Один Удар в Вечности: Фрирен и Непобедимый
Шрифт:
На третий день после атаки Роевников мираж стал почти невыносимым. Вибрирующий воздух рисовал на горизонте озеро с пальмами, которое таяло по мере приближения. Ферн, шагавшая в полузабытьи, вдруг споткнулась и чуть не упала. Штарк едва успел ее поддержать.
— Держись, Ферн, — хрипло сказал он, его голос был груб от песка. — Скоро… должен быть следующий ориентир. Пересохшее русло…
— Там, — неожиданно четко произнес Сайтама. Он не указывал на мираж. Его взгляд был устремлен чуть в сторону, на ничем не примечательный склон песчаной дюны, у подножия которой торчало несколько почерневших, мертвых стволов деревьев. — Чувствуется… дыра.
Фрирен нахмурилась. Она не чувствовала ничего, кроме всеобъемлющей жары и искаженной магии. Но доверие к странной интуиции Сайтамы уже прошло проверку боем. Группа свернула к указанному месту.
Среди мертвых деревьев, почти занесенный песком, зиял колодец. Не природное углубление, а явно рукотворный, сложенный из темного, почти черного камня, не характерного для этой местности. Его края были выщерблены временем, но форма — идеально круглая — сохранилась. Внутри — непроглядная тьма. И никаких следов воды или влаги. От него веяло не просто сухостью, а… пустотой. Как будто он высасывал звук и свет из окружающего пространства.
— Это не источник, — тихо сказала Ферн, подойдя осторожно к краю. — Здесь… ничего нет. Совсем.
— И знака нет, — добавил Штарк, осматривая камни. — Впервые.
— Потому что это не их работа, — ответила Фрирен. Она присела на корточки, проводя рукой над черным камнем обода. Ее пальцы слегка дрожали. — Этот камень… он древний. Древнее Теократии. И он… не отсюда. Он пахнет… межмировым холодом. — Она подняла на Сайтаму взгляд, полный острого интереса. — Ты чувствовал именно это? «Дыру»?
Сайтама кивнул, пристально глядя в черноту колодца. Его лицо было сосредоточено.
— Да. Как… пробоина. Только не в стене. В воздухе. Тут что-то сломалось. Давно. — Он помолчал. — И пахнет… старым железом. И пылью. Не песочной.
Пока Ферн и Штарк с опаской разглядывали колодец, Фрирен достала из сумки обломок устройства слуг Мастера. Он был холодным, но теперь… он едва заметно **вибрировал.** Слабый гул, который чувствовался скорее пальцами, чем ушами.
— Он реагирует, — прошептала она. — На колодец. Значит, они знали о нем. Или искали его.
— «Точка соприкосновения»? — предположила Ферн.
— Возможно. Или… ее шрам, — ответила Фрирен. Она осторожно опустила обломок на веревке в колодец. Гул усилился, превратившись в тонкий, неприятный писк. На глубине примерно пяти метров обломок резко дернулся и… завис в воздухе, хотя веревка провисала. Он висел в темноте, словно опираясь на невидимую полку.
Фрирен резко дернула веревку. Обломок поддался с трудом, как будто его тянули сквозь густую смолу. Когда он показался на свет, на его поверхности играли крошечные, мерцающие искры статического электричества.
— Сильное пространственное искажение, — констатировала Фрирен, убирая артефакт. — Остаточное поле от… чего-то. От портала, который когда-то здесь был? Или от того, что его разорвало?
Она посмотрела на Сайтаму.
— Ты можешь… почувствовать, что там было? Что сломалось?
Сайтама нахмурился, вглядываясь в бездну. Он не был медиумом. Но его восприятие реальности было иным.
— Там… был путь. Не такой, как дыра, из которой я вылез. Узкий. Колючий. Как игла. — Он поморщился. — Потом… треснуло. Громко. Очень. И осталась… щель. Маленькая. Она скрипит. — Он потер виски. — Неприятно.
Сумерки сгущались быстро, окрашивая пустыню в багровые и фиолетовые тона. Решили разбить лагерь не у зловещего колодца, а в сотне метров, за гребнем дюны, где мертвые деревья давали хоть какую-то иллюзию укрытия. Ферн и Штарк ставили палатку, их движения замедленные от усталости. Фрирен изучала колодец с безопасного расстояния, записывая наблюдения в гримуар. Сайтама сидел на песке, прислонившись к рюкзаку, Камешек дремал у него на коленях.
Атака пришла бесшумно. Не твари, не монстры. Тени.
Они выплыли из-за черных стволов мертвых деревьев, как сгустки ночи. Невесомые, без четких форм, лишь с намеком на человеческие очертания и двумя холодными точками — «глазами» — в центре. Их было четверо. Они не двигались по земле, а скользили над ней, не оставляя следов. Воздух вокруг них мерзко звенел, как натянутая струна.
Первой заметила Ферн. Ее предупреждающий крик превратился в хрип — ближайшая тень коснулась ее тени на песке. Ферн вскрикнула от резкой, ледяной боли, будто ей вонзили иглу в сердце. Она рухнула на колени, посох выпал из ослабевших рук.
— Ферн! — Штарк бросился к ней, но его собственная тень заплясала под ногами, пытаясь сплестись с тенью атакующего. Он замер, боясь сделать шаг, меч беспомощно опущен.
Фрирен вскинула посох, выкрикивая заклинание света. Сгусток энергии ударил в ближайшую тень. Она… искривилась. Свет словно обогнул ее, не причинив вреда, и ударил в песок, подняв фонтан искр. Тени продолжали приближаться, их холодные «глаза» были устремлены на Сайтаму, который все еще сидел.
Одна тень скользнула прямо к нему. Она вытянула нечто похожее на руку, чтобы коснуться его тени.
Сайтама поднял голову. Он не вскочил, не замахнулся. Он просто… посмотрел на тень. Не на существо, а именно на его темный, колышущийся силуэт на песке, освещенный закатным солнцем.
И тень Сайтамы ответила.
Обычная, плоская тень вдруг приобрела объем. Она резко приподнялась с песка, став похожей на черную, плотную статую его самого. И двинулась. Не на Сайтаму. На тень-агрессора.
Черный кулак теневого двойника Сайтамы ударил с невероятной скоростью. Не было звука удара, но тень-слуга разорвалась. Не рассеялась, не отпрянула — именно разорвалась на клочья черного тумана, которые тут же растворились в воздухе с тихим шипением. Холодные «глаза» погасли.
Остальные тени замерли. Их скольжение прервалось. Казалось, они в недоумении.
Сайтама встал. Он не смотрел на своих теневых двойников или на врагов. Он смотрел на свою собственную, снова ставшую плоской и обычной тень на песке, с легким недоумением, как будто увидел что-то странное в собственном отражении.