Чтение онлайн

– Феникс, - повторила я.
– Дэвид, это очень, очень далеко.

– Да, - согласился он вежливо.
– Имара, доставь Сару на самолет. Джо…

– Вам обоим нужно немного отдохнуть, - сказала Имара с совершенно непроницаемым выражением лица.
– Номер оплачен на всю ночь.

* * *

Конечно, разыгрался шторм. В моей жизни всегда бушевал шторм, а этот был большим, противным и нацеленным на нанесение ущерба. Я сделала все, что могла, в команде с двумя другими Хранителями все еще жившими в окрестностях, чтобы помочь… два часа провела перед зеркальным стеклом окно, наблюдая за облаками, читая погодные условия и аккуратно подправляя его там, где необходимо. Дэвид не помогал мне с этой работой. Думаю, он знал, что мне нужно сделать это самой, почувствовать, что я была полезна хотя бы в столь малом деле.

Когда я полностью вернулась в себя, он держал меня сзади, обняв и прислонив спиной к его груди.

– Почему ты не безумствуешь?
– спросила я его устало.

– Прости?

– Безумствуешь. С покрасневшими глазами, вышедший из себя. Почему она не контролирует тебя?

– Она не проснулась.

– Мог бы меня обмануть.

Дэвид медленно выдохнул, всколыхнув мои волосы.
– Она все еще дремлет, Джо. Когда она проснется... будет хуже. Намного хуже. Если не случится что-то, что изменит ее мнение о человечестве.

– Ашан позаботился обо всем этом. Готова поспорить, он шептал милые глупости ей на ухо в течение многих лет. Может быть, веков. Я ничего не могу сделать или сказать, что будет противостоять этому.

Дэвид поцеловал меня в макушку, пока я стояла рядом, и погладил меня по волосам. Это был привычный ритуал. Мои кудри расправились под его прикосновением и разгладились в шелковистый занавес. Я никогда не понимала, насколько интимным это было, насколько... заботливым. Он казался настолько сильным, когда я оперлась на него. Столь твердым, насущным и реальным.
– Не стоит недооценивать себя, - сказал он.
– Ты сбила меня с моего пути, когда я впервые тебя увидел. Она полюбит тебя.

Я была поражена, как сильно я скучала по нему. Такой девчачий поступок, но я ничего не могла поделать: я повернулась лицом к его груди и зарыдала. Униженно, тихо, почти истерично. Все мое тело дрожало от его силы. Я не хотела заниматься этим, рисковать всем. Я хотела забыть чувство страха, ужаса и беспомощности, что Имон похоронил внутри меня, словно обломанный нож. Я хотела отвести Дэвида домой и жить в мире. Ради всего святого, просто жить.

Он понял, почему я плакала, наверное, поэтому ничего не говорил. Он просто держал меня, поглаживая мои волосы, и давал мне выплакаться. В этом преимущество любовника, который старше истории мира. Он знал, когда следует помолчать и просто позволить мне разобраться с этим.

Как только шторм прекратился, я почувствовала слабость, озноб и не намного лучше. Мои глаза опухли, и мне хотелось лечь и свернуться в клубочек, ох, на неделю. Рядом с ним. Держась за него.

– Мне жаль, - сказал он и позволил мне выпрямиться, когда я попыталась отойти.
– Ты не просила об этом. Никогда не просила.

– Чертовски верно.
– Я вытащила несколько салфеток из коробки, которую до меня использовала Сара, и вытерла ими лицо, промокнула глаза и высморкалась. В выражении лица Дэвид не было ничего, кроме сострадания.
– Я лишь хотела спросить, почему я, но не думаю, что найдется действительно хороший ответ на этот вопрос.

– Чем сильнее плечи, тем больше нагрузка, - сказал он. Это звучало как афоризм, но я этого не знала.
– Ты сильная, Джо. Сильнее, чем большинство людей, которых я когда-либо знал.

