Одиночка. Том I
Шрифт:
В тесной кабинке я быстро переоделся, затем начал хаотично соображать, куда деть униформу школы. И ничего умнее не придумал, чем взять её с собой. Потом выкину где-нибудь в другом месте. Или вообще — сожгу!
Пожилая продавщица лениво просканировала вещи и назвала цену. Я расплатился, не торгуясь, попросил пакет и быстро покинул магазин.
«Внимание! Активный штраф: Обезвоживание. Неудовлетворение потребности в пище в течение 1 часа приведёт к снижению характеристик».
— Чёрт! — вырвалось у меня, когда я прочёл уведомление системы прямо перед глазами.
Обезвоживание — это сейчас последнее, что мне было нужно. Не придумав ничего лучше, я зашёл в ближайший продуктовый магазин «Всё для дома». Там, взяв с полки две бутылки воды, батончик протеина и пачку печенья, я встал в небольшую очередь. Людей было немного: пара пенсионеров, мама с ребёнком и какой-то парень, увлечённо рассматривающий чипсы.
Внезапно дверь магазина с грохотом распахнулась, и внутрь вошёл охотник. Униформа «ОГО» сидела на нём, словно с иголочки: идеально выглаженные брюки, начищенные до блеска ботинки, куртка с эмблемой организации.
Униформа охотника «ОГО» была выполнена в глубоком синем цвете с серебряными вставками на плечах и рукавах. Эмблема организации, представляющая собой стилизованное изображение орла, вышитая золотыми нитями, красовалась на левом рукаве куртки.
Он был высоким, широкоплечим и излучал уверенность. Лицо его было надменным, взгляд скользил по присутствующим свысока. Он отбросил всякую учтивость, пройдя к прилавку вне очереди, и встал прямо передо мной. Продавщица, молодая девушка, испуганно посмотрела на него.
— Мне нужно это, это и вот это, — заявил он, указывая пальцем на энергетические напитки, консервы и какие-то табачные изделия. — И побыстрее! У меня нет времени!
Девушка за прилавком засуетилась, а покупатели замерли в ожидании. Охотники «ОГО» пользовались особым статусом в городе. Их уважали и побаивались одновременно. Но мне было плевать, откуда и кто он такой.
Старики, переглянувшись, не выдержали такого хамства. Одна из бабушек, с палочкой в руке, возмущённо закричала:
— Да что ты себе позволяешь, щенок! Мы тут вообще-то тоже стоим! Куда лезешь без очереди?! Хамло невоспитанное!
Второй пенсионер, дед с разноцветными заплатками на поношенном пиджаке, поддержал её:
— Совсем обнаглели эти охотнички! Думают, им всё дозволено! Мы, между прочим, тоже налоги платим, чтобы их кормить!
Охотник презрительно скривился и обернулся к ним:
— Да вы вообще живы только благодаря нам! Если бы не мы, вас бы уже давно черти в разломе сожрали! Так что молчите в тряпочку и радуйтесь, что дышите! А если что-то не нравится — идите жаловаться! Мне плевать!
Старушка начала задыхаться от возмущения и попыталась ткнуть его палочкой, но он ловко увернулся. Дед покраснел и сжал кулаки, готовый броситься в бой, но, к счастью, его удержала жена.
Пенсионеры продолжали что-то ворчать и проклинать наглеца, но он уже не обращал на них внимания, сосредоточившись на покупках. Я молча наблюдал за этой сценой, стараясь не привлекать к себе внимания.
В другое время я бы наверняка вмешался и поставил зарвавшегося охотника на место. В прошлом таких надменных выскочек я ломал на раз-два. Но сейчас даже система молчала, что означало: он не представляет непосредственной угрозы. И нефиг мне лезть куда не просят.
К тому же светиться мне сейчас было совершенно не нужно. Старики, похоже, проглатывать обиду молча не собирались, продолжая тихонько крыть его последними словами. Но их словесную атаку прервало неожиданное появление ещё одного охотника.
Дверь магазина снова распахнулась, и внутрь вошла девушка. Униформа «ОГО» сидела на ней идеально, подчёркивая её стройную фигуру. На поясе висели ножны с мечом, а на плечах красовались погоны лейтенанта. Её лицо было красивым: простой макияж, пухлые губки, маленький носик… да ещё и брюнетка! Ух!
Судя по погонам лейтенанта, которые получить было крайне сложно, она была не ниже С-ранга, а это означало, что за спиной имела больше двадцати ходок в разломы и серьёзные заслуги перед городом.
Девушка окинула взглядом помещение и, заметив меня, слегка нахмурилась, будто что-то заподозрила. Затем она подошла к хамящему охотнику и ледяным тоном произнесла:
— Ты что тут устроил, сержант Иванов? Забыл, как себя вести? Или думаешь, что погоны дают тебе право хамить старикам?
Иванов, услышав её голос, моментально вытянулся по стойке смирно:
— Никак нет, товарищ лейтенант! Просто… они сами начали…
— Мне плевать, кто начал! — отрезала девушка. — Ты представляешь организацию и своим поведением позоришь её! Вышел!
Иванов побледнел и, пробормотав извинения старикам, быстро выбежал из магазина. Девушка вздохнула и обратилась к остальным покупателям:
— Прошу прощения за поведение этого… кхм… сотрудника. Надеюсь, это не испортило вам настроение.
Старики, польщённые её вниманием, закивали и пробормотали что-то о том, что «не все такие» и «молодежь нынче не та». Продавщица, немного придя в себя, принялась обслуживать лейтенанта «ОГО». Расплатившись за покупки, она бросила на меня ещё один быстрый взгляд и также покинула магазин.
Прогулка до особняка Громовых заняла от силы 15 минут. За это время я успел открыть приложение «ОГО» и изучить карту огороженных разломов. К моему сожалению, в ближайшее время никаких открытий не предвиделось. Все действующие разломы были уже зачищены, и новых не ожидалось.
Чем ближе я подходил к месту, где когда-то прошло детство моего тела, тем сильнее я чувствовал пульсацию в голове. Не понимал, что это такое, но плюс-минус мог прикинуть: тело помнит. Возможно, память покойного — а может, и не покойного — Сашки Громова всё же просыпается.
Кстати, если я попал в это тело, то куда делся бывший владелец? Да и по какой причине он вдруг решил уступить мне это место? Я в этом так и не разобрался. Последнее, что помнил из своего мира, — это огромный энергетический всплеск в портале Высшего ранга. А затем открыл глаза — и вот он, новый мир… Но сейчас не об этом.
Я остановился на тротуаре в четырёх метрах от высокого кованого забора, на вершине которого была колючая проволока. Не решился сразу лезть на территорию, поэтому даже дорогу не переходил, осматривался. И не зря!