Очарованная
Шрифт:
— Мисс Грейсон!
Они остановились. Грир подошел и протянул руку.
— Добрый день! Мне жаль, что я прерываю ваш разговор, но ваша помолвка достойна упоминания в разделе новостей.
— Почему моя помолвка — такая важная новость? — спросила девушка.
Улыбка Грира стала шире.
— Вам, разумеется, известно, что Марк Ферроу считается…
— Лучшим в королевстве призом для невест после принцев из королевской семьи, — сухо закончил Эндрю.
Элли нахмурилась. Тан Грир пожал плечами, словно хотел сказать, что сам он выразил бы это иными словами, но имел в виду именно это.
— Я не вполне понимаю, что вы хотите мне сказать, мистер Грир, — пробормотала девушка.
— Мне бы хотелось, если вы не против, задать вам один вопрос. Как вы думаете, почему из всех женщин Британии — и даже всего мира — именно вы были удостоены такой чести? Нет сомнения, что на свадьбе вы будете невероятно прекрасной невестой, но… у вас нет титула. И к тому же вы сирота.
Элли смотрела на журналиста. Она отлично понимала, что он может исказить любое ее слово, и видела, что ему ужасно нравится допрашивать ее.
— Граф Карлайл — мой официальный опекун. Я уверена, что причина этой помолвки — его дружба с лордом Ферроу.
— И все же…
Грир настойчиво старался выяснить у нее что-то, искал какой-то тайный смысл помолвки. Но если такой смысл и существовал, Элли не знала об этом ровно ничего.
— Боюсь, что это единственный ответ, который я могу вам дать. Возможно, вам следует задать этот вопрос лорду Стирлингу или лорду Ферроу. А может быть, самому Марку Ферроу.
— Должен, но Марк Ферроу еще не может ответить.
— Тогда вам придется подождать.
— Послушайте, Грир! — вмешался Эндрю Херрингтон. — Одно дело задать мисс Грейсон вопрос, и совсем другое — мучить ее вопросами.
— Прошу меня извинить, — быстро сказал Тан Грир.
— Я сообщила бы вам больше, если бы могла, — заверила его Элли.
К счастью, именно в этот момент к ним подошел лорд Лайонел Витбург и спас ее.
— Вот вы где, Элли! Леди Камилла только что искала вас.
— Я как раз иду в чайную комнату, — пояснила Элли.
Тан Грир почтительно кивнул лорду Витбургу и произнес:
— Здравствуйте, ваша милость!
Витбург кивнул в ответ, но не заинтересовался журналистом.
— Писатели! — проворчал он. — Скоро они всем нам отравят жизнь!
Элли была не вполне согласна с пожилым аристократом, но позволила ему увести ее от собеседников. Вдвоем они спустились по широким мраморным ступеням на нижний этаж — в чайную комнату, которая была полна народу. Здесь были и покровители музея, и обычные посетители.
— Леди Камилла сидит за столом для почетных гостей. Там же и ваше место — рядом с ней, — уточнил лорд Витбург.
Элли поблагодарила его и быстро пошла по комнате к указанному им месту, чувствуя на себе всеобщие внимательные, изучающие взгляды. Многие девушки, которые в этом году впервые появились в высшем свете, пристально рассматривали Элли. То же самое делали их матери и опекуны. Только теперь Элли поняла, что Марк Ферроу действительно считался самым лучшим великосветским женихом.
Но виновник торжества все еще отсутствовал.
Элли села рядом с Камиллой и заметила, что стул справа от нее пустует. Брайан сидел не рядом с Камиллой, а немного дальше, рядом с леди Ньюбург, которая была, вероятно, самой щедрой после Стирлингов покровительницей музея.
— Извините за опоздание, — произнесла Элли.
Камилла крепко пожала ей руку и заверила:
— Не волнуйся, все в полном порядке: многие гости еще не спустились вниз.
Соседом Камиллы с другой стороны оказался лорд Ферроу. Он наклонился в сторону Элли и произнес:
— Я совершенно уверен, что мой сын будет здесь с минуты на минуту.
Но Марк Ферроу все не появлялся. Подали салат из огурцов. Брайан, глава семьи, дружба которой с музеем имела долгую историю, встал со своего места и сказал приветственную речь. Он был прекрасным оратором, и, когда он закончил, раздались смех и аплодисменты.
Затем встал и начал говорить начальник отдела древностей, серьезный мужчина маленького роста. Это был очень милый, но совершенно лишенный красноречия человек, и Элли, вместо того чтобы слушать его речь, погрузилась в собственные мысли.
Ей хотелось бы сидеть рядом с Кэт, потому что та занимала место рядом со своим хорошим приятелем — писателем Артуром Конан Дойлем. А для Элли была драгоценностью каждая минута, которую она проводила там, где этот человек выступал с речью или был гостем. Его рассказы из повседневной жизни всегда были интересными и забавными, а иногда и печальными. Девушка огляделась вокруг и увидела других почетных гостей — писателей, политиков, актера, которого она видела на сцене, знаменитую оперную певицу. Были также фотограф и его помощник, который носил за ним по комнате тяжелую аппаратуру.
Под монотонное гудение голоса выступающего гостям было подано главное блюдо — сиг в помидорном флорентийском соусе.
Под это же гудение убрали со стола посуду после главного блюда.
Подали десерт — слоеное пирожное с абрикосовой начинкой, а оратор все еще продолжал говорить.
Элли попыталась притвориться, что внимательно слушает его. Когда стали разносить кофе, девушка взглянула на Камиллу и увидела в ее глазах гневный блеск. Разумеется, они обе думают об одном и том же — о том, что, если жених не появится, причем скоро, жертвователи потребуют свои деньги обратно, и с процентами.
— Здравствуйте! — вдруг раздался шепот у нее над ухом.
Элли так испугалась, что едва не вскрикнула от неожиданности. К счастью, она смогла взять себя в руки и только повернулась на этот голос.
Ее жених наконец пришел.
Он немного отодвинул от стола соседний стул и сел на свое место. Теперь, когда он был близко, Элли увидела, что у него красивое и четко очерченное лицо. Широкие плечи выступали из-под светло-коричневого пиджака. Парчовый жилет был сшит точно по фигуре, а коричневые брюки были самого модного фасона. Его глаза…