Чтение онлайн

Описанные выше скрининговые проверки персонала на полиграфе можно осуществлять в отношении всего работающего персонала или выборочно в зависимости от занимаемой позиции сотрудника и политики компании. При этом рекомендуется проводить их на регулярной основе, но с периодичностью не чаще одного раза в год. За этот период в личной жизни людей вполне могут происходить существенные перемены, которые могут оказаться важными с точки зрения безопасности. Обследование на полиграфе обеспечит своевременное их выявление, что даст возможность вовремя предпринимать необходимые защитные и профилактические меры.

Следует отметить, что регулярное применение полиграфа в целях изучения благонадежности работников обладает еще одним важным достоинством, которое в условиях современного бизнеса делает тестирование на полиграфе особенно важным фактором политики компании в области кадровой безопасности, существенно повышающим уровень надежности персонала. Этим важнейшим достоинством обсуждаемой технологии является ее выраженный профилактический характер, проявляющийся в «сдерживании» работников от совершения противоправных проступков. В основе такого сдерживающего воздействия лежит страх быть разоблаченным в процессе проверки на полиграфе. Если сотрудники знают, что они в любой момент могут быть подвергнуты тестированию в отношении своей благонадежности или возможного совершения недопустимых проступков и испытывают страх быть разоблаченными, то это неизбежно производит определенный сдерживающий («отпугивающий») эффект на тех из них, кто в иных условиях, при отсутствии риска разоблачения, пошел бы на совершение указанных действий. В начале книги мы говорили о том, что 60–80 % работников торговых предприятий, в принципе, способны совершить хищения, но при условии, что для этого будут благоприятные условия и это останется незамеченным. Работников именно этой категории полиграф удержит от противоправных действий и не позволит им встать на путь воровства. Существование этой «вечной» российской проблемы привело к появлению в кругу полиграфологов анекдота.

Понятно, что торговые компании должны высоко оценить экономический эффект от такого «применения» метода.

Таким образом, совершенно очевидно, что не только сама процедура тестирования на полиграфе, но и всего лишь возможность ее проведения являются существенным фактором повышения надежности персонала любой организации и, соответственно, обеспечения ее кадровой безопасности. Кроме того, замечено, что данное мероприятие значительно повышает деловую активность работников, уровень взаимного доверия между ними, способствует установлению прочных служебных контактов и связей внутри коллектива. Как следствие, снижается необходимость надзора за сотрудниками, уменьшается текучесть кадров, падает уровень затрат на технические средства контроля и наблюдения за персоналом. Важным компонентом формирования сознания сотрудников становится уверенность в своевременном и справедливом разрешении любого служебного конфликта, неотвратимость административных мер воздействия за совершенные проступки.

К сожалению, сегодня среди полиграфологов, специализирующихся на раскрытии преступлений очень много таких, кто своей главной задачей считает не получение точной и надежной информации по интересующим вопросам и оценку ее достоверности, а добывание любым путем признаний обследуемых лиц, и только этим определяет качество и эффективность своей работы. Как правило, такие полиграфологи, не имея опыта ведения допроса, пытаясь любой ценой получить признательные показания, своими неумелыми действиями сводят на нет результаты такого важного этапа тестирования, как проведение посттестовой беседы. По их мнению, если обследуемый не делает хотя бы каких-нибудь маломальских признаний, проделанная работа почему-то считается выполненной плохо. Здесь нельзя забывать, что в процессе проведения любого расследования полиграфолог должен работать в команде со специалистами-психологами профессионально владеющими навыками ведения допроса.

Со всей ответственностью можем заявить, что проявление такой самодеятельности – это ошибочный и опасный подход, и что таких специалистов нельзя отнести ни к профессионалам-полиграфологам ни к профессионалам-дознавателям, поскольку они используют полиграф только как средство получения всеми возможными способами дополнительной информации и как инструмент «выбивания» признаний. Как известно, ничего инновационного и научного в профессии «добывания признаний» нет, и она существовала задолго до изобретения полиграфа. Такие «дознаватели» в определенных кругах ценились во все времена, включая мрачное средневековье, периоды фашистских и диктаторских режимов и т. д. Только пользовались они не полиграфом, а другими инструментами и средствами, о которых лучше не вспоминать. Но принцип всегда был один и тот же – запугать, сломать, дожать и, тем самым, «выдавить» признание. Да, нельзя не признать, что такой подход иногда (но далеко не всегда) срабатывает при проведении проверки на полиграфе, но какое это имеет отношение к науке, которую представляет собой истинная прикладная психофизиология и один из ее важных разделов – оценка достоверности информации с помощью полиграфа? Именно такое, ориентированное на получение признаний применение полиграфа, беспощадно критиковал ушедший от нас в 2006 году выдающийся психолог и психофизиолог Давид Ликкен, открыто называя его не научно-обоснованным тестированием, а допросом «третьей степени».

Необходимо еще раз подчеркнуть, что главная задача профессионально действующего прикладного психофизиолога (в нашем случае полиграфолога) заключается в том, чтобы, используя данный уникальный метод, получать и оценивать достоверность информации, необходимой и достаточной для решения важных практических задач, будь то конкретное служебное разбирательство, проведение экспертизы или скрининг, в том числе и для того, чтобы подтвердить и доказать, что обследуемый на полиграфе человек честен и ему действительно не в чем признаваться.

Если специалист, работающий с полиграфом, не уверен в качестве и надежности полученного результата, то это слабый, плохо подготовленный или недоученный специалист, и никакие попытки с его стороны компенсировать свою некомпетентность путем «выжимания» признаний не смогут поднять его статус. Причем он не только слабый полиграфолог, поскольку не способен своим методом получить точную информацию и дать надежные и обоснованные ответы на поставленные вопросы, но также и плохой «добыватель признаний», поскольку, не владея методом профессионально, далеко не всегда и далеко не у всех может добиться столь желанного результата.

Нетрудно понять, что в условиях тестирования на полиграфе делаемые под нажимом признания часто могут быть не полными, искаженными, а то и просто ложными, и их также нужно обязательно перепроверять. Если кто-то считает, что это не так, пусть познакомится с активно публикуемыми в последнее время в США результатами пересмотра на основе ДНК-анализа вещественных доказательств тех приговоров, которые в значительной степени были вынесены с учетом результатов тестирования на полиграфе.

Таким образом, в случае тех полиграфологов, которые ориентируются только на получение признаний как основного результата своей работы, мы имеем дело с «полуспециалистами», которые не умеют ни правильно использовать полиграф, ни получать полные и достоверные признания. Именно такие «полуспециалисты» допускают в своей работе много ошибок (как ложноположительных, так и ложноотрицательных), о которых потом предпочитают молчать и никогда не вспоминать. Жизненный опыт показывает, что, в конце концов, таких «спецов» ждет глубокое разочарование.

Если кто-то полагает, что высказанная здесь позиция является неправильной и иначе работать полиграфолог не может в принципе, то пусть поинтересуется поподробнее, как применяется полиграф в Японии, и тогда станет более понятно, почему профессиональный психофизиолог действительно может быть важнейшим и незаменимым звеном в комплексной системе сбора получения и оценки достоверности информации, необходимой для решения различных прикладных задач, оставаясь и работая при этом в рамках только своей предметной области и в пределах своей профессиональной компетенции, не занимаясь не свойственным ему делом.