Чтение онлайн

10. В настоящее время у Вас есть намерения оказывать услуги конкурентам нашей компании?

11. В последнее время Вы делали крупные покупки, о которых Вам не хотелось бы говорить?

12. Ранее Вы хотя бы раз воровали личные веши или деньги у тех, с кем вместе работали?

13. Вы поддерживаете деловые отношения с лицами из преступной среды?

14. В своей анкете и рассказе о себе Вы специально скрыли или исказили что-либо?

15. В настоящее время Вы предпринимаете конкретные шаги для поиска другого места работы?

16. Сейчас, в настоящее время, у Вас есть реальные обоснованные планы уехать работать за границу?

17. Одна из причин Вашего прихода сюда – это сбор информации о специфике работы компании?

18. Хотя бы раз, исключая медицинские цели, Вы употребляли какой-либо наркотик?

19. Вы часто рассказываете посторонним или друзьям о специфике своей работы?

20. Хотя бы с одного из прошлых мест своей работы Вы были уволены за служебные злоупотребления?

21. В настоящее время у Вас или Ваших близких есть крупные денежные долги?

22. У Вас есть проблемы со здоровьем, которые могут помешать Вашей работе?

23. Вы часто рассказываете жене (мужу) или знакомым о деталях или специфике своей работы?

24. В настоящее время у Вас есть повышенная тяга к алкогольным напиткам?

25. Вы намерены получать деньги или другую выгоду за сведения о своей работе в этой компании?

26. В школе, училище или институте Вы пробовали какие-нибудь наркотические или психотропные средства?

27. Когда-либо Вы с корыстным умыслом рассказывали посторонним об особенностях охраны места Вашей работы?

28. На ближайшее время у Вас или Вашей семьи есть намерения сменить место жительства?

29. За последние 3 года Вы совершали поступки (деяния), влекущие уголовную ответственность?

30. Ранее в сговоре с кем-либо Вы участвовали в краже или хищениях денег, товара, имущества, продукции?

31. Вы собираетесь поддерживать деловые отношения с конкурентами нашей компании?

32. Вы часто испытываете желание рассказать на стороне об охраняемых служебных сведениях?

33. На прежних местах работы Вы умышленно своими действиями наносили материальный ущерб?

34. На последнем месте работы у Вас были необоснованные прогулы якобы из-за болезни?

35. Вам свойственно распространять слухи, порочащие тех, кто с Вами вместе работает?

36. У Вас есть причины скрывать истинные цели Вашего прихода на работу в эту компанию?

37. Правдиво то, что свидетельства о Вашем образовании были получены Вами честным путем?

38. Можно с уверенностью утверждать, что в своей профессии Вы – посредственный работник?

39. Зарплата, предложенная Вам здесь, действительно Вас устраивает?

Всем кандидатам предлагалось однозначно ответить на каждый из вопросов и закрепить ответ личной подписью, а затем на эти же вопросы написать свои ассоциации в произвольном виде: знак, символ, изображение, слово или краткая фраза.

Анализ интервалов между ответами показал, что у первых двух кандидатов среднее латентное время реакции на критические вопросы практически не отличалось от времени реакции на другие вопросы, а у третьего это время было статистически достоверно выше.

В таблице 4 приведены ассоциации, которые возникли на критические вопросы у обследуемых.

Из таблицы видно, что ассоциации 3-го кандидата («агента») гораздо более приближены к фактору риска (связь с конкурентами), чем ассоциации 1-го и 2-го.

Таким образом, для кандидата, которого просили выступить в качестве «внедряемого агента» компании-конкурента, установлено достоверно более продолжительное среднее латентное время реакции при ответах, а также наличие устойчивых однотипных ассоциаций при ответах на критические вопросы.

Таблица 4 Ассоциации, возникшие на критические вопросы у обследуемых

Конечно, пока рано рекомендовать предложенную методику для широкого использования. Не решены еще вопросы ее зависимости от возможного противодействия. Этот способ также «страдает» сильной зависимостью от состояния психики обследуемого, однако, в связи с удобством его применения и простотой анализа результатов, он может быть рекомендован, например, для подтверждения объективности выводов тестирования на полиграфе или в тех случаях, когда проведение психофизиологических исследований с применением полиграфа по каким-либо причинам вообще невозможно.

В предыдущих главах книги были рассмотрены те прикладные психофизиологические технологии оценки достоверности сообщаемой человеком информации, которые к настоящему времени уже получили достаточное развитие, прошли всестороннюю апробацию и активно применяются для решения соответствующих практических задач. Однако описанными методами не ограничивается арсенал средств сегодняшней прикладной психофизиологии. В настоящее время в России и во многих зарубежных странах проводятся исследования других инновационных подходов, основанных на ранее не использовавшихся психофизиологических принципах, в целях создания новых методов оценки достоверности информации. В частности изучаются возможности таких перспективных методов, как:

• анализ вызванных потенциалов мозга;

• контроль изображений мозга, получаемых методом динамического ядерного магнитного резонанса;

• факторный анализ голоса;

• дистанционный контроль температуры поверхности кожи;

• динамический контроль диаметра глазного зрачка;

• лазерная доплеровская виброметрия кожных покровов и др.

Дальнейшие перспективы и возможности прикладных психофизиологических способов оценки достоверности будут зависеть от глубины теоретической и качества методической проработки новых направлений, а также от того, насколько новые технологии будут согласовываться с современной практикой использования уже сегодня зарекомендовавших себя методов, таких как тестирование на полиграфе и анализ невербального поведения человека. По мере того, как наше понимание и теоретические представления о процессе лжи становятся все более сложными, будет происходить и усложнение технологий и методов, используемых для ее выявления.

Сейчас работа над созданием новых психофизиологических технологий фактически развивается по двум направлениям:

1) поиск новых каналов получения информации о психофизиологическом состоянии человека, которые могли бы использоваться в качестве дополнительных к существующим в рамках стандартной парадигмы использования полиграфа;

2) разработка принципиально альтернативных полиграфу подходов к оценке достоверности выявляемой информации.

Конечно, различие между этими двумя направлениями носит условный, преимущественно теоретический характер, так как реальное использование большинства новых технологий может пойти по любому пути. Сейчас прототипы будущих методов дистанционной термографии кожи, анализа голоса и измерения зрачковой реакции применяются в рамках стандартной схемы использования полиграфа. Это, прежде всего, связано с тем, что все эти новые методы, так или иначе, оценивают состояние активности периферической (вегетативной) нервной системы, что сегодня гораздо проще и с не меньшей надежностью определяется с помощью стандартной процедуры обследования на полиграфе. В то же время такие методы, как анализ вызванных потенциалов мозга или функциональная магнитно-резонансная и позитронная томография мозга позволяют оценивать состояние непосредственно центральной нервной системы. Они не связаны напрямую с регистрацией периферических изменений, которые контролируются во время стандартной процедуры обследования на полиграфе. Эти новые методы могут отражать состояние и динамику когнитивных процессов, сопряженных с актом лжи, например, таких как внимание, память, узнавание и общая умственная нагрузка. Каждая из этих новых технологий теоретически может оказаться более эффективной в оценке достоверности высказываний человека, чем стандартная процедура тестирования на полиграфе, ориентированная на вторичные процессы, проявляющиеся в форме внешней физиологической активации.