Обыкновенные неприятности
Шрифт:
– У нас времени мало, еще надо прослушать много участников концерта, сейчас еще одна песня, знаменитого композитора Листа, Сольвеиг...
Опять аплодисменты и вот Светина мама начинает играть. Я опять закрываю глаза. Мне кажется это прекрасная мелодия Севера, звучит как непрерывное перемигивание радужного света в кристаллах льда. Я тяну звуки и хрупкие льдинки звенят, отдаваясь эхом в просторном гроте волшебной сказки.
Кончились последние звуки и... опять тихо. Я открыл глаза, первые ряды почетных граждан и учителей застыли в своих позах, будь-то их приморозил холод. Ученики смотрели на меня с изумлением, словно увидели впервые. Прошла минута и какой-то маленький мальчишка, первый хлопнул в ладоши и тут зал взорвался. Я поклонился и пошел за кулисы. Светка первая встретила меня и бросилась на шею. Она уткнулась мне в плечо и я почувствовал мокроту рубашки.
– Ты чего?
Зал ревел. Девчонка оторвала голову и я увидел на ее глазах слезы.
– Ничего. Иди, поклонись людям.
Возвращаюсь на сцену и кланяюсь хлопающим зрителям. Пять раз выходил под невообразимые аплодисменты. Маша Лаврова с трудом успокоила всех и продолжила концерт. Светка увела меня в коридор.
– Мама просила, чтобы ты никуда не уходил.
И тут девушка меня поцеловала. Я ей робко ответил. Хлопнула в коридоре дверь, мы отпрянули друг от друга. Появилась Светина мама, с ней были ее знакомые Юрий, Валерий, пожилая женщина в нелепом наряде старых дам и старик с необычно белыми волосами.
– Вот он, - Светина мама гордо представила меня всем.
– Так вот вы какой, - пожилая женщина вцепилась в мою руку, - Вы чудовищно талантливы, Коля. Юра, почему он здесь?
– она повернула голову к мужчинам.
– Валерий, и ты, зная, что этот мальчик гниет в этой дыре, ничего не сделал, чтобы вытащить его от сюда. Что с тобой?
– Алла Васильевна, я постараюсь его вытащить... Он скоро кончит учится в этой школе и мы поможем ему без экзаменов устроиться в каком-нибудь музыкальном учебном заведении.
– Плохо стараешься. Георгий, - теперь поворот головы к старику, сделай что-нибудь. Ты же понимаешь, что здесь этому парню делать нечего, после десятого класса он сгниет здесь.
– Да, Аллочка, после того, что я услышал, постараюсь ему помочь.
– Что же это делается? Мы учим всякую серость петь, а талант должен гнить. Этому не бывать. К новому началу учебного года, я разнесу министерство культуры, а эту поганку Эльвиру доведу до истерики, поверьте, но место без вступительных экзаменов, они найдут. Только я всегда удивляюсь, почему именно я должна это делать. Вы на что?
– Мы вас для этого и привезли сюда...
– Ага... Хитрецы, сами не могли, так сразу тащите меня. Ладно уж, ради этого мальчика пойду на все.
Кончился концерт, старшие понемногу начали расходится, мальчики стали сдвигать стулья к стенкам, освобождая место для танцев, а я уже имел кучу поклонниц. Часть сумасшедших девочек с нашей школы окружили меня, все выражали восторг, поздравляли, дергали и даже предлагали потанцевать. Света выбралась из этой толпы и побежала по коридору вглубь школы. Вскоре она вернулась с нашей учительницей и та принялась меня спасать.
– Девочки, хватит, - она бесцеремонно растолкала всех.
– Коля, выйди на улицу, там попрощайся с гостями, которые ради тебя приехали к нам в поселок. Кратко, я тоже хочу выразить свое отношение к тому, что услышала. Я поражена, ты достал меня до сердца, пришлось даже всплакнуть. Давай теперь иди, да оденься потеплее, а вы, красавицы, куда? Коле надо простится с гостями, а вы то причем.
Своим крупным телом она почти останавливает разочарованную девичью толпу. Света толкает меня к выходу.
– Скорей, они уезжают.
На улице очень холодно. У больших глыб снежного вала, вывороченного грейдером, стояли несколько легковых машин. Я прощаюсь с каждым гостем за руку. Алла Васильевна, похлопала пальцами по моей щеке.
– Вот что, мальчик, приезжай обязательно в город. Я жду. А вы, милочка, - обратилась тут она к Светиной маме, - сделайте все, чтобы дать ему азы музыкальной грамоты, а также подготовьте родителей, чтобы не препятствовали выезду.
– Постараюсь, Алла Васильевна.
– Ну и хорошо. Георгий ты где? Уже в машине? Поехали.
Гости разъезжаются. Светина мама ежится от холода.
– Света, ты останешься на танцах?
– Да, мам.
– Я, пожалуй пойду домой. Постарайся не приходить поздно.
Женщина идет по заснеженной улице и только ее силуэт исчезает за углом дома, Светка толкнула меня в плечо.
– Колька, может не пойдем на танцы, пошли куда-нибудь.
Я уже получил поцелуй этой удивительной девчонки и теперь в преддверии новых событий, киваю головой.
– Пошли, только холодно... Постой, а может ко мне, мама во вторую смену...
– Когда она приходит?
– В одиннадцать.
Это был потрясающий вечер. Мы целовались на диване. Она мужественно вытерпела, когда ее крепко обнимал или мял крепкое девичье тело. Выдержала и тот момент, когда оголил ей грудь и нежно целовал ее в светлый бугорок. Встряхнулась Светка лишь тогда, когда ходики отстучали половину одиннадцатого.
– Коля, мне пора домой. Сейчас твоя мама придет.
– Ну еще десять минут.
– Нет, уже очень поздно, мама рассердится и потом, я плохо выгляжу, надо еще успеть привести себя в порядок.
Девочка решительно отталкивает меня и начинает натягивать бюстгальтер.
Я проводил Светку до дома и пошел обратно в свою хату. Мама уже дома, она не спала, сидела за столом в горнице, в ночной рубашке, прикрывшись пледом.
– Как вечер?
– спросила она.
– Нормально.
– Говорят, ты сегодня удивительно пел.
– Да, мама, но кто говорил, ты же была на работе.
– Встретила соседку, что была на концерте. Что же нам делать дальше, сынок?
– Ты о чем, мама?
– Мне предлагают отправить тебя в город, учится.
– Может так и надо...
– Не знаю. Ты приедешь, в незнакомый город, к незнакомым людям, будешь долго ко всему привыкать...
– Эти мужчины и женщины, что приезжали меня слушать, говорили, что мне будут предоставлены все условия.
– Это другая жизнь, то что они говорили, на самом деле не все будет так.
– Ты хочешь сказать, что меня не выучат ни чему?