Чтение онлайн

Он ошибается. Теперь она знакома с ним — и жалеет, что познакомилась. Она восхищалась этим человеком сегодня утром, слушая его речь. Она думала, что он мыслящий человек и захочет выслушать то, что она желает сказать. Но теперь…

— Вообще-то я уже видела эту выставку, — солгала она. — Но наша встреча для меня огромное удовольствие. Я очень рада, что мы познакомились, — продолжала она, нагромождая одну ложь на другую.

Элли не знала, почему она сердится — может быть, потому, что Марк казался ей таким похожим на разбойника, а потом выяснилось, что он глуп как осел и чванится своей знатностью.

Она пошла прочь — все равно куда, лишь бы уйти от него. Через несколько секунд она скрылась от Марка. Сейчас для нее это было важнее всего.

— Мисс Грейсон!

Элли не услышала его.

Верней, услышала, но не захотела слушать. Марк заморгал от растерянности.

Какой же он дурак! Попытался изменить свою внешность, распустил волосы, выбрал одежду самого модного покроя.

Он хотел сегодня быть неузнаваемым. И это ему явно удалось. Но Элли нравится разбойник, а не он, Марк Ферроу.

Марк нахмурился. Когда Элли уходила, что-то выпало из кармана ее плаща, который она по-прежнему держала перекинутым через руку. Он быстро подошел и поднял эту вещь.

Это был конверт, адресованный в почтовое отделение рядом с музеем, на имя Оливии Коттедж. Марк понимал, что должен быстро найти Элли и вернуть ей его. Он даже пошел вслед за ней, но тут же остановился.

Элли решила уйти от него. Пусть будет так. Постукивая пальцами по конверту, Марк размышлял. Оливия Коттедж? Может быть, это конверт вовсе не принадлежит Элли. Может быть, она случайно забрала его откуда-то вместе со своим плащом.

Он открыл конверт и увидел внутри чек, посланный Оливии Коттедж из офиса ежедневной газеты.

Марк нахмурился и покачал головой. Он думал, что знает всех журналистов в городе, но это имя никогда не слышал. Он снова заглянул в конверт.

Вдруг Марк замер на месте.

А. Анонимус!

Оливия Коттедж — это, должно быть, настоящее имя А. Анонимуса. Значит, таинственный автор статьи сейчас находится в музее. И если этот чек обнаружит человек из другого лагеря…

Марк устало покачал головой. Прекратить убийства надо. Но он боялся, что убийца до того, как будет пойман, успеет снова нанести удар.

И главной мишенью будет А. Анонимус, то есть Оливия Коттедж. Такой безжалостный фанатик, несомненно, презирает человека, который так убедительно сумел раскрыть правду о его побудительных причинах и характере.

Он вдруг почувствовал, что мерзнет.

А что, если Элли захватила с собой конверт не случайно?

Что, если А. Анонимус — это она?

Тан Грир, усталый и грустный, сидел на крыльце, когда Элли выбежала из двери музея.

Он взглянул на нее снизу вверх. На мгновение его взгляд стал открытым и беззащитным, а на лице отразилось уныние.

Элли была уверена, что он тоже увидел разочарование на ее лице.

Оба засмеялись.

Грир постучал по каменной ступени и сказал:

— Я знаю, что я низкорожденный журналист, но, прошу вас, побудьте со мной. Я уверен, что вы сочтете меня навязчивым, но вам, мне кажется, нужно убежать отсюда. Я обещаю, что не стану вам препятствовать.

Элли немного помедлила и пожала плечами. Кто-нибудь мог выйти на крыльцо и увидеть ее в таком неподходящем для благородной девицы обществе, но ей было все равно. Она села рядом с Гриром.

— Что случилось с вашим женихом? — спросил он, потом поднял руку, показывая, что отвечать не надо, и извинился: — Простите, я обещал не задавать вам вопросы.

— Почему у вас такой печальный вид? — в свою очередь поинтересовалась Элли.

Он покачал головой, взглянул на девушку и ответил:

— Это из-за А. Анонимуса.

— Простите, из-за кого? — изумленно спросила Элли.

— Меня считают известным журналистом, но какой-то безымянный очеркист оттеснил меня на вторую страницу. И не один раз, а два. И вот я сегодня здесь, собираю материал для светской хроники.

Девушка улыбнулась:

— Вы проницательный и объективный журналист. Редакторы должны быть беспристрастны в своей работе. К каким бы политическим взглядом они ни склонялись сами, они должны были опубликовать статью, по своей сути противоположную статье Жиля Брендона, особенно если на первой странице газеты было помещено сообщение о его убийстве. Возможно, этим они смогут предотвратить готовую вспыхнуть гражданскую войну.

— В Англии никогда не будет второй гражданской войны! — возмущенно заявил Грир.

— Вы сами видели, какими ужасными могут стать народные беспорядки, — напомнила ему Элли.

— Пожалуй, вы правы. Но откуда вы знаете, что я это видел?

— Я видела вас в толпе в тот день, когда был убит Жиль Брендон, и второй раз сегодня утром.

— Вы видели статью о вашей помолвке?

— Честно говоря, нет, — тихо рассмеялась девушка. — Я не дочитала газету до этой страницы.

— Вот видите? Вы прочли только очерки на первой странице.

— Простите, это лишь потому, что… Я хочу сказать: обычно я читаю всю газету, от первой страницы до последней.

— Я думаю, вам бы понравилась эта статья. Я признаю, что упомянул про то, что ваш жених не смог появиться на празднике в честь собственной помолвки. Но я написал, что это, несомненно, был для него печальный день, потому что я никогда не видел, чтобы женщина так сияла телесной и душевной красотой, как вы.

— Благодарю вас.

Грир окинул Элли внимательным взглядом. Его худое, как у аскета, лицо было повернуто к ней, глаза блестели от любопытства.

— Извините, клянусь вам, что не опубликую ваш ответ. Но в чем причина этой помолвки?

Элли недовольно вздохнула:

— Я вам не лгала! Если есть еще какая-то причина, кроме того, что лорд Стирлинг и лорд Ферроу друзья, я ее не знаю.

— И вам не интересно ее узнать?

— Меня волновали другие дела.

— Вы все еще нервничаете из-за того, что на вас напал разбойник?

Она улыбнулась и покачала головой.

— Тогда что вас тревожит?

— Я думаю — жизнь.

— Жизнь? Можно подумать, что в вашей жизни есть причины для беспокойства! Вы знаете, каково состояние лорда Ферроу?