Чтение онлайн

Внезапно она стала отступать вместе с магическим барьером. Пелена, охватившая их словно вакуум, белела и вздрагивала все чаще. Казалось, что один удар способен разорвать барьер, и Афелиса бы упала без сил. Элид боялся этого, и тут же, собравшись с силами, укрепил барьер шагая в сторону леса.

Илекс бежала за Элидом без памяти, спотыкаясь об камни и падая, пачкая платье и ладони.

— Они отступают! — крикнула она, прячась между стволами деревьев.

Стрельцы прятались в свои дома, бросая оружие на землю. Долго они что-то кричали и, позабыв, снова стали пиршествовать. Илекс долго наблюдала за тем, как мальчик в отрепьях снес все удары и пинки, которыми осыпал его рассерженный мужчина, пока тот не отдал ему ружье. Но прежде, чем он успел поднять оружие и взвести курок, за спиной Илекс раздался такой мучительный и пронзительный стон, на который способен лишь человек в предсмертном ужасе. Афелису будто бы проткнула тупая боль, силы ее иссякли, и зашатавшись, она упала в обмороке. Элид долю минуты держал барьер, защищаясь от выстрелившей пули.

Пули кончились. Ружье выскользнуло из судорожно сжатых пальцев мальчишки. В печали и в порыве злости, он растоптал его и, кажется, никто не вспомнил о потерянном ружье.

— Афелиса. Боже, Афелиса! — закричала Илекс, хватая ее за плечи. — Очнись, прошу, очнись. Сейчас не время.

— Уноси ее в лес, пока барьер не спал, — командно выкрикнул Элид, шагая в сторону деревьев.

Илекс, будто бы не слыша, через пару мгновений осознала слова Элида и, кротко кивнув, напряглась всеми силами, чтобы выволочить Афелису из-под глаз стрельцов. В тот момент магический барьер растворился в воздухе.

Почерневшая вода била волной в песчаный берег с жалобным стоном, дул сильный ветер. Низкие хмурые облака сползали непрерывной грядой со стороны Кансдона. Берег захватили белые чайки, и, стоило магам приблизится, так сразу с жалобным стоном они расправляли крылья и уносились в туман. Месяц взошел на небо, скрываясь за пеленой беспросветного тумана и тайн. Уставшие, измученные схваткой беглецы еле как дошли до озера. Афелиса все так же была без чувств. Кругом не было ни души. Боже. Как теперь помнит Илекс то странное ощущение, которое вдруг овладело ей! Они ушли из своего бедного жилища… Но то ли она ожидала, о том ли она грезила, то ли воплощалось в ее невинной фантазии, когда размышляла о свободе и счастье?

Элид воплотил огонь, ярко освещавший берег среди сумерек. Заботливо Илекс положила голову своей подруги на колени, проводя тоненькими пальчиками по холодному лбу. Ветер бил в лицо, а щеки краснели от прохлады. Элид отчужденно бродил вдоль берега, бросая неясный взгляд на темную, почти черную воду. Интерес его вызвала одна легенда о водном монстре, живущем в глубинах этого озера. Еще в темнице ему под руку попалась книга о легендах Блоквела, о всех нечистях, обитавших за каждым углом. Казалось, что подводный монстр заботил его куда больше, чем проблемы, свалившиеся на их плечи. Чувства его были возмущены чем-то, болезненно терзавшим совесть. Внутренний голос, душа его кричала о том, что их спасение непременно где-то на том берегу. Мертвая тишина стала до того неловкой, что они оба ощущали ярую потребность говорить.

— Обычно маги намного усидчивее простых людей, — заговорил Элид, медленно подходя к Илекс. — К тому же, Афелиса обладает большой силой. Вот уж не думал, что магический барьер повалит ее с ног…

— Она давно не использовала свои силы, — возмущенно сказала она, убирая с лица Афелисы пряди волос. — Нам нужно, чтобы она очнулась прямо сейчас. Погода явно ничего хорошего не сулит. Я, кажется, могу использовать целебную магию. Вот только…

— Вот только что?

— Не уверена, что она сработает, — заключила Илекс слабым и дрожащим голосом, в котором зазвенело такое, что вонзилось прямо в ее душу, и сладко заныло в ней. — Милада учила меня, но недолго. Я скорее все испорчу. Испорчу, именно так и будет, — говорила она, скрывая, как только могла, свое смущение.

— Лучше попробуй. Иначе Афелиса долгое время пролежит без сознания. А ты знаешь, что может случиться за это время. Возможно, прямо сейчас на нас кто-то да нападет.

— Я все же попробую, — она опустила глаза. К щекам прилила кровь.

Илекс неспешно поднялась с песка, садясь на корточки подле Афелисы. Тяжело вздохнув, собираясь с силами, она вскинула на Элида последний взгляд, встречаясь с легкой, подбадривающей улыбкой.

