Чтение онлайн

– -- Я уже давно собирался узнать.... Обещай что ответишь.

– -- Если только это не государственная измена!

– -- Как ты убил Закарию?
– -- Со сдержанным волнением спросил сын.

Пару минут они молчали и смотрели друг на друга. Тайбай несколько раз нервно постучал пальцами по столешнице, наконец, спросил.
– -- Зачем тебе?

Невольно Шитао взялся рукой за шею, опомнился и вернул её назад - на подлокотник кресла. В свою очередь взгляд Тайбая едва уловимо изменился. Шитао не заметил.

– -- Так!
– -- Встал полковник из-за стола.
– -- Я расскажу. И даже покажу тебе орудие его погибели. Едем!

– -- Сейчас?
– -- От всё более нарастающего волнения Шитао начал часто дышать.

– -- Да что с тобой... ты не заболел, сын?
– -- Обеспокоился полковник.

– -- Да. То есть, нет. Не заболел...

– -- Тогда пойдём.

Шитао вяло встал и отправился за Тайбаем. От мысли, что он увидит орудие, убившее его настоящего папашу, ему значительно поплохело.

"Сам же хотел..." --- уговаривал себя молодой Хо. "Сам же напросился..."

У дворцовой комендатуры "охотников" были свои конюшни и свой ангар для скутеров. Все скутера считались служебными, и пользоваться ими в личных целях запрещалось. Только вот кто спросит полковника Хо для какой надобности он берёт два скутера! А может у него неотложное дело государственной важности! Дежурный по ангару и заморачиваться не стал - отдал ключи от машинок и даже помог докатить до выхода скутер полковника. Когда дежурный вернулся в ангар, Шитао спросил.

– -- Куда мы едем?

– -- К твоей невесте.
– -- Невинно ответил полковник и подмигнул лукавым глазом.

* * *

Полдень. Клауди Санчес была занята приготовлением обеда. Вся её семья, в том числе и супруг, находились на тренировочной площадке. Разбирали ошибки прошлой ночи. Через откинутый трап были слышны возбуждённые голоса, смех, шлепки, иногда вопли означающие торжество или горечь поражения. Вопили в основном Пауло и Нико.

– -- Горло сорвёт, --- думала Клауди про дочь.

Вчера в клубе на ставках заработали три золотых треугла. Один сразу потратили в ночной лавке на хорошую еду. Дети восполняли утраченные калории. Оставшиеся два по возвращении торжественно положили в коробку.

Мамаша Санчес стучала ножом, кролик Гансик сидел у ножки стола и ждал, когда сверху на него упадут кусочки морковки или зелёного лука, обрывки салата и так далее. Гансик всё подбирал.

– -- Хороший кролик, --- ободряла его Клауди.
– -- И полы мыть не надо.

Зелени было в изобилие. Недалеко от цеха с южной его стороны мамаша Санчес устроила несколько грядок. Посеяла зелень и редис. Изначально урожай ждали только недели через три, однако всё выросло с невероятной скоростью - словно по волшебству! Опля! Через три дня уже ели дайкон с укропом и петрушкой.

Вспомнив про укроп, Клауди взяла глубокую чашку, нож и вышла на площадку трапа.

– -- Лео-о-о!
– -- Завопила она, безошибочно определив, что средний сын вроде как стоит без дела. Изображает наблюдателя и советчика вместо того, что бы тренироваться!

Чадо лениво отлепилось от стены и трусцой приблизилось к трапу. Подниматься Лео не стал. Остановился у подножия и поднял лицо к матушке. В глазах застыл вопрос вроде: Чего надо?

– -- Укропу мне нарежь, --- приказала Клауди. Она метнула сыну чашку и кинула вниз ножик, но не по направлению к мальчику, а вбок, чтобы не поранить дитятко,

С недовольной миной Лео поймал миску и подобрал нож.

– -- А почему я, --- не очень громко возмутился он.

– -- Мне так захотелось!
– -- Клауди вернулась на кухню.

Средний Санчес с деловитым лицом сделал крюк к гомонящей семье, подошёл к Алехандро и пробубнил.
– -- Матушка укропа велела нарезать.

Не дожидаясь пока Алехандро включится в реальность, Лео вложил ему в руки посуду и прибор, и вернулся на своё место. Младший брат, ещё воодушевлённый сражением и желая, как можно быстрее покончить с поручением, рысью помчался за территорию цеха. Лео проводил его насмешливой ухмылкой. В конце концов, Алехандро младше на целых два года!

На секретном наблюдательном пункте, как обозвал крышу Тецуй, дежурил Стиви Красс. День сегодня был жаркий, а солнце стояло в зените. И вот уже целый час Стив, испепеляемый безжалостным светилом и не привыкший к такому невероятному свету, прощался с жизнью. А пока прощался, поминал любимого Рюя ласковым словом. Что то вроде: "И чё сам не дежуришь, умный наш... график он составил. Засунь этот график сам знаешь куда...в жопу своего Клауса! С-с-сук-ка... ещё пять минут и я сдохну!"

Слава Мирозданью, бетонка, на которой Стив "доживал" свои последние пять минут нагревалась не так быстро как, например, металл, а сам Красс для маскировки был накрыт серым куском ткани.

Пять минут прошли. Стиви не умер. Он сделал несколько глотков воды из фляжки через длинную трубочку и поднёс к глазам бинокль средней мощности. Семейка Санчес внизу на тренировочной площадке была как на ладони.

"Так, высокий здоровый бугай с плечами, как у тролля это старший - Антонио. Серьёзный пацан", --- с уважением думал Стив. "А маленький кудрявый шкет и есть та самая Нико..."

Тецуй уже предупредил своего дозорного о том, что Нико девочка. Так что Стив был в курсе её маленького секрета.

Вернулся Алехандро с укропом, направился было к Касперо, но бдительный Лео перехватил брата по дороге.

– -- Иди, тренируйся, --- покровительственно и великодушно предложил он. Алехандро отдал чашку с зеленью брату и вернулся на площадку. Лео поднялся по трапу в самолёт.

– -- Мам, вот укроп.

– -- Мой хороший, мальчик, --- заулыбалась Клауди.
– -- Смотри Гансика не придави.

Лео вытащил одну пушистую "укропину" из чашки, присел на корточки и подсунул веточку к самой морде кролика. Гансик усиленно задёргал носом, подцепил растение резцами и с хрустом принялся укорачивать укроп.

– -- Он уже большой, --- заметил Лео.
– -- Может, устроим праздничный ужин?

– -- Спроси у Нико, --- хитро ответила матушка.

Лео подавил тяжкий вздох.

– -- Когда обед?
– -- Спросил он.

– -- Ещё тридцать минут. Помыться успеете, --- намекнула мать о необходимости водных процедур после усиленных телодвижений.

– -- Ага!
– -- обрадовался сын.

Тем временем Стив на своё наблюдательном пункте произносил некую самодельную молитву. Звучала она приблизительно так: "О великое Мирозданье, пусть эти отбросы общества найдут, наконец, своё золото и отпустят меня страдальца сообщить об этом Тецую Рюйодзаки - хмырю и кровососу!"