Чтение онлайн

– За кем?

– За Гайнановым. Телок - кодовое имя, которое он получил в наших документах.

– Кажется, мне никогда не привыкнуть к вашей конспирации и секретности. Я тоже получила от вас какое-то прозвище?

– Кодовое имя.

– И какое же?

– До сих пор вы были "Лаской".

– Неплохо. Если только не обманываете. Я ожидала нечто вроде "Телочки". А вас как прозвали?
– вкрадчиво спросила Таня, уже знавшая прозвище Тормиса.

– Наждак.

– Кажется, я понимаю, чем вы заслужили свое прозвище. С биографиями кандидатов ознакомлюсь чуть позже. И насчет досье... Вам удалось выявить, что за источники у Аркадия Константиновича в госбезопасности?

Вопрос был задан как бы между прочим, но Ян понимал, что она спрашивает неспроста. Это означало: не имеет ли адвокат с силовыми ведомствами более тесных связей, чем это допустимо при его положении. Одновременно графиня хотела проверить, насколько оперативно работает подчиненное ей детективное агентство. Девочка взрослеет на удивление быстро.

– Зотов свою информацию получает от знакомого в прокуратуре, - ответил Тормис.
– Это специальный прокурор, с которым в случае необходимости сотрудничает контрразведка. Между прочим, он сказал, что силовики просят санкцию на обыск в доме покойного Петра Алексеевича. Возможно, он это сделал не без задней мысли.

– Значит, вы можете утверждать, что Аркадий Константинович не сотрудничает с контрразведкой?

– Ни с контрразведкой, ни с какой-либо иной спецслужбой, - заверил Тормис.
– Хотя у него имеется достаточно знакомых среди силовиков. Но это - уже другая тема.

Бекас забрался на чердак и долго сидел у открытого люка, привыкая к темноте и вслушиваясь в тишину. Вроде все спокойно. Перед выходом на дело его начали терзать нехорошие предчувствия. Бекас вообще считал план Боксера полной бредятиной. Это ж надо - садануть из противотанкового ружья по окну. Да еще с расстояния в полтора километра. Стекло, даже бронированное, положим, не устоит перед пулей. Но что толку - ведь оно зеркальное. Попробуй угадай, кто там сейчас в кабинете и в кого попадешь. Полный бред. А попробуй, скажи это Боксеру - забуцает ногами до смерти. Крестный отец хренов! Хочет доказать, что способен на крутые дела, только вот творить эти дела намерен чужими руками.

Бекас положил в углу принесенный сверток и подполз к чердачному окну. Вынул из чехла бинокль и принялся рассматривать особняк на Богоявленской. Лишь бы не перепутать окна. Кабинет на втором этаже, четвертое окно справа. Окно выходит во двор, но с этой высотки его видно. Стрелять следует ровно в десять Бачурина в этот момент будет находиться в кабинете. Боксер утверждал, что пуля разрывная и достаточно одного выстрела, но Бекасу наплевать, он лишь нажмет на курок. А что там будет с Бачуриной, его не колышет. Это проблема Боксера.

В квартале от высотки, на которой засел Бекас, на колокольне реставрируемого собора устроился в засаде еще один мужчина. Он был одет в черную маску и черный комбинезон. У ног в футляре лежало противотанковое ружье Дегтярева, такое же, как у Бекаса, но усовершенствованное. Да и остальное снаряжение было не ровня тому, что имел уголовник. Не говоря уже о подготовке.

В отличие от Бекаса, снайпер в точности знал все детали покушения. Детали, о которых не подозревал и Боксер. Игра шла крупная и на дилетантов расчитывать не приходится. Хотя без их помощи не обойтись. Бекас своим выстрелом должен разнести стекло на мелкие кусочки, и тогда наступит очередь снайпера. Ему даже нет нужды стрелять именно в Бачурину: достаточно, чтобы пуля влетела в окно. Отравляющее соединение на основе цианида взрывом будет разбрызгано по комнате, обрекая всех присутствующих на смерть. А если повезет и снайпер увидит мишень собственной персоной, он не упустит шанса доказать свое мастерство.

Телефон внутренней связи отвлек Бачурину от чтения газеты. Звонил Тормис.

– Татьяна Николаевна, вы свободны?

– В каком смысле, Ян Эдуардович? Вы намерены предложить мне свою руку и сердце?

– К подобной жертве я еще не готов.

– Неужели вы шутите, Ян?
– женщина улыбнулась.
– Значит, сегодня снег пойдет.

– Снег на улицах лежит уже целую неделю. А на сегодня синоптики обещали потепление.

Бачурина взглянула в окно. На подоконнике действительно лежал снег. Как же она не заметила, что наступила зима? Что-то рано в этом году.

– Из-за вашей пленки на окнах я едва различаю время суток. Откуда мне знать, что творится на улицах?
– И уже серьезно она добавила: - Если у вас что-то срочное - поспешите. В десять ко мне придет Рейн.

В этот раз Тормис пришел не читать лекции, а доложить о проделанной работе.

– Вот образцы, взятые из различных частей "Гольфстрима". Комиссия обнаружила на некоторых элементах двигателя нагар неизвестного происхождения. Экспертам не удалось идентифицировать вещество, поэтому в официальном отчете о нем не упомянули.

– Посмотрим, что скажут по этому поводу эксперты "Роллс-Ройса". Я сегодня же свяжусь с нужными людьми и скажу, по какому адресу отослать образцы.

– Хотите отправить их по почте? На мой взгляд, лучше командировать курьера. Нужно лишь придумать убедительную причину, по которой он едет за рубеж.

– Это по вашей части. Что еще?

Тормис достал из дипломата и положил на стол коробочку из прозрачного пластика, внутри которой виднелось нечто, напоминающее серебристую нить.

– Что это?

– Подслушивающее устройство. Одно из самых совершенных, которые мне доводилось встречать. Я даже не берусь указать все возможности этого жучка. Такой должен стоить целое состояние. Но, даже имея такие деньги, достать подобное устройство неимоверно сложно.

– А у вас он откуда?

– Обнаружили в стене позади вашего кресла.

– Здесь?! Но вы едва ли не ежедневно проверяете все помещения в доме. И, помнится, вы уже находили "жучки" в моем рабочем кабинете.

– Наши приборы оказались не способны засечь его излучение. К тому же последние недели прибор не действовал.

– Как же тогда вы обнаружили "клопа"? Когда?

– В ходе оперативных действий мы вышли на одну из ваших горничных. Честно говоря, совершенно случайно: заинтересовались личностью ее жениха.

– Хотите сказать, что одна из моих горничных шпионила?

– С некоторыми поправками можно сказать и так. Девушка лишь снимала информацию с помощью специального устройства и передавала своему жениху.

– Значит, все, что говорилось в этом кабинете, известно нашим противникам?

– Мы не знаем, какую информацию получал противник на протяжении двух или трех недель работы этой закладки.

– Что вы намерены предпринять? Установили наблюдение за "женихом"?

– Он исчез. Уехал на днях в длительную командировку. Будто предчувствовал что-то. Горничная получила от него письмо, в котором "жених" обещает в скором времени вернуться. Но с тех пор - ни ответа, ни привета.

– Опять тупик?

– Не совсем. У нас имеются некоторые зацепки, которые, возможно, выведут нас на шефов "жениха" окольными путями.

– Кто эта горничная?

– Вита Тимофеева.

Бачурина вспомнила живую симпатичную девушку, которая ей всегда нравилась.