Чтение онлайн

Спустившись на пристань, Кир замер у трапа корабля, по которому сплошной рекой спускались одетые в шелка, бархат и мех вельможи. Юные госпожи, идущие в сопровождении матушек, опускали глаза, увидев Кира, и смотрели на него украдкой, хитро улыбаясь. Он не понимал, что означают эти взгляды и немного выдохнул, когда появилась Елена.

— Почему ты не прилетела на рухе? — спросил Кир, подавая ей руку. — Уверен, на насестной башне сейчас куда меньше народу.

— Ты, когда-нибудь летал в бальном платье и с сапфировыми заколками в волосах?

— Нет, не приходилось.

— Если бы попробовал хоть раз, то потом не спрашивал бы такие глупости, — заметила Елена, пока они поднимались по мраморной лестнице к дверям дворца. — Как твое здоровье? Выглядишь ужасно бледным.

— Спасибо, уже лучше…

Он хотел добавить, что следует всем указаниям целителей и пьет настойки, которые ему прописали, но его внимание привлек спланировавший на ступени перед ним шелковый платок. Должно быть, его обронила хорошенькая девушка, стоявшая чуть выше на лестнице.

Кир уже хотел было его поднять, но Елена и не подумала остановиться и прошла прямо по платку, вдавив его в грязь. Уронившая платок девушка, покраснела и отвела ставший влажным взгляд.

— Это было грубо, — заметил Кир, когда они прошли мимо.

Он хотел добавить «даже для тебя», но сдержался.

— Вот именно! Какая нахалка! — раздраженно выдохнула Елена.

— О чем ты? Это же ты наступила на ее платок.

— Кир не будь так наивен. Разве же ты ничего не понимаешь?

— Что я должен понимать?

— Когда девушка роняет платок перед мужчиной, то так завуалировано показывает ему свое расположение, а если он его поднимает, то тем самым говорит, что также в ней заинтересован. Девчонка посмела сделать это при мне, так что если бы я стерпела, то все выглядело бы так, словно я одобряю ваши отношения.

— Отношения?! Мы же даже не знакомы.

— Вот именно. Ты теперь самая сочная дичь в этом лесу, так что все матушки и их доченьки открыли на тебя охоту.

— С чего это я дичь? — возмутился Кир.

— Посуди сам: ты молод, недурен собой, прославлен, имеешь титул, связи, кое-какие земли и перспективы богатства. Однако, самое главное, ты занял место в Верхней ложе, и стал самым приближенным человеком дракона-императора.

— Но… но какое все это имеет отношение к девушкам и их матушкам?

— Они просто хотят замуж, это совершенно естественное желание, в нем нет ничего дурного, но пути, которыми идут женщины, чтобы его осуществить, порой бывают крайне уродливыми. Просто будь осторожен, если не желаешь однажды оказаться с незнакомой девушкой у алтаря.

— Как это осторожен?

— Ничего не бери и не поднимай, не ешь угощений, не выполняй просьбы, не оставайся наедине… — начала загибать пальцы Елена, и у Кира закружилась голова, пока он ее слушал.

Когда они вошли в бальные залы, Елену обступили подруги и приятельницы, желавшие заполучить ее внимание, и Кир отошел, решив оставить ее в компании девушек.

Вокруг переливисто журчала музыка. Кружились пары, разодетые в сияющий, расшитый каменьями и стеклярусом бархат. Лица кавалеров и дам скрывали маски.

Кир ненавидел танцевать и, немного побродив по анфиладе залов, и утолив пробудившийся голод закусками и угощениями, стоявшими на десертных столах, вернулся к дракону-императору.

Тот все также сидел на троне и, казалось, не собирался его покидать. Цицелия тянулась к нему из своего золоченого кресла, и нежно сжимала его ладонь. Они о чем-то переговаривались, улыбаясь.

Иренеус очень аккуратно, стараясь не запачкать дорогие одежды, ел пирожные, которые ему подавали служители на золотых тарелках. Ненадолго отвлекшись от кушаний, он, что-то вставил в их беседу и все трое засмеялись.

Двое прародителей и родившийся из их плоти и крови дракон, казались со стороны обычным семейством, относящимся друг к другу с лаской и теплотой. От простых людей их отличало лишь то, что родители выглядели ровесниками своему сыну, и все трое при желании могли бы раскрыть голыми руками грудную клетку быку.

Поняв, что и здесь он не требуется, Кир решил найти Страта. Пока он шел по анфиладе залов, его не покидало ощущение, что множество взглядов устремлены к нему. Скорей всего так оно и было. Он вызывал всеобщий интерес.

После разговора с Еленой свойственная ему с рождения мнительность лишь усилилась и теперь ему то и дело казалось, что молодые госпожи, встречающиеся на его пути, то роняют веера, то платки, то теряют туфельки, а то и вовсе падают, сославшись на скользкий пол.

Желая держаться от них подальше, Кир петлял по залам, как олень, пытающийся сбежать от стаи волчиц.

Страта он в конце концов нашел в дальнем зале, он полулежал на бархатной кушетке, в окружении генерала Хейни, руководившего Небесной стражей, и множества ярко разряженных молодых госпожей. Среди них, как невзрачный воробей среди попугаев, примостившись на подоконник кресла, словно на жердочку, сидел генерал Тару.

— А, это Кир… глядите это же Кир пришел, — воскликнул Страт, силясь встать с кушетки, и падая обратно.

Он неловко задел рукой низкий столик и тот опрокинулся со звоном обрушив на пол пустые бокалы и графины из под персикового вина. Хейни и окружавшие его девушки рассмеялись, а Кир поджал губы. Страт почти никогда не пил, а если и делал это, то не напивался до состояния бревна.

— Что случилось? — поинтересовался Кир.

— Аверин, старина, идите сюда! — вскочив со своего места, Хейни обнял его за плечи, и попытался увлечь за собой, но Кир не сдвинулся с места. — Давайте сыграем в игру!

— Какую еще игру?

— «Я ни разу в своей жизни», вы не слышали про такую?

— Нет.

— Да? Чем же вы занимались в Колдовской Академии?

— Учился.

— Вот и отлично. Давайте устраним этот досадный пробел. Знаете, эта игра так понравилась князю Лукацию, что он почти что в ней победил.

— Да, неужели? — скептически поинтересовался Кир, глядя на то, как Страт безуспешно ворочается, пытаясь сесть. — И каковы правила?

— Водящий, а это я, говорит какое-нибудь утверждение. Например: «я ни разу в своей жизни не купался нагишом с девицами». Тот, кто этого не делал должен пить. Вот, давайте попробуем. Вы купались нагишом с девицами, генерал?