Чтение онлайн

Она продолжала стоять босиком на холодном дощатом полу в одной рубахе и смотреть на то, как частые капли рисуют серебристые дорожки на стекле. В отражении девушка видела себя. Бледное лицо в обрамлении алых волос. Большие глаза. И клыки. Ненавистные клыки, которые показывались, стоило приподнять верхнюю губу. От этого улыбаться не хотелось вовсе. Никогда.

Скрипнула кровать.

Крис встал, подошел к ней сзади и заключил в объятия.

Сквозь тонкий материал рубахи Гвин ощутила спиной горячую кожу его обнаженного торса. Жаркий после сна, ВарДейк уткнулся лицом в волосы за ухом адептки. Одна его ладонь легла на талию девушки, другая перехватила ее руки, прижатые к груди, так тесно, что Гвин прикрыла глаза, растворяясь в уютном тепле.

– Идем спать… вишенка.

Крисмер поцеловал ее в висок.

Гвин даже не смогла возмутиться. Или, быть может, не захотела. Ни этому поцелую, ни «вишенке».

– Идем спать. Я не приму возражений, – настойчивее повторил ВарДейк.

Он воздержался от банальностей вроде «завтра трудный день», но это было и так понятно.

– Не могу уснуть, – нехотя призналась девушка.

– Ничего, я тебе помогу. Пойдем, – он мягко развернул ее за плечи и повел ко второй кровати.

Гвин забралась на свое скрипучее ложе и позволила укрыть себя одеялом.

Мужчина присел на край, протянул руку и осторожно погладил ее по голове.

И Гвин внезапно до безумия захотелось смотреть на него вот так и дальше. Обнаженного по пояс. С этими рельефными мышцами. С рунической цепью на правом предплечье и печатью в виде сложного колеса символов над сердцем. Заспанного. Очаровательного. Желанного, тьма его раздери.

Захотелось запустить пальцы в светлые волосы.

Целовать приоткрытые губы. До головокружения.

Не вспоминая прежние поводы для недовольства. Позабыв обо всем на свете.

Крис с неторопливой нежностью гладил ее по волосам, шептал что-то. А Гвин даже не заметила, как быстро его голубые глаза налились молочным светом.

Потому что стремительно засыпала под мерный шелест дождя и тихий ласковый голос.

Аэвир ощетинился черными пепелищами погребальных костров. Их обугленные круги встречали путников прямо на въезде в город, безмолвно крича, что дальше ехать нельзя. Что нужно разворачивать коней и без оглядки мчать прочь.

От одного из таких кострищ все еще поднимался дым, но чьи останки скрывала куча тлеющих головешек, знать не хотелось. Люди или упыри – все едино, тела полагалось предать огню до заката, чтобы ночью покойники вновь не заявились домой как ни в чем не бывало.

Лошади неспешно несли адептов в город. Первым ехал Крисмер верхом на Пуговке, которая опасливо озиралась по сторонам и дергала ушами. За ними следовала Гвин на Кошмаре. Конь предостерегающе пофыркивал, раздувая ноздри. Видимо, ощущал близкое присутствие тех сил, которых хозяин обучил его остерегаться.

Тишина в городе показалась Крису осязаемой, более гнетущей, чем в день его первого визита. В этот раз люди, что выглядывали в окна и тотчас прятались за шторами, делали это без любопытства, но со страхом. Они явно боялись, что их мучители могут вернуться и при свете дня. Тогда всем точно настанет конец.

Гвин ожидала увидеть на улицах реки засохшей крови, но обнаружила лишь разруху и запустение. Однажды она уловила краем глаза движение в переулке. Повернулась, однако среди перевернутых бочек и разбитых ящиков увидела лишь старуху, которая копошилась в груде увядшей картошки, выбирая клубни посвежее. Старуха подняла на путников водянистые глаза, но, убедившись, что перед ней не одержимые и не упыри, вернулась к своему занятию. Возможно, не только ее жизнь зависела нынче от этой подгнившей картошки.

Позже им встретилась собака. Хромая дворняга с длинной свалявшейся шерстью взвизгнула и помчалась прочь, стоило лошадям показаться из-за поворота. Кони приблизились к тому месту, где спугнули несчастное животное, и адепты обнаружили разорванную кошку в окружении зеленых мясных мух.

Гвин и Крис хранили молчание.

Все слова были сказаны еще на подъездах к первым виноградникам. Возможные планы, подходящие заклятия и пути к отступлению обговорили заранее. В тени раскидистого клена состоялся решающий привал, на котором Гвин и Крис по наставлению Авериуса Гарана съели по тройной порции королевской соли и запили ее особым зельем, что приготовил для них мастер над проклятиями. Это зелье в ближайшие несколько часов не позволило бы никому взять разум адептов под полный контроль и до предела обостряло все чувства. Чудесное варево было неоднородным и скользким, как перезревшая слива, и оставляло на корне языка горьковатое послевкусие, до тошноты, но что поделать?

Крисмер и Гвин чокнулись дутыми пузырьками из матового стекла.

– До дна! – Адепт ободряюще улыбнулся, глядя на побледневшую подругу.

Она поморщилась и с трудом начала глотать студенистую жижу. Крис допил первым. Дождался, пока закончит Гвин. Смотрел на нее пристально, так, будто не мог насмотреться.

Как только она оторвалась от горлышка и вытерла рот рукавом, ВарДейк швырнул опустевший пузырек в траву и приник губами к ее губам.

Жаркий, неистовый порыв, неожиданный для них обоих. Из тех поцелуев, к которым просто невозможно подготовиться заранее. И которые уж точно никогда не забыть после.

Гвинейн шагнула назад. Она вмиг оказалась прижата спиной к бугристому стволу старого клена. Испуг в широко распахнутых зеленых глазах сменился смятением. В очах блондина же горел жгучий, азартный пламень. Такой, что дух захватывало.

Вторая бутылочка полетела вниз, жалобно звякнула о выступавший корень и разбилась.

Разгоняемая зельем кровь вскипела.

Руки адепта легли на талию девушки, крепче обнимая ее. Ее дыхание сбилось. Она ощутила на языке вкус королевской соли и горечь зелья – не своего, того, которое выпил ВарДейк. А еще отголосок. Эхо, которое застучало в висках острым желанием и растеклось по телу зыбкой волной.

Крисмер вдруг вздрогнул и отстранился.

Гвин часто заморгала, глядя на то, как алая струйка сбегает по его подбородку из прокушенной губы. Как он вытирает ее тыльной стороной ладони и смотрит на девушку с немым вопросом.

Вкус его крови во рту стал четче, завибрировал.

Адептка закрыла лицо руками.

– Прости, я случайно, – сдавленно произнесла она.

Ей хотелось провалиться сквозь землю.

– Ничего, – Крис попытался отвести ее ладони от лица, но девушка не позволила. – Ты слышишь меня? Ничего страшного, малышка. Все пройдет. Твой отец говорил, что со временем станет легче. Гвинни? Это случайность, все в порядке.

Гвинейн замотала головой.

Он потянул настойчивее. Отнял ее руки от лица и положил их себе на плечи. А затем бережно обнял Гвин и поцеловал ее в висок. Девушка судорожно вздохнула.

Однако этот миг остался позади, там, где зелень скрывала умиротворение, но никак не угрозу. А впереди лежал лишь готовый обратиться в руины город.

Аэвир будто бы сделался призраком, сквозь который адептам приходилось пройти. Запыленная дорога вела к подножию кряжа, а оттуда, через разоренные виноградники, – к черному остову поместья.