Чтение онлайн

— Но… Если ты её не любишь, зачем тогда хочешь жениться? — воскликнула она горячо, и Поток вращался так, что, казалось, подрагивают стены.

— Ну я же сказал — заботливая жена, тихий семейный очаг, надеюсь, обуздают мои желания, которыми я так плохо управляю, — он снова посмотрел на Иррис, — и я смогу, наконец, найти своё место в этом доме. Меня чуть не убили вчера, и Цинта едва не умер, наверное, нужно что-то изменить… Как-то подстроиться…

— Подстроиться? Под них? — спросила она разъярённо. — Женившись на Хейде? Боги милосердные, да как же это возможно! Как ты можешь? Ты же не такой, как они! Ты сказал, что ты мерзавец. Но… это не так!

— Вот как? — спросил он негромко, не сводя с неё глаз. — Но ты сама называла меня подонком. На озере. И я с тобой согласен, ты была права, тогда я и правда поступил, как подлец, поцеловав тебя без твоего желания и надеясь на что-то большее.

— Тогда… всё было по-другому. И я не это имела ввиду, — она посмотрела на свои руки, на книги, в окно, взгляд её заметался, и голос снова дрогнул, — тогда ты поступил просто… неправильно. И это не делает тебя мерзавцем, мы были пьяны, и я едва не погибла, ты рисковал жизнью, эта молния, все те потрясения, ничего удивительно, что так случилось… Но я знаю тебя и другим!

— Правда? Неужели сейчас ты пытаешься… меня оправдать? — он усмехнулся. — Иррис, возможно, я что-то и понял после того случая, может и изменился… Видишь, теперь я хочу впервые поступить правильно и жениться, как положено, соблюдая все приличия.

— Жениться без любви, по-твоему, правильно? На своей мачехе, которую ты презираешь? Чтобы подстроиться под свою родню, которая пыталась тебя убить? Нет, это неправильно! — выпалила она в ярости.

— В самом деле? Так почему же ты можешь поступать неправильно, а я не могу? — он не сводил с неё глаз, почти пригвоздив её этим взглядом к стеллажам с книгами. — Ты же собираешься замуж за Себастьяна, и это, по-твоему, правильно? Разве ты любишь его? Так почему же ты выбираешь не того, кого любишь и думаешь, что это правильно? Ну? И что же ты молчишь, Иррис?

Он видел, как пылает она гневом, как не находит правильных слов, как пальцы вцепились в книгу, того и гляди метнёт.

Отлично, Иррис! Брось в меня этой книгой! Ударь меня, если это тебе поможет! Только скажи, наконец, правду!

Но она не бросила, и не ударила, она просто дышала и бледнела, и он чувствовал, как мечутся её мысли в поисках правильного ответа.

— Да что на тебя нашло? Вчера тебя хотели убить, твой друг едва не погиб, а ты думаешь о женитьбе? — спросила она горько.

— Ты тоже выходишь замуж. Завтра. Разве не так?..

Ну, Иррис? Признайся, что это не так! Скажи, что собиралась уехать и всё бросить!

Ему так хотелось почувствовать, что она думает, но сегодня она закрылась от него, не пускала, словно поняла свою вчерашнюю оплошность.

— …Как думаешь, Хейде понравится кольцо с сапфиром? — продолжил Альберт свой натиск, видя её колебания.

— С сапфиром? — усмехнулась она зло. — А разве не рубин камень вашего Дома? Сомневаюсь, чтобы Хейда оценит что-то иное!

— Камень нашего Дома? Да плевать на семью Драго! — Альберт оторвал пряжку от шляпы и сунул её в карман. — В этом доме и так полно кровавых камней, а к голубым глазам больше всего подходят сапфиры, не так ли, Иррис? Тебе ведь понравился бы сапфир? Или ты бы хотела рубин? — продолжал он терзать её вопросами. — Ну же, ты обещала помочь мне принять решение. Я не хочу всё испортить, подскажи мне, как женщина, вот какое кольцо ты бы хотела получить вместе с предложением?

Между ними бушевал огонь. И Альберт сегодня не был просителем, не был нежным, не был деликатным или осторожным, он ощущал её смятение и страх, её желание убежать и спрятаться, но он не собирался её отпускать. Он поймал её в плен своим огнём и не давал уйти. Она и не сможет уйти. А он её не отпустит.