В высокой синеве тянулись клочья белого рыхлого тумана. Вдалеке раздался крик чаек. В округе вновь воцарилась невозмутимая тишина, ни один лист на деревьях не колыхался. И только где-то вдали, на берегу озера в кустах стрекотали кузнечики, одержимые бессонницей. Сжав ладони в кулак, а после снова разжав, она положила горячую ладонь свою на лоб Афелисы. Напряжение расползлось по ее телу. Сомкнув глаза, Илекс отдала всю себя на исцеление, изредка взглядывая на ее неподвижное тело. Вдруг мгновенный свет вспыхнул из-под ладони, точно огонь! Илекс резко отдернула руку, часто вздыхая, уставившись на Афелису каким-то безумным взглядом. Пару минут ничего не происходило. Ни черты не искривилось в порыве боли, ни звука не послышалось. Элид сел подле Илекс, заботливо положив руку на ее плечо.

— Может быть, получиться в другой раз, — обреченно сказал он. — Но ты молодец, попробовала.

— Я же говорила, — сказала Илекс после минутного молчания. — Она обязательно очнется. Или мы не сдвинемся с места.

Она попробовала улыбнуться, успокоиться, но подбородок ее дрожал, и грудь все еще колыхалась. Илекс не говорила ничего. Она, кажется, ожидала слов от друга.

— Так оно и будет, — проговорил Элид с энтузиазмом. — Думаешь, кто-то из нас отойдет хоть на шаг? Ну, не смеши меня.

Илекс промолчала. Взглядом, полным тоски, она смотрела на Афелису, ощущая глубокое чувство вины. Ей хотелось приласкать ее, проникнуться чувствами, в конце концов, рассказать обо всем, непременно обо всем на свете! Только вспоминалось ей, как Афелиса ее, бедную, долго гладила по голове — может быть, и вовсе позабыв, что ласкает свою маленькую преданную подругу. Слезы рвались из ее глаз, но она крепилась, сдерживалась. Упорствуя, Илекс не хотела высказывать все, что с ней происходит Элиду. Хоть он и был всегда за ней, поддерживая и разбавляя утомленные дни в темнице, но что-то сопротивлялось вопреки мыслям. В голову лезли ужасные сюжеты. Вдруг, Афелису уже не вернуть. А если она усугубила ситуацию и ничего больше не возвратить?

В иные минуты, вероятно от горя, Илекс впадала в безмыслие. Как теперь помнит Элид, не сводивший с нее глаз, она что-то приговаривала: тихо, размеренно, будто бы слова выскакивали нарочно. Она качала головой, когда размышляла, прикусывая дрожащие губы. Щеки ее стали бледны.

Невозможно поверить, но на ее глазах все вмиг стало проясняться! Илекс видела, точно сон, как Афелиса медленно ворочала головой, вздыхая, и через силу открывала глаза. Тут она приподняла голову, оперевшись локтями об землю, и взгляд ее уставился в никуда. Илекс до того была потрясена, что не могла и искоса посмотреть на Элида, чтобы узнать наяву это или обман! Грудь Афелисы медленно поднималась и опускалась, точно ей не хватало воздуха. Вдруг она посмотрела на Илекс так ласково и тихо, что сердце ее вмиг затрепетало яркими порывами чувств, крепко забилось и заныло. Ни слова она не могла выговорить, только вздохи и неясные звуки произносила девица.

— Я…смогла, — не веря, сказала она, бросаясь к Афелисе.

— А я что говорил. Главное — терпение и усидчивость. Эх ты!

Не слушая более никого, Илекс тут же оказалась в объятьях своего спасения. Прижавшись к ее груди, она дрожала от нетерпения, будто бы увидевшись после долгой разлуки. Маленькими ладонями она проводила по ее спине, ощущая запах и теплое дыхание.

— Я смогла…спасти тебя, — повторила Илекс, подняв голову и встретившись с уставшим взглядом. — Неужели это случилось. Не верю, не верю. Я не могла, так ведь?

— Ты могла, — заговорила Афелиса, забираясь пальцами в ее спутанные волосы. — Я оказалась настолько слаба, что даже и стыдно представить…

— Стыдно представить! — передразнил Элид, улыбаясь. — Я все представил, с малейшими деталями.

— Замолчи, — еле слышно проговорила Илекс, поворачиваясь лицом к нему. — Сейчас не лучшее время для шуток.

— А когда же лучшее? Всегда есть место шутке. Не правда ли, а, Афелиса?

Они промолчали. Илекс словно растворялась в ее тепле. Впрочем, отстранилась она нехотя. Дорога звала, и каждая минута была драгоценна, как слиток золота. Афелиса поднялась с земли, разминаясь, укладывая руки на талию. Ветер стал усиливаться, и холодные порывы его стремительно неслись по воздуху. Потушив огонь, Элид поднялся на большую глыбу, уставившись на другой берег.