Чтение онлайн

Затем вода начала хлюпать в такт музыке, что заставило меня перестать усмехаться. Я наблюдала, как вода уходит в унитаз и снова наполняется, уходит и наполняется, с каждым разом немного более яростно.

— Да, пожалуй, я потерплю, — сказала я, быстро застегнувшись и выйдя из туалета так поспешно, что случайно столкнулась с посетителем, ожидавшим его использования. Пробормотав извинения, я почти добралась до конца коридора, как услышала серию криков, доносящихся из каждого из туалетов, а затем хлопанье открывающихся дверей, из которых выходили их текущие обитатели, каждый покрытый нечистотами различных оттенков.

Тот, кто вошел в туалет «Сидя» после меня, увидел, как я на него смотрю, и сказал на пределе своих, вероятно, легких: — Что, черт возьми, вы сделали с унитазом?!

Прежде чем я успела ответить, раздался еще один бас-дроп из караоке-песни, и вся сантехника в баре взорвалась.

— Не думай, что это означает, что ты отделаешься от исполнения своей песни, — сказала мне Гида, пока мы, как и все остальные, бежали из быстро затопляемой «Квадны Спанджи». — Мы вернемся.

— Но не сегодня, — сказал Бунтора, пока его выносил из бара Лор.

— Нет, не сегодня, — согласилась Гида.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

— Должно быть, ты Эшли, — сказал молодой человек в форме Службы контроля за животными, подходя ко мне. Я стояла перед домом, про который говорил Хьям, и действительно, хоть сейчас оттуда не доносилось шума, запах был ужасающе плох. Молодой человек протянул руку. — Я Дженсен Малин.

— Привет, — сказала я, улыбаясь.

Он заметил это. — Что смешного?

— Гида сказала, что хорошо тебя знает, так что я думала, ты будешь постарше.

— Мне двадцать шесть, но я начал работать на этой должности в восемнадцать, — сказал Дженсен. — Обычная история: «одаренный ребенок рано поступает в колледж, получает стажировку, его начальник внезапно умирает, и он получает работу, потому что больше никто не хотел».

— Это обычная история?

— По крайней мере, для меня. — Дженсен сморщил нос от запаха. — Не очень хорошо, да?

— Пахнет, как мусорный контейнер у стейк-хауса после трех дней на солнце, — сказала я.

— Довольно яркое сравнение.

— Довольно яркий запах.

— Справедливо! — Дженсен указал на фасад дома. — Давай начнем со стука в дверь, договорились?

Стук не помог; кто бы ни жил в доме, не отвечал. — Сейчас половина десятого, — сказала я. — Они могут быть на работе.

— Могут, — согласился Дженсен. — Давай обойдем сзади.

Задняя часть дома представляла собой высокий деревянный забор, выходящий прямо в переулок. Забор был достаточно высоким, чтобы обычный человек не мог заглянуть поверх него. Дженсен проверил забор на прочность, затем подпрыгнул, ухватился за верх и подтянулся, чтобы заглянуть.

Вой начался немедленно.

Дженсен спрыгнул вниз и посмотрел на меня. — Да, ну, эти ребята точно не местные, — сказал он, пока с другой стороны забора раздавалось царапанье.

— Что это?

— Это Давош Мундаги, что не то, как их обычно называют, когда пытаются продать здесь, на Земле.

— А как их обычно называют?

— Паучьи щенки, — сказал Дженсен. — Потому что они похожи на помесь паука с собакой.

— Нет, я сама догадалась, — сказала я.

— Прости, иногда впадаю в режим объясняшки. — Дженсен снова посмотрел на забор и через несколько метров нашел то, что искал. — Здесь калитка, но она открывается только изнутри. — Он посмотрел на калитку, а затем на меня. — Секундочку, — сказал он, и затем перелез через забор на другую сторону.

Вой усилился, а затем так же внезапно прекратился.

— Все в порядке? — крикнула я через забор.

— Насколько ты привязана к своей обуви? — ответил Дженсен.

— Ну, в некоторой степени?

— Ладно, тогда тебе нужно будет заходить сюда очень осторожно. — Раздался звук отпирания калитки, и она приоткрылась. — Я отвлеку мундагов, ты проскользнешь внутрь и быстро закроешь калитку, как только окажешься внутри.

— …Это безопасно?

— Люди не входят в меню этих ребят, если ты об этом спрашиваешь.

— Ладно.

— Дай мне секунду, — сказал Дженсен, отошел от калитки, насвистывая. — Теперь! — сказал он через пару секунд.

Я схватила калитку, прошла внутрь и защелкнула ее, как только оказалась внутри, потянув за веревочку. Я обернулась, и сразу же ко мне подскочило пушистое существо, воя при этом. Оно было одновременно очаровательным и ужасающим. Половина меня хотела опуститься на колено и погладить его; другая половина кричала в мой мозг «слишком много ног» и требовала бежать прочь. Я пошла на компромисс, застыв на месте.

— Ты в порядке? — спросил Дженсен.

— Понятия не имею, — ответила я, пока существо запрыгивало мне на ногу.

— Все нормально, — сказал он. — Смотри. — Он наклонился и погладил другого, который в тот момент пытался на него взобраться. — Видишь?

— Они могут заманивать тебя в ловушку самоуспокоенности, — сказала я.

— Мундаги не очень сильны в стратегии, — заверил меня Дженсен. — Они на сто процентов искренни с тобой все время. Что видишь, то и получаешь.

— Что я вижу, так это тарантула с щенячьими глазами и пушистым хвостом.

— Они милые, да?

— Я еще не решила.

— Давай, погладь мундага, Эшли. Я даю тебе гарантию «тебя не съедят».

Я посмотрела на Дженсена, как на сумасшедшего придурка, а затем наклонилась и осторожно погладила мундага.

— Боже мой, — сказала я. — Это как гладить шиншиллу. Он такой мягкий.

— Я же говорил.

Я сморщила нос. — И такой вонючий.

— Это тоже есть, — согласился Дженсен.

Мундаг издал абсолютно очаровательный вздох и прижался к моей ноге, явно желая, чтобы его еще погладили.

— Это вообще законно? — спросила я Дженсена, как только освободилась от блаженства поглаживания Паучьего щенка.

— Гладить мундага?

— Нет, — начала я и затем быстро поправилась. — Ну да, но я имела в виду, что мы находимся во дворе кого-то без разрешения. Или ордера.

— Ответы на оба вопроса удивят тебя, — сказал он. — Технически гладить мундага или любое другое неутвержденное внеземное существо незаконно. Не только гладить, уточню. Любой умышленный физический контакт или обращение.