– Отличное. Мой парень думает, что я клейдесдальская лошадь.

Он улыбнулся.
– Я думаю, что ты - богиня.

– Мило, - сказала я, и шмыгнула носом, - но богини не плачут о подобной чепухе, не так ли?

– Сколько богинь ты встречала в жизни?

Я не хотела спрашивать, скольких он встречал. Прозвучало бы как обсуждение бывших подружек, чего мне сейчас не очень-то хотелось.
– Как надолго ты сможешь остаться? Со мной?

– Я не знаю.
– Ох, черт, я не хотела, чтобы он честно ответил. Мужчины. Почему они никогда не знают, когда лучше перейти к утешительной лжи?
– Как и ты, я делаю это от момента к моменту. Инстинктивно.

– Да, но, по крайней мере, твои инстинкты отточены несколькими тысячелетиями опыта. Мои же - едва ли отрегулированы несколькими годами ошибок.

Это вызвало у него милую маленькую улыбку, с поднятыми бровями, и почти показавшейся скрытой ямочкой. Оооох. Я сморгнула вновь подступившие слезы, чтобы держать его в фокусе.

– Закрой глаза, - сказал Дэвид.

– Зачем?

Его брови взлетели.
– Ты мне не доверяешь?

Бесспорно. Я их закрыла, хоть и лишилась его вида, что было большим минусом. Песчаный зуд в опухших после плача глазах был почти невыносимым... пока я не почувствовала легкие, шелковистые движения его пальцев по векам.

И затем зуд, ощущение припухлости быстро исчезло.

Я испугано вздохнула и обнаружила, что мои забитые носовые пазухи тоже очистились. Приятно. Боль в висках тоже исчез.

Смутной тяжелой боли от наркотиков Имона не было, как будто она никогда и не существовала.

Я открыла глаза снова и посмотрела прямо на него. Его улыбка превратилась в огонь, который вы можете найти в самом сердце атомной электростанции. Ее вид расплавил меня в маленькую радиоактивную лужу. Образно. Но, на самом деле, я не была уверена, что он не мог сделать это буквально.

– Ах, ты мерзавец, - вдохнула я.
– Ты мог просто выжечь яд Имона прямо из меня, не так ли?

– Мне хотелось практического подхода. И я хотел четко ему дать понять, что мы не те люди, с которыми ему хотелось бы играть.

– Ох, я почти уверена, что тебе удалось его убедить.
– Я положила руку на его теплую щеку, и позволила пальцам скользнуть вниз по теплой коже, шершавой, с небольшим намеком на щетину. Дэвид мог бы принимать человеческое обличие лишь ради маскировки, но он был скрупулезен в этом. Он понимал восторг от текстуры.

– Мы можем уехать утром, - сказал он.
– Имара права. Тебе нужен отдых.

Я не хотела отдыхать. Все, чего я хотела - это кровать, запертая дверь и Дэвид. Это было безответственно, это было глупо, и мне было все равно. Я была истощена от напряжения бросить все, что я хотела для… всех остальных.

Погода отвлекала меня. Я встала и дернула шнуры, удерживающие шторы, чтобы их закрыть.

Его руки скользнули вокруг меня сзади, прежде чем я успела снова развернуться. Они горячим кольцом обернулись вокруг моего живота и подтащили меня обратно к его телу. Его голова склонилась вперед, прижалась к моей, и я ощутила дрожащий вздох, прошедший сквозь него. Словно он хотел выплакаться так же, как и я, но мужчины - даже мужчины Джинны - не занимаются такими вещами. Вместо этого он прижался губами к моей шее. Его голос, когда он заговорил, прозвучал хрипло и низко.
– Я ненавижу это, - сказал он.
– Мне нестерпимо видеть твои страдания. Я хочу, чтобы ты была в безопасности, и не могу. Я не могу даже обезопасить тебя от себя самого.