ЖАНРЫ

Ох уж эта жизнь молодая да сельская! Или жизнь после жизни
Шрифт:

Сказки были специфическими. Про девочку-пекаря, которая выпекала чудесные торты, про женщину, которая растила замечательных детей... И все такое прочее. Чинно, благородно и поучительно. Я заскучала.

– Какое-то это совсем нудное чтиво.
– пожаловалась я Риате Власовне.

– А какие сказки тебе читали?
– Олия перебралась ко мне на колени.

– Ну, смотри и слушай!

На листе бумаги я схематично нарисовала рукой девочки лягушку в короне, попутно рассказывая. Царевна-лягушка понравилась всем. Задача поставлена, выполнена и наступил хэппи-энд. Поцелуй с лягушкой заставил всех поморщиться, но это мелочи. Правда, я зачем-то упомянула, что лягушачье мясо по вкусу напоминает курицу. Вошедшая в этот момент пухлая повариха выронила чайник. Наверное, эту информацию все запомнят надолго.

Белоснежка и семь гномов привлекла за стол еще и молодую няню Олии. Всех интересовал момент - как это девушка жила сразу с семью мужиками. Ну и что, что они гномы и любовь у них только к самоцветам?!

– Прокормить столько голодных ртов - это не шутка!
– авторитетно заявила повар.

– А прибирать за ними? Все мужчины по своей сути - поросята!
– вставила няня.

– В конце концов, это просто неприлично! Они даже не родственники!
– возмутилась бабушка.

– А эти ужасные шапки и бороды?!
– рассматривала мои рисунки гномов Риата Власовна.

– А мне понлавились птички и мышки, котолые помогали плибилаться.
– заявила Олия.
– Вот бы мне так-спел песенку, а они все иглушки соблали.
– и заорала дуриной - Аааааа! Оооооо! Пти-и-ички-и! Я вам поюуууу!

Со стороны лестницы раздался грохот. Тимур, потирая колено, сел рядом со мной.

– Чего орете?

– Я пою!
– обиделась девочка и пнула брата.

– А-а! Я так и подумал. А мы будем ужинать?

Повариха подорвалась и унеслась в сторону кухни.

– Может быть ей помочь?
– предложила я.
– Нас ведь много.

– Не стоит.
– остановила меня няня.
– Она очень обижается, если ей кто-то начинает помогать. Кухня - ее королевство!

Пока накрывали на стол, я рассказала еще про теремок. К нам присоединился Виктор и отметил, что мой рассказ напомнил ему историю в казарме. Принесла его нелегкая. А говорил, что скрывает родство с отцом! Врал, небось. Еще и уселся рядом со мной. Папы наши так и не вышли.

Весь ужин я провела как на иголках. Виктор накладывал мне, предлагал, доливал и поправлял. Риата Власовна занимала всех беседами, улыбалась и следила за Олией. Лишь Тимур вел себя нормально - пофыркивал надо мной и не обращал внимания на замечания старших. Я придвинулась поближе к нему и подальше от Виктора. Виктор схватил мой стул и подтянул к себе. Стул подо мной издал дикий скрип, но никто не обратил на это внимания. Не знала, что в городе так принято! Бабушка сидела довольная и временами поглядывала в блокнот.

– Пойдем.
– отвлек меня от созерцания подозрительной бабушки Виктор.

– К-куда?

– Прогуляемся.

Тания Власовна радостно кивнула и, уже не скрываясь, вычеркнула что-то из своего списка. Это она для Виктора что ли составляла? И для меня?! Мой возмущенный взгляд она прокомментировала просто:

– Правнуков хочу!

– Мама!
– Риата Власовна тихо попыталась притормозить свекровь.

– А чего они возятся-то?
– возмутилась бабушка.

– Я просто выжидаю время.
– процедила я.
– Жду, когда ваш внук поймет, что я его безумно люблю и никуда он не денется от меня!

Тимур все понял правильно и отодвинулся подальше. Я пододвинулась к нему. Он от меня. Виктор опять притянул меня к себе. Скрип ножек стульев по полу стоял оглушающий.

– Тимур же сильно младше тебя!
– почти прорычала бабушка.

– А Виктор сильно старше! Скоро песок посыплется. Я лучше дождусь того, кто помоложе.

– У вас разница всего семь лет!

– А с Тимуром пять!

– А я не согласен!
– вставил Тимур.

– А тебя никто не спрашивает!
– дуэтом ответили мы с бабушкой.

Виктор встал, развернул меня вместе со стулом, схватил и закинул себе на плечо. И понес! Без стула понес, разумеется. То, что я не сопротивлялась, оправдывает только мое желание убраться от этой сводни. Ну кто ж так делает?! Вот я никогда не суюсь в чужую личную жизнь! Вообще! Надо бы книжку для Григо все-таки достать.

– Виктор, - крикнула вслед бабушка - Неси ее как леди! Виктор, слышишь? Ты не попадаешь в план! У меня еще три пункта, Виктор...

В прихожей меня поставили на пол, натянули Барсика, рукавицы, валенки, шаль. Со стороны зала послышалась возня. Видимо, бабуля хотела довести свой план до конца, но что-то ей мешало.

– Ты сейчас просто помолчи, поняла?
– парень ткнулся своим носом в мой и уставился в глаза.

Я моргнула и скосилась. Чего так близко-то? И ответить не смогла бы - этот тиран мне рот шалью завязал. Пришлось схватить свою сумку молча, но он ее у меня отобрал, затем быстро оделся сам и вытащил меня на улицу. Идем в темноте. Из окон дома льется тусклый свет, который едва освещает дорожки придомового сада. Запнулась, но парень меня придержал. Снова запнулась. Взял под руку. Я уже специально споткнулась и повисла на его руке.

– Тебя понести?
– Виктор поставил меня ровно.

– Меаф. Тьфу!
– освободила рот от шали.
– Нет. Пусти меня!

– Нет.

И дальше повел. Куда идем-то? Кусты какие-то. Да ну не! Не такой он. Или такой? Я присмотрелась. Почти ничего не видно в темноте. Только глаза блестят. А как у маньяков глаза блестят?

– Ты маньяк?
– спросила прямо.

– С чего ты взяла?

– А куда мы идем?

– К пруду. Там фонари немного освещают.

– А-а!

Как-то я даже разочаровалась.

Керосиновые фонари и вправду были. Они стояли с двух сторон от скамеек и светили сами для себя. Дальше них темнота. Даже луна не захотела светить, а скрылась за тяжелыми тучами.

Виктор расчистил от снега скамейку, усадил меня и сел сам. Сидим, молчим. Я поерзала. И чего мы сюда приперлись? В кусты не тащит, стихи не читает. Дурак какой-то.

– Дед твой затих.
– наконец-то заговорил парень.

– И что?
– не поняла я.

– Может что-то задумать. Я уже проверил все его окружение, но ничего не нашел.

– Одумался? Решил не трогать меня и Любомира?

Виктор повернулся ко мне и наклонил голову.

– А то, что он затихарился и чего-то ждет, ты даже не предполагаешь?

– Ну не последний же он негодяй?! Надо в людях видеть хорошее. Это у тебя профдеформация.
– я похлопала его по плечу.
– Имеешь дело со всякими рецидивистами, вот и видишь во всех преступников. Может и я тоже шарлатанка какая?

– Может быть.

– Что?!

– Все свахи являются шарлатанками.

Возмутительно! Как можно такое предположить?!

Поделиться с друзьями: