Чтение онлайн

– Как тебя звать?
– тихо спрашиваю соседку.

– Света.

– А меня Коля. Как ты здесь очутилась?

– Мы переехали в поселок. Папу направили сюда.

– Николай, - тут я услышал голос учительницы.
– Я рада тебя видеть, но не мог бы ты потише, мешаешь мне вести урок.

Света оказалась нормальной девчонкой, без выпендрежа и зазнайства. Правда, почти все парни ухлестывали за ней, писали ей записочки, приставали на перемене, но она всех умело ставила на место. Однажды, после последнего урока, девочка предложила мне пойти к ней домой.

– У меня дома такая коллекция марок, закачаешься, - хвастала она.

– Ладно, пошли посмотрим.

Под завистливые взгляды ребят, мы вышли из школы.

Переехала семья Светы в дом деда Филиппа, того самого, что умер в больнице. Я вхожу в сени и не узнаю их. Здесь провели основательный ремонт, зашив стены вагонкой и выкрасив лаком. Гостиную тоже не узнать, стены ровные, покрытые обоями. Но больше всего меня потряс вид черного пианино, стоящего у окна.

– Что это? Кто на нем играет?

– Мама и я.

– Сыграй что-нибудь.

Она заколебалась.

– Дома мама...

– Ну и что?

– Сейчас придираться будет, там не так взяла, здесь не ту клавишу надавила.

– Ну сыграй..

Светка колеблется, но все же садится за пианино и открывает крышку.

– Что ты хочешь послушать?

– Чего-нибудь.

Она взяла несколько пассажей и заиграла детскую песенку про бегущих пешеходов по луже. Вдруг музыка остановилась.

– А ты сам то петь умеешь?
– спрашивает она меня.

– Нет, но знаешь, - я заколебался, - давай попробуем, я слушал радио и запомнил несколько песен. Ты только не смейся надо мной, если что не так...

– Хорошо, что сыграть?

– Санта Лючие можешь?

Она уважительно посмотрела на меня.

– Я ее ни разу не играла. Сейчас попробуем.

Пошли первые аккорды и тут я почувствовал волнение, по радио ее все время гнали на непонятном мне языке, зато я запомнил эти звуки почти наизусть. И вот осторожно начал...

Первые звуки были дребезжащие робкие, потом, несмотря на медлительность Светы я потянул уверенней и ровнее. Светка играет и разинув рот смотрит на меня. Этот взгляд меня смущает и я закрыл глаза, вдруг звук стал четче и пошло, как по радио... Я открываю глаза, рядом со Светкой сидит незнакомая симпатичная женщина и уверенно берет клавиши. Хоть я и не знаю перевода слов, но песня берет меня за душу. Такое ощущение будь-то я попал в другое измерение. Исчезла комната, я один на берегу. Передо мною море, дрожащее на закате огромного красного солнца, вокруг необычное тепло и только где то сзади мягко шелестят кипарисы, вытянувшиеся до неба. Но вот пропадает последний дрожащий звук, он растворяется где то в воздухе и очарование пропадает. Я опять в комнате, женщина задумчиво гладит бортик блестящего пианино, потом оглядывается на меня, спрашивает.

– Ты кто?

– Николай.

– Мама, он в школе сидит за одной партой со мной, - тараторит Светка. Пришел недавно...

– А до этого где учился?

– В этой же школе. Я запоздал на учебу, был в больнице.

– Что у тебя болело?

– Да так... Спина...

Мне очень не хочется говорить, что я и мои друзья подорвались на мине, воруя яблоки в чужом саду. Женщину этот ответ вполне удовлетворил.

– Кто тебя учил?

– Чему?
– растерялся я.
– В школе все предметы...

– Я не про это. Кто тебя научил петь по-итальянски?

– Никто. Я лежал в больнице, радио слушал, все запомнил, что они там... пели...

– И много ты запомнил таких песен?

– Не знаю, наверно много.

– Хорошо, что еще ты можешь спеть?

– Ну вот эту...

Я запел по памяти какую то песню, про Сорренто. К моему удивлению, женщина подхватила мотив и стала мне подыгрывать. Странно, но мне кажется у меня глюки. Опять я проваливаюсь в жаркий юг и стоя на перроне вокзала, прощаюсь с красивой девушкой. Умоляю ее о чем то, а та улыбается изумительной улыбкой счастливейшей женщины. Когда мы кончили, мама Светы уставилась на клавиши и молчала.

– Ну я пойду, - неуверенно сказал я и посмотрел на Свету.

Та тоже молчала, уставившись на меня огромными глазами так же, как и мать. Отправился к двери, но тут женщина остановила меня.

– Стой. Ты нотную грамоту знаешь?

– Нет.

– Значит все песни запоминаешь?

– Да.

– Ладно, иди.

Так мне марок Светка и не показала. Я поплелся домой, проклятая нога еще к тому же разнылась.

В школе такой же бедлам, как и всегда. Светки нет и я, усевшись за партой, наблюдал, как петушатся двое моих ровесников по классу.

– Я те голову оторву, - шипел первый силач в школе, Шурка Соколов.

– Только попробуй, - гудит молчун Витька Петров, - дотронься.

Ко мне повернулась девочка Аня с передней парты.

– Вишь, что творят?

– Чего это они?

– Светку не поделили?

– Как это? Это что, моя соседка?

– Ну, да. Вчера обещала им обоим свидание вечером и не пришла ни к тому, ни к другому.

Ребята уже начали толкаться и в воздухе запахло крепкими выражениями и дракой, но тут в класс вошла моя соседка. Девочка смело прошла между драчунами и села рядом со мной.

– Привет, Коля.

– Привет.

В классе наступила тишина. Шурка подскочил к нам.

– Свет, куда ты делась?

– Заболела.

– Я так и думал, - прогудел Петров и пошел к своей парте.

– Простудилась что ли?
– не унимается Шурка.

– Пусть будет так. Слушай, Шура, у меня сегодня нет настроения говорить. Отвали пока.

Соколов послушно поплелся к своей парте. В конце первого урока, Светка вдруг прошептала мне.

– Ты сегодня не можешь часов в шесть вечера зайти к нам.

– Марки будем смотреть?

– Нет... Там увидишь. Мама очень просила.

– Хорошо.

У дома Светки стоит черная "Волга". Я захожу в комнату и вижу двух незнакомых пожилых людей, одетых, в непривычно для жителей поселка, черные смокинги. Оба сидят на диване и с любопытством смотрят на меня. Светина мама и сама Светка сидят на стульях за столом.

– Можно?

– Заходи, Коля, - кивает головой мать Светы.
– Вот о нем я говорила вам, -обращается она к незнакомцам.

– Здравствуйте, - я вошел и робко прижался спиной к дверям.

Незнакомцы в ответ закивали головами.

– Здравствуй.

– Коля, - начала Светина мама, - ты меня извини, но я пригласила сюда своих друзей, чтобы они послушали как ты поешь.

– Но я же...

– Я тебя прошу, спой пожалуйста.

Светка смотрит на меня молящим взглядом.

– Хорошо.

Все оживают.

– Ну что же, время у нас мало, Лидуша, посмотрим, что ты нам за чудо собиралась представить, - говорит самый старший из гостей.
– Валерий садись за пианино, подыграй молодому человеку.