Чтение онлайн

– Я не нуждаюсь в защите. Я не стеклянная. Узнав, что мои новоиспечённые родственники хотят мне навредить, я смогу всё так же громить соперников на теннисном корте. Услышав о твоих планах возглавить семейную компанию, я смогу по-прежнему устраивать домашние приёмы в твою честь. Ты постоянно меня недооцениваешь.

Неужели она действительно так считала?

– Я никогда тебя не недооценивал. Ты самая умная и сильная женщина, которую я знаю.

Выражение её лица не изменилось.

– Мы хотим разного. Как ты не понимаешь? Я хочу настоящего спутника жизни, а ты хочешь оставить всё, как есть, ни перед кем не отчитываться и быть абсолютно независимым. Но это несовместимые вещи, Харрисон. Мы только сделаем друг друга несчастными.

– Я хочу только тебя, и я никогда не буду несчастен в нашем браке.

Она на мгновение закрыла глаза, её дыхание стало прерывистым.

– Тогда я полагаю, дело во мне. Я несчастна в нашем браке. И я заслуживаю большего.

У него пересохло во рту, окончательный вердикт звенел в ушах. Она хочет уйти.

Конечно, хочет. Она не испытывала к нему таких же глубоких чувств, как он к ней. Харрисон дважды признался ей в любви, а Мэдди даже не намекнула, что может полюбить его в ответ. Он цеплялся за то, чего не существовало: за выдумку, за тень. Тень отношений, которые он создал в своём воображении в надежде, что однажды они станут реальностью.

Ворох мечтаний, построенных на желаниях и вере, не выдержит испытаний, с которыми придётся столкнуться настоящему браку. Без равных вложений, без обоюдной любви фундамент рухнет. Чёрт возьми, он уже рухнул... Харрисон просто не хотел этого признавать.

Как он мог позволить ей уйти?

Но ему придётся её отпустить, он не мог больше причинять ей боль. Несмотря на то, что Харрисон любил её отчаянно и безраздельно, он знал, что этого недостаточно. Мэдди обвинила его в том, что он никогда её не слушал, никогда не принимал во внимание её желания. Как Харрисон мог отказать ей сейчас, когда было понятно, насколько несчастной он её сделал?

Его боль ничего не значила по сравнению с перспективой её счастья.

Выпрямившись, он прочистил горло. Дважды.

– Я подготовлю документы на аннуляцию брака.

Она внимательно посмотрела на него, нахмурив брови, как будто не поверила.

– Правда?

– Конечно. – Он засунул руки в карманы брюк. – Нет смысла проходить тяжбы развода. Мы можем сказать, что после свадьбы никогда не жили вместе. Всё равно практически так и было.

– Спасибо.

Харрисон опустил подбородок не в силах больше ничего сказать. Его грудь словно облили керосином и подожгли. Каждый вдох – борьба, каждый выдох – настоящая мука.

По её щекам скатились две слезинки, но она быстро смахнула их кончиками пальцев.

– Я надеюсь, что когда-нибудь мы снова станем друзьями. Очевидно, что дружить мы умели намного лучше, чем быть супругами.

Он не ответил, не смог. Мэдди направилась к выходу, где остановилась и оглянулась через плечо.

– До свидания, Харрисон.

Дверь со стуком захлопнулась, став последним знаком препинания в их отношениях. Больше сказать было нечего.

Он потерял её.

Чёрт возьми. Мэдди бросила шляпку на скамейку и подавила желание швырнуть ракетку об землю.

Она проиграла. Шёл третий раунд, и, хотя Мэдди шла с соперницей на равных, во втором сете всё же уступила преимущество и так и не смогла его вернуть. Мечтам о победе на её первом национальном турнире пришёл конец.

По щекам покатились слёзы, дали о себе знать усталость и переживания последних нескольких дней. Всего за каких-то три дня она проиграла матч, потеряла мужа и лучшего друга. Неудачи тяжёлым грузом легли ей на плечи, горечь поражения казалась размером с валун.

– Не вешай нос, – сказал Валли, входя следом за ней. – Ты отлично показала себя на турнире, Мэдди. Никто не выигрывает с первого раза.

Тренер говорил это Мэдди и раньше, вероятно, чтобы подбодрить, но её всё равно охватило сокрушительное разочарование.

Потому что дело было не только в турнире.

Вся её жизнь разбилась вдребезги.

Она никому не рассказала о ссоре с Харрисоном и предстоящей аннуляции брака, но было нельзя не заметить, что муж больше не присутствует на турнире. Только родители поинтересовались местонахождением Харрисона, поэтому ей пришлось придумать историю о неотложных делах в Нью-Йорке. Престон, вероятно, знал правду, но молчал и лишь обеспокоенно наблюдал за Мэдди.

Валли уставился на неё так, словно не знал, что делать, как будто Мэдди была диким зверем, с которым он никогда раньше не сталкивался. Нужно взять себя в руки, пусть и ненадолго.

– Ты прав. – Она заставила себя улыбнуться. – Спасибо, Валли. За всё. Я бы точно не справилась без тебя.

Он ещё больше растерялся.

– Это не конец. Твои дни в большом теннисе ещё не сочтены. На юге страны и на Кубе проводятся турниры. Мы всю зиму будем тренироваться, чтобы подготовить тебя к возвращению в следующем году.

Она пожала плечами, не в силах проявить хоть немного энтузиазма по поводу будущих матчей.

– Я уверена, что ты прав.

– Я знаю, что прав. – Он засунул руки в карманы. – Ты слишком талантлива, слишком умна, чтобы позволить паре неудач помешать тебе исполнить мечту. Но я понимаю твоё разочарование. Я был на твоём месте. – Он рассмеялся. – Уж поверь мне. Так что отдохни следующую неделю. Ракетку даже в руки не бери. А после мы начнём строить планы. Хорошо?

Мэдди кивнула.

– Хорошо.

– Вот и славно. Тебя хочет увидеть подруга. Мисс Янг, по-моему.

Нелли здесь? Мэдди не заметила подругу среди зрителей во время матча, все её внимание было поглощено проигрышем.

– Позови её, пожалуйста.

– Сейчас. – Валли подошёл и обнял Мэдди. – Поздравляю тебя. Я знаю, что победа должна выглядеть по-другому, но уверяю, что выход в третий раунд на твоих первых национальных соревнованиях – это большое достижение.

После того, как совсем недавно её брак развалился, ничто не казалось победой. Из уголков глаз Мэдди потекли слезы.

– Спасибо, Валли.

Похлопав напоследок Мэдди по спине, тренер удалился. Не прошло и минуты, как в комнату влетела Нелли с сияющей улыбкой на лице и бросилась обнимать Мэдди.

– Мэдлин Арчер, ты была великолепна! Я под огромным впечатлением.

Мэдди сглотнула и кивнула. Она была уверена, что только комок в горле мешает потоку эмоций вырваться наружу.

Взяв Мэдди за плечи, Нелли отстранилась и вгляделась ей в лицо.

– Обычно ты не плачешь. Что происходит?

Мэдди сделала глубокий вдох и, отступив на шаг, попыталась взять себя в руки. У неё будет время выплакаться позже, когда она останется одна.