Очень плохая няня
Шрифт:
— Мам… — начала я и замолчала. — Мам, лорд Эмбер не любит светских сборищ, — наконец нашлась я. — Ты же знаешь, он много работает и ненавидит тратить время попусту.
А я уж точно не горю желанием идти в гости и иметь дело с Маргарет и Уильямом, чтоб он заикаться начал, Денчем. И их сына тоже видеть — не хочу.
— Потерпит один вечер лорд Эмбер, — азартно откликнулась матушка. — Мы должны утереть этим Хобардам нос! И Денчу, который посмел тебя бросить, — тоже!
— Я…
— Мама, я в самом деле занят, — раздался из особняка раздраженный возглас лорда Эмбера. — Попросите Викторию составить вам компанию за обедом.
Заглянув в холл, я увидела Джоанну и доктора Фройда, стоящих у лестницы, ведущей вниз, в лабораторию лорда Эмбера.
— Сынок! Но мы ведь пришли к тебе! Доктор Фройд сказал, что будет счастлив с тобой познакомиться.
Тишина, а затем — звук шагов.
В холл поднялся лорд Эмбер и замер.
— Доктор — кто?
— Доктор Фройд! — радостно воскликнула Джоанна. — Познакомься, дорогой! Доктор Фройд любезно согласился составить нам компанию за обедом! Здорово, правда? Доктор Фройд большой знаток человеческих душ и специалист по отношениям в семье. Он сможет решить все наши проблемы!
Я осмотрелась, поймав взгляды Мисси и Лиама, которые смотрели вниз с площадки второго этажа. Оглядела лорда Эмбера, пиджак которого был порван в нескольких местах — контакт с грифоном наладить так и не удалось? Похоже.
Сжав руку, на которой красовалась метка, я посмотрела на мою матушку, которая восторженно разглядывала доктора Фройда, затем — на полную энтузиазма Джоанну, которая успела мертвой хваткой вцепиться в локоть доктора Фройда. Потом я снова посмотрела на лорда Эмбера. На погрызенные то ли Масиком, то ли Великаном деревянные столбы перил.
Перевела взгляд на доктора Фройда.
Он — сможет решить все наши проблемы?..
Что ж.
Удачи ему.
Глава 26
Обед с Джоанной, доктором Фройдом, моей матушкой и лордом Эмбером проходил в мирной и непринужденной обстановке. Особенно непринужденной и мирной обстановку делал дремлющий в углу столовой Масик, который давно уже облюбовал это место — к миске поближе.
— Сын… — дрожащим голосом произнесла Джоанна, едва войдя в столовую. — Что это?
Масик, увидев в дверях новых людей, приободрился и даже подался вперед, но быстро сник, увидев лорда Эмбера: видимо, понял, что перекус не светит.
«Он так хочет общаться! — сказала бы Мисси. — Но так боится! Ему так грустно!»
Я все еще придерживалась мнения, что Масик хочет перекусить и ждет подходящего момента.
— Мисси зовет его Масиком, — пояснил лорд Эмбер, цепко следя за реакцией матушки и доктора Фройда. — Это крокодил. Ее новый питомец!
— Кроко… Это же монстр! Я не останусь в одном доме рядом с этим! — воскликнула Джоанна.
Лицо лорда Эмбера стало таким… как у мальчика, который радуется подарку на день рождения, но боится даже надеяться, что это будет та самая зачарованная машинка с витрины магазина игрушек за добрых два десятка дублонов. Это ведь слишком невероятно!
— Мама, — дрогнувшим голосом произнес он. — Мне так жаль…
— Чего? — растерялась Джоанна.
— Того, что ты не можешь остаться. — Лорд Эмбер приложил руку к груди.
Несколько секунд Джоанна молчала, а потом промокнула глаза носовым платком, который элегантно вытащила из рукава.
— Ты меня совсем не слушаешь. А у меня сердце! Доктор Фройд, видите! Видите, о чем я говорила! У нас нет никакого душевного тепла в отношениях!
Доктор Фройд, сверлящий Масика взглядом и прижимающий саквояж к груди, как щит, осоловело кивнул.
Я вздохнула и с надеждой покосилась на собственную матушку — но та едва ли заметила крокодила. Ее горящий взгляд был прикован к доктору Фройду.
— Мам, ты не боишься? — с надеждой спросила я.
— Кого? Ах, этого… Славный какой. Как зовут?
Я вздохнула еще раз. Что ж. Очень жаль. Не зря все-таки они с Мисси так легко нашли общий язык.
— Пойдем. Пойдем, мы тут будем мешать. Попьем чаю на кухне.
— Но… — заозиралась матушка.
В ее планы покидать доктора Фройда явно не входило.
— Не так быстро, мисс Фицрой, — раздался прохладный голос лорда Эмбера.
Святые бисквиты!
— Но дети…
— Справятся сами. А вы — присоединитесь к нам за обедом. И миссис Фицрой, разумеется, если ей будет угодно.
— Но лорд Эмбер…
— Вы так любезны! — радостно воскликнула матушка, входя в столовую.
Взгляд Джоанны был непередаваем. Ради этого, пожалуй, стоило потерпеть обед.
«Но это же прислуга», — различила я шипение Джоанны, а вот ответа лорда Эмбера, резкого и быстрого, не расслышала.
В такой обстановке и проходил обед. Пожалуй, не Масик был ответственным за большую часть напряжения, висящего над столом.
Не замечал ничего, кажется, только доктор Фройд, который за обе щеки уплетал фирменное рагу Стьюарда и вообще не обращал внимания на происходящее — разве что в самом начале уселся в самом дальнем конце стола, подальше от Масика.
Лорд Эмбер даже начал поглядывать на доктора Фройда с симпатией. Он, я заметила, вообще любил молчаливых гостей.
— Говорят, разбойников, которые напали на дом Уимбли, до сих пор не поймали, — заметила матушка, разрезая надвое кусок мяса.
Джоанна выразительно поморщилась.
Еще бы. В Чистых Прудах обсуждать такие вещи считалось хорошим тоном, а в столице, сидя за столом, говорить следовало только на нейтральные темы — я узнала об этом от Стьюарда.
Моя матушка, вероятно, когда-то тоже чувствовала себя среди столичного общества как рыба в воде, но сейчас, скорее всего, забыла обо всех правилах, за время жизни в Чистых Прудах.
— Напали? — заинтересованно спросил лорд Эмбер.
Он явно бросил моей матушке спасательный круг, и я вдруг ощутила острый укол благодарности.
Лорд Эмбер бросил на меня короткий взгляд, и я отвернулась, чувствуя, как горят щеки.
— Да, а вы не знали? — удивилась матушка.
Разумеется, откуда бы ему. Лорд Эмбер игнорировал Чистые Пруды и все происходящее в городе просто мастерски, как настоящий столичный аристократ, который просто слишком хорош для этого места.
— Напали и украли все ценности, миссис Уимбли так испугалась, бедняжка. А у мистера Уимбли разыгралась подагра.