Чтение онлайн

Кэтти пыталась переварить всё услышанное. Наблюдая за ней, стражница задумалась, не перегнула ли палку с разъяснениями.

— Но если… — начала было Кэтти.

— Пожалуй, хватит на сегодня с тебя, — оборвала её Черри. — Непривычно, конечно, ложиться в такую рань. Но раз сегодня у меня выходной, думаю, стоит попробовать.

Новое место и ранний отход ко сну сделали своё дело. Стражница проснулась до восхода солнца. Кэтти в комнате не было. Черри в панике бросилась к сумочке, куда вчера тайком спрятала ключи от дома. Они оказались на месте. Выдохнув, она накинула на себя плед и тихонько спустилась в гостиную, на всякий случай прихватив с собой смартфон.

Едва шагнув на последнюю ступень лестницы, откуда открывался вид на всю комнату, Черри набрала номер Сойера. Он ответил почти сразу.

— Хьюстон, у нас проблемы, — проговорила она в трубку.

— В чём дело? — угрюмо спросил Сойер.

— Она вырастила газон на ковре.

— В каком смысле?

— В прямом: рассыпала семена, разбрызгала воду, поводила в воздухе руками… Та-дам! И ковёр зазеленел!

— Когда это произошло?

— Это прямо сейчас происходит.

— Мы скоро будем.

Спустя двадцать минут все стражи, включая Боба, были в доме Гарсия. К тому моменту Черри уже удалось разбудить Кэтти и рассказать о случившемся. Не веря своим глазам, она перебирала зелёные травинки, выросшие в месте, совсем для них не предназначенном.

— Итак, — подытожил Билли, изучив видео, отснятое подчиненной. — Мы имеем дело с дриадой.

Парни органически не переносят сочетание слов «серьёзный разговор». Сойер убедился в этом, едва Лили открыла свой прекрасный рот. Его тело внезапно ослабло, а уровень концентрации упал до нуля. Хотя, возможно, всё это почудилось из-за недосыпа.

— Мы уже два года вместе, — с сожалением проговорила она. — Когда мы только начали встречаться, я не думала, что всё зайдет так далеко. Если честно, я уже не помню, какой была моя жизнь до тебя. Но я больше не могу так, Билли. Давай расстанемся.

Сойер не удивился. Он уже слышал эту фразу из уст своей пассии и готов был услышать её снова. В конце концов, они с Лили жили в совершенно разных мирах. Но он был бы полным идиотом, если бы просто отпустил её.

— Я чем-то тебя обидел? — спросил он, приготовившись услышать череду претензий упреков.

— Нет, — спокойно ответила Лили.

Это было непохоже на неё. Сойер растерялся.

— Тогда в чём дело? То есть я знаю, что наши отношения не идеальны. Но всё же я люблю тебя и хочу быть с тобой! До сегодняшнего дня мне казалось, что и ты хочешь этого. Что изменилось?

— Ничего не изменилось. В этом-то вся и проблема. Да, мы вроде бы любим друг друга, но, как и раньше, почти не видимся. Ты всё так же много работаешь, но твои попытки подзаработать по-прежнему безуспешны. Я устала от этого. Не хочу больше притворяться, что мне достаточно лишь твоих чувств. Надоело делать вид, что моё положение так же плачевно, как и твоё. Мне только двадцать два, мне не нужны эти проблемы. Я должна быть глупой и легкомысленной, жить и радоваться, не боясь одной неосторожной просьбой задеть чью-то мужскую гордость!

На последней фразе голос Лили дрогнул. Ей стоило огромных усилий совладать с эмоциями. Вероятно, эту речь она подготовила заранее. Лили очень хотела, чтобы до него дошёл смысл сказанного. Слышать такое было крайне неприятно, в основном потому что слова её были правдивы.

— Я понял, — устало произнёс Билли. К физическому утомлению прибавились уныние и чувство собственной никчемности. — Съеду сегодня. Сразу забрать все вещи не получится, но до конца недели я с этим разберусь. Обещаю. Прости, но сейчас мне нужно идти.

Билли побросал в спортивную сумку кое-какое шмотьё и молча вышел из дома. Ноги сами привели его на базу, где, к его глубокому сожалению, по совершенно неясным причинам собралась вся группа. Коротко пояснив, что с ним произошло, он сел за комп в надежде забыться за написанием очередного ежемесячного отчета. Но известие о столь драматичном повороте в жизни Сойера оказало на подчиненных куда большее впечатление, чем он ожидал.

— Тебя бросили?! — воскликнул Лиам.

— Да, — стараясь не вдумываться в смысл вопроса, ответил Билли.

С полминуты страж молчал, видимо, вспоминая всю историю взаимоотношений босса с его возлюбленной.

— Ну может, ещё сойдетесь, — вздохнул он. — Не впервой ведь.

— Нет, — возразил Билли, оторвав остекленевший взгляд от монитора. — На этот раз это конец.

— Она так сказала? — подключилась к разговору Черри.

— Я так сказал, — отрезал Сойер.

Офис вновь погрузился в тишину.

— Ну и пофиг на неё! — бросила стражница. — Мне она никогда не нравилась.

— Ты же говорила, она клёвая, — припомнил Лиам.

— Когда это такое было?! — возмутилась Черри. Лиам удивлённо приподнял одну бровь.

— Забей, — вздохнул он, осознав, что спорить с ней в этой ситуации бесполезно. — Слушай, Сойер, а где ты жить-то теперь собираешься?

— Пока на базе перекантуюсь, а там видно будет, — ответил парень, переместившись из-за компьютерного стола в бесформенное кресло, располагавшееся в углу комнаты. — Ребят, я посплю чутка. Дежурил ночью.

Он долго ворочался в поисках удобной для сна позы, невольно вспоминая время, проведённое с Лили. Он сожалел о том, что всё закончилось. Разум твердил, что так правильно, что у них не было будущего, и теперь он сможет целиком сосредоточиться на работе. Но эмоционально он не мог принять расставания.

В полудреме Билли расслышал сигнал своего мобильного. Черри, по обыкновению, приняла вызов. Судя по разговору, звонил Рикс. Действие его печати истекало, и в последнее время он выходил на связь всё чаще. И хотя большинство дел, что он находил, для стражей были бесполезны, такая инициативность оказалась им на руку. В особенности после недавнего разговора с Агатой. Куратор группы Сойера была обеспокоена дурной репутацией своих подопечных. Они хоть и раскрывали больше дел, чем остальные, косячили тоже больше всех. Оттого за два года службы они так и не смогли получить отдельный офис для работы. Используя свои связи в Совете, куратор Брукс выбила для них место на условиях перевыполнения месячного плана раскрываемости.

Дело, что передал стражам Рикс на этот раз, действительно оказалось в юрисдикции «Арканума». Семидесятишестилетний отставной страж Гильермо Гарсия скончался от отравления растительным ядом. После изучения материалов дела, опроса свидетелей и осмотра тела погибшего группа пришла к выводу, что мужчина в течение нескольких последних месяцев подвергался парапсихологическому воздействию, вследствие чего стал страдать от нарушений сна. Стражам удалось узнать имя ведьмы, вводившей погибшего в гипнотический транс, а после продавшей ему под видом средства от бессонницы яд. Но во время облавы возникли непредвиденные обстоятельства. При наложении печати, временно ограничивающей способности, появилась свидетельница, которую Сойер видел ранее в салоне ведьмы.