Чтение онлайн

Она замерла, схватившись одной рукой за тоненькую перегородку. Изумление отражалось на ее лице. Афелиса хотела что-то сказать, но, остановившись, лишь сильнее впилась ногтями в дерево. Но уходить она не думала, только разъяснить, услышать достойное объяснение и уладить все подозрения. Однако, сомнения лишь увеличивались до чудовищных размеров. Вокруг нее книжные пирамиды, банки с травами и темно-фиолетовой жидкостью. На стенах — кинжалы и мечи, блестящие на свету. А среди всей этой путаницы Анариэль, растеряно впивавший в нее ужасающий свой взгляд. Сколько нелепицы, борьбы и чувств в этих глазах! Из дрожащих рук выскользнула наполненная колба, разбившись в дребезги. Вода из нее медленно стекала в щели, тут же поднялся густой пар. Он попятился назад и, посмотрев на нее злобным (как ей показалось) взглядом, приближался к Афелисе все ближе и ближе. Мужчина остановился в двух шагах, и четкое требование читалось в его лице.

«Вот уж не знала, что у него есть своя лаборатория. Видимо, увлекается он не только борьбой. Но из-за чего такие переживания?» — думала она, закусив губу.

— Своя лаборатория… — бросила она, лишь для того, чтобы заполнить тяготящее молчание. — Многого ты не договариваешь.

— Да, лаборатория, — ответил Анариэль, неловко улыбаясь. — Испугала ты меня своей… неожиданностью. Не нужно было так резко появляться. Стука в дверь было бы достаточно.

Вдруг ярко вспыхнуло пламя на пальцах. Подойдя размеренным шагом к столу, он зажег свечи, и после обернулся к девушке, проговорив басистым, низким тоном:

— Да и тебе на удивление. Неужели думала, что я только и могу отбиваться и наносить атаку? — опершись рукой о стол, мужчина колко улыбнулся. — Это, конечно, хорошо — иметь такой талант, но, совершенствование — наше предназначение. Я был целеустремлен и надеялся на лучший исход. Вернее, знал, что он будет, — странно посмотрев, он выпрямился. — Впервые вижу тебя такой удивленной, даже… рассеянной, — Анариэль встряхнул рукой, и огонь превратился в серый дым. — Здесь трудно дышать. Нужно выйти.

— Чем ты здесь занимаешься? — настойчиво проговорила Афелиса, не двигаясь с места.

— А чем еще занимаются в лабораториях? Это не только место для опытов, но и хорошо оно для уединения. Много жрецов понабралось… Мне нужен отдых. В той комнате, — кивком он указал на проход, — до меня доносится всякий шум. Он мешает и раздражает. Но знаешь, я рад, что именно ты заглянула ко мне, — тихо произнес Анариэль, неспешно стягивая с пальцев черные перчатки.

— Я, пожалуй, выйду, — откашлявшись, выговорила она.

— Как хочешь! Но, правда, дым этот едок при частом вдыхании его.

— Если едок, то почему так часто проводишь здесь время?

— Барьер творит чудеса, — усмехнувшись, он бросил пару перчаток на стол и направился к выходу.

Теперь рассмотреть его можно было куда лучше при свете из коридора: мелкий шрам у правой брови, темные, впалые круги под завораживающими глазами и потрескавшиеся губы. Черные волосы его были распущены и развивались по широким плечам. На вопросы он отвечал будто бы шуточно: улыбался и отпускал шутки, что было никак не ожидаемо.

— Что это за опыты, Анариэль? Хочется поинтересоваться.

— Опыты? — с сомнением спросил он. — Я полагаю, что положиться на тебя можно. Да и сама ты человек верный своему слову… — усевшись в кресла, он взял какую-то книгу в руки, чтоб попросту занять себя, — и обещания свои держишь, — Анариэль особенным ударением подметил слово обещания и вдруг заглянул в девичьи глаза. — Они не обычны и весьма-весьма редки. Обычно колдуны занимаются отварами, зельями, приворотами, но я исследую нечто другое. Что, тебе и вправду так интересно? Я вижу нетерпение в твоих глазах. Ты раздражена. Что ж, не буду тянуть — у меня сердце сжимается от такого твоего состояния.