— А может, нам устроить двойную свадьбу? Мы с Хейдой, и вы с Себастьяном? Ведь завтра у вас свадьба? Завтра совет, как раз после совета. Это будет даже… символично. Две новых семьи… Возрождение Дома Драго…

— Может и устроить, — выпалила она зло, и от беснующегося Потока уже начинали дрожать стёкла. — Это уж точно будет символично! Почему бы тебе не купить змею, кинжал или бутылочку яда в качестве свадебных подарков? Уверена, они тебе понадобятся!

Боги милосердные! Как же она красива в этом гневе! Но она же лжёт ему, лжёт даже сейчас! Что же ты делаешь, Иррис? Зачем же ты так мучаешь нас обоих? Почему просто не скажешь правду?

Можно было бы остановиться, не мучить её, сказать, что всё это неправда, попросить прощения, признаться… Только она опять ускользнёт и спрячется и будет бороться с собой, с магией или с одними ей известными демонами, будет пытаться разорвать связь или писать письма малознакомым людям по всему свету с просьбами спасти её…

Извини, Иррис, но мне придётся делать тебе больно, иначе ты так ничего и не поймёшь!

— А вы уже решили, куда поедете с Себастьяном после свадьбы? — спросил он, проигнорировав её сарказм. — У него есть отличный домик на Мысе Чаек, ты же любишь простор, а там прекрасный вид. Вам никто не помешает…

— Какая тебе разница, куда мы поедем? Или вы с Хейдой и это хотите разделить с нами? — она вся пылала и тоже хотела сделать ему больно.

— Ну мы же друзья, разве ты не хочешь поделиться со мной этой радостью? — он чуть наклонился вперёд, положив ладони на стол. — А для меня Мыс Чаек слишком шумное место. А как ты думаешь, если потом, после свадьбы я увезу… молодую жену в охотничий домик на озере? Это единственное, что отец мне оставил в наследство. И что по-настоящему моё. Там очень красиво и тебе… вернее, ей бы понравилось. Как думаешь, понравилось бы? — его взгляд, казалось, смотрел ей прямо в душу, а голос стал тише. — Горы, озеро, кедры и апельсиновые рощи… Ночью там очень тихо, и в небе звёзды величиной с кулак. И только лебеди и утки тревожат тишину взмахами крыльев. Сейчас сезон перелёта, там полно птиц. Мы бы выехали на рассвете… немного бешеной скачки, когда ветер треплет волосы… Я уверен… она любит бешеную скачку. Потом мы бы покатались на лодке по озеру, осеннее солнце такое ласковое, а вечером посидели бы у камина, поговорили, выпили вина… а потом… Скажи, тебе бы понравилось?..

Альберт выпрямился и скрестил руки на груди.

Он, наверное, и правда подлец, потому что сейчас впервые воспользовался их связью так. Дал ей ощутить всю свою боль, всё своё желание и тоску по ней, своё отчаянье и безысходность, всё, что терзало его душу с самого момента их встречи. И он обрушил на неё всё это, открывшись ей, не позволив убежать, и решить самой хочет ли она это чувствовать. И он сделал это, зная, что ей будет больно. Но иногда только боль помогает понять, что мы делаем что-то неправильно…

Если после этого она снова скажет какую-нибудь ерунду, то он сделает так, как советовал Цинта — просто сгребёт её в охапку и увезёт на это самое озеро. И пусть она хоть убьёт его потом!

Иррис отступила назад, прижалась ладонями к стеллажу за своей спиной и молчала, и ему казалось, что ещё мгновенье — и она заплачет или обрушит этот дворец ему на голову.

— …Я привёл тебя в замешательство слишком яркими фантазиями? — спросил он уже тише. — Извини. Я не хотел тебя смутить. Но я дорожу твоим мнением, и мне важно знать, что ты думаешь. Я хотел сделать предложение Хейде сегодня за обедом, устроенным в честь Ребекки, — он развёл руками, — увы, туда всё равно придётся идти, так что совмещу приятное с полезным. Но, если ты скажешь, что это плохая затея, что мне не подходит Хейда — я не сделаю этого предложения. Я буду ждать твоего ответа, тебе решать Иррис…