Чтение онлайн

– Я не знал, что тебе может понадобиться, поэтому купил всего понемногу, – пояснил муж.

Повернувшись, она обвила руками плечи мужа и прижалась к нему, впитывая его силу духа.

– Спасибо, Харрисон. Это очень мило с твоей стороны.

Он нежно, но решительно поцеловал Мэдди, как будто хотел подбодрить или запечатлеть в её памяти этот поцелуй. Ей нужно было отвлечься, поддаться одурманивающему желанию, которое охватывало Мэдди каждый раз, когда Харрисон заключал её в объятия. Поцелуй оказал расслабляющий эффект, и через несколько минут она уже льнула к Харрисону всем телом.

Когда они отстранились друг от друга, он нежно на неё посмотрел.

– Ну вот. Поцелуй и пробуждение с тобой этим утром помогут продержаться мне несколько дней, пока я снова тебя не увижу.

Она прикусила губу. Сегодня он разбудил Мэдди прикосновением рта к её лону, она дважды испытала оргазм, прежде чем Харрисон, наконец, накрыл её своим телом и вошёл в неё.

– Я всё равно буду по тебе скучать.

– Жаль, что я не могу поехать с тобой из-за дел в компании...

Харрисон был поглощён работой в "Арчер Индастриз" с тех пор, как сменил своего брата на посту президента. И Мэдди понимала его стремление к успеху, возможно, лучше, чем кто-либо. Харрисон хотел доказать всему миру, что он способный человек, а не второй сын-бездельник, коим считала его семья.

– Я знаю. Ты будешь присутствовать на играх, и это самое важное.

– Ни за что их не пропущу, – пообещал он и заправил прядь волос ей за ухо. – Я буду подбадривать тебя с трибуны и безмерно гордиться.

– Я могу и проиграть. Это зависит от распределения игроков и от того, с кем я сыграю в первом раунде.

– Милая, проигрывает тот, кто ничего не делает. Ты проделала огромный путь, что само по себе замечательно. Я знаю, что ты выложишься по полной.

Мэдди с облегчением выдохнула.

– Спасибо. Мне нужно было это услышать.

– Хорошо. – Он поцеловал её в нос и отпустил. – Мне уже пора ехать, пошли телеграмму, когда заселишься в отель.

– Обязательно. – Харрисон уже просил её об этом сегодня. Дважды.

– И не отходи от Валли ни на шаг.

И это она ему тоже уже обещала.

– Не буду. Не нужно так сильно беспокоиться, Харрисон. Такие мероприятия абсолютно безопасны.

На его лице промелькнуло странное выражение.

– Ты - самый важный человек в моей жизни, Мэдлин Джейн Арчер. Не относись легкомысленно к своей безопасности.

– То же самое касается и тебя, Харрисон Арчер. Будь осторожен.

– Буду. – Он улыбнулся. – Я люблю тебя, Мэдс.

Мэдди застыла, словно по мановению волшебной палочки, её разум затуманился, пока она пыталась осмыслить, брошенные им так небрежно слова. Он... её любит. Ведь она только что размышляла о его чувствах. А он выдал признание так, словно говорил слова любви сотни раз. Будто и удивляться нечему.

Будто они ничуть не поразят Мэдди.

Момент затянулся. Мэдди приоткрыла рот, не в силах говорить. Харрисон вгляделся в её лицо, его ярко-голубые глаза погасли, он расправил плечи.

– Счастливого пути, – хрипло пожелал он. Затем, закрыв за собой дверь, Харрисон исчез в коридоре.

Господи. Прижав кулак к груди, Мэдди поняла, что причинила ему боль. Харрисон явно хотел, чтобы она ответила ему взаимностью... А она стояла как дура, разинув рот.

Но он застал её врасплох. Мэдди не ожидала, что Харрисон скажет эти три важных слова мимоходом. Разве не следовало как-то её подготовить или на худой конец предупредить? Чтобы у неё был шанс придумать ответ.

Хотя, что она могла ответить?

Любила ли она его?

Конечно, она постоянно думала о нём, даже играя в теннис. Мэдди постоянно хотелось проводить с ним время, она отчаянно нуждаясь в его улыбках и смехе, не говоря уже о прикосновениях. Безусловно, они ещё притирались друг к другу в браке. За время отсутствия Харрисона Мэдди организовала для себя идеальную жизнь, которую тщательно спланировала. Затем он вернулся и перевернул всё с ног на голову, изменив её приоритеты и будущее.

И всё же Мэдди была счастлива. И по правде говоря, счастлива, как никогда.

Он был идеальным для неё мужчиной, у них был идеальный союз. Они, как икра и шампанское, устрицы и долька лимона или теннисная ракетка и струны гармонично дополняли друг друга.

Но любовь ли это?

Да, судя по всему, любовь.

Мэдди вспомнила выражение боли на его лице, и её охватило сожаление. Харрисон ушёл, предполагая худшее, потому что не услышал от неё признания в ответ. Она бросилась к двери, чтобы сообщить ему о своих чувствах, пока он не уехал.

Мэдди поспешила вниз, подобрав юбки, чтобы не споткнуться. Издалека она услышала, как хлопнула входная дверь, и бегом побежала по главной лестнице, чтобы догнать Харрисона.

В прихожей она наткнулась на родителей, которые снимали перчатки и шляпы.

– Мама, папа, здравствуйте. Я не знала, что вы сегодня вернётесь.

– Мне нужно разобраться с парочкой дел, прежде чем мы присоединимся к тебе в Филадельфии, Мэдлин! – воскликнула её мать, когда Мэдди протиснулась мимо, чтобы открыть входную дверь. – Куда ты собралась?

– Мне нужно увидеть Харрисона прежде, чем он уедет. – Она выглянула на улицу, но увидела лишь экипаж с багажом родителей.

– Ты разминулась с ним, – сказал отец. – Он отъезжал, когда мы подъехали.

– Да? – С поникшим видом она вернулась в дом.

– Пошли ему телеграмму, если это так важно, – предложила мама, поправляя причёску перед зеркалом в прихожей. – Не надо так переживать.

– Ты права. Поговорю с ним, когда увижу в Филадельфии. – Она взяла отца за руку и потащила его в гостиную. – А теперь, прошу вас, пойдёмте посидим вместе до моего отъезда через несколько часов.

На территории Филадельфийского теннисного клуба для турнира выделили шесть кортов, на каждом из которых в течение первого дня состоятся по три матча. Этим утром зрители заняли места на различных трибунах, чтобы понаблюдать за уже проходящими матчами. Харрисон изучил расписание и обнаружил, что первый матч Мэдди состоится во второй половине первого тура, который должен начаться через тридцать минут.

Измученный, он засунул руки в карманы брюк и невидящим взглядом уставился на толпу. Харрисон плохо спал уже четыре ночи, с тех пор как Мэдди уехала.

"Я люблю тебя, Мэдс."

Зачем он это ляпнул? Харрисон знал, что его чувства безответны, но слова сами вырвались изо рта. И выражение ужаса, которое появилось на лице Мэдди, когда она услышала признание, теперь навсегда останется в его памяти.

Конечно, она не любит Харрисона. Как может быть иначе?

Он принудил её к браку, подстроил всё так, чтобы добиться желаемого. Но союз с Мэдди без любви представлял собой унылое душераздирающее занятие, о чём он даже не задумывался, претворяя в жизнь свой план. Каково это любить женщину, которая не отвечает ему взаимностью, он осознал лишь тогда, когда вновь столкнулся с реальностью.