Афелиса села на край кровати, упираясь локтями в колени. Пристально, жадно смотрела она на Анариэля, словно выпытывала мысли его: искренние и правдивые. Как же обжигало ее изнутри чувство лжи! Но убеждение ее, обоснованное на долгих их связях, на эмоциях, и знание личности этой (пусть и не все глубины были открыты) твердо и уверенно поставило запятую, надеясь на раскрытие его замыслов. Суровый взгляд девушки пробил его до дрожи, и слова, желанные ей, так и лезли, и, вместе с этим, лезло ее довольство.

— Как я и сказал, — тихо пробормотал Анариэль, проводя большим пальцем по книжному блоку, — все не так легко. И когда все было легко? А впрочем, я опять забываюсь. Но тому есть объяснение, и оно тебя не устроит. К слову, ты слышала о мутациях, превращениях, и о обрядах, посвящённых этим мутациям? Я занимаюсь этим делом, и цель у меня есть. Я хочу разгадать тайну и этот хаос среди нас.

— Неужели это связано с легендой об Ислюфорде? — прервала маг.

— К этому чуть позже. Хотя с этой истории и началась моя собственная. Ты думала, что только воином могу я быть. А нет! Каждый человек намного глубже, чем ты можешь себе представить! И дно это недосягаемо для других. Даже для близких… и не очень людей. Я знаю, что мое предназначение — это борьба. И ничуть не сомневаюсь. Но неужели тебя никогда не манили тайные истории и подобное, а, Афелиса?

— Сейчас тайная история, которая меня по-настоящему манит, это ты, — холодно отозвалась та. И эмоции ее были правдивы. В лице читалось четкое желание узнать то, что нужно, и пустую болтовню она пропускала мимо ушей.

— Мне в радость это слышать, — та же легкая улыбка и колкий взгляд внезапно вспыхнули на его лице. — Но Ислюфорд это не какая-нибудь легенда, а правдивая история. Если честно, я шел в его пещеру не только за осколком, но и еще, чтобы убедиться, что он — живая история. И я не разочаровался. Еще задолго до этого я занимался опытами и все время, как тебя здесь не было, изучал анатомию и особенности слияний клеток. Сколько же страниц я впитал в себя! Даже и не знаю, как об этом следует думать… В общем, я не истощен, а полон знаний.

— Хорошо, что ты не довел себя до состояния мусора. Если тебя обидели эти слова, мне на наплевать. Почему? — сделав паузу, она вздохнула. — Не хочется иметь речевые барьеры. Мы в дружеских отношениях и не хватало, что бы еще обижались на такое.

— Я не обидчивый человек, — усмехнувшись, маг внезапно захлопнул книгу. — И я вполне могу понять тебя.

«Не надо, чтобы раздражение дошло до крайней черты. Пора прекращать. Афелиса сильна в гневе…».

— Именно потому я и занимаюсь изучением. Хочется понять, как именно Ислюфорд, бывший человеком, мог стать животным, так еще и менять окрас. И из-за чего он мучил и сгрызал людей. И тело его выглядело, будто недавно убито. Если еще не спал он… Но это уже мои выдумки. Не воспринимай всерьез.

— Я воспринимаю всерьез многие твои слова. Ты говоришь уверенно и четко. Как иначе? Даже простые выдумки могут воплотиться в нашу жизнь. Достаточно лишь об этом подумать. Так основывается наше видение мира. К тому же… Теперь я знаю про твои увлечения.

— Это не увлечение, а исследование. Если я берусь за дело, то вкладываю в него все силы. На обычное увлечение так бы не затрачивался — уверен, что ты тоже. И я понимаю, что тебя смутило… Смутили ли тебя мои опоздания и то, что я так рано ухожу с собраний?