и было обещано, цыпленок с травами, порубленный на крупные куски, оказался просто изумительным. Половинки запеченного картофеля, щедро сдобренные сливочным маслом, тоже были весьма недурны.

Крис расплатился деньгами, которые им перед отъездом выдал мастер Гарана. Корчмарь забрал монеты, принес ключ от комнаты на втором этаже и, положив его на стол, пожелал адептам приятного аппетита.

Они поели молча. Гвин погрузилась в свои мысли о предстоящем визите в Аэвир. ВарДейк тактично дал спутнице такую возможность. Лишь время от времени поглядывал на ее лицо, отмечая на нем следы усталости и печали.

Когда они уходили в свою комнату, артисты все еще сидели, слушая звуки флейты, а игравшие в кости мужики с гоготом продолжали свое веселое занятие.

Один из них, особенно захмелевший, видимо, захотел выйти на двор по нужде. Он поднялся с места и неверной походкой двинулся к выходу. По дороге мужчина попытался галантно пропустить Гвин, которая шла мимо него, но запутался в ногах и рухнул прямо на лавку, опрокинув ее.