Чтение онлайн

– Да вы миллионеры, ребята. И машина у вас, - она глянула в окно, - давно такой не видала. Это будет стоить по пятьсот монет.

У Сирина открылся рот. Не произнеся ни звука, он закрыл его, обвел рукой столик и на плохом английском спросил:

– А за это сколько?

Официантка поджала губы и оглянулась.

– Триста, - сказала она заметно холоднее.

Сирин вздохнул, вытащил из кармана пачку купюр, и Русов с любопытством на них поглядел - зеленоватые, с портретами бородатых господ. Первые президенты, вспомнил он. Сирин отсчитал требуемое количество и передал официантке. У той даже глаза расширились от удивления, теперь она показалась привлекательной и Русову.

– Это надо же, старые! Извините ребята, пойду проверю на счетчике.

Она пошепталась с барменом и исчезла, а Русов стал гадать, что эти слова могут означать: счетчик радиоактивности, что ли? Но тут входная дверь отворилась и Русов почувствовал, как по спине пробежал холодок: вошел плотно сбитый мужчина в белой рубашке и с бляхой на груди. Русов моментально опознал знакомую по фильмам звезду шерифа. На поясе у мужчины и в самом деле висела кобура. Окружающее стало казаться Русову нереальным, словно смотрел очередной фильм - с самим собой в качестве действующего лица.

– У тебя клиенты, Мэри?
– спросил шериф у появившейся официантки. На Русова с Сириным даже не поглядел.

– Какие-то приезжие, Боб.
– В голосе официантки слышалось облегчение. Представляешь, расплатились старыми. Но на гробокопателей не похожи, деньги чистые.

Шериф повернулся к двум приятелям, подвинул себе стул и сел. Проделал это неторопливо, потом положил ладони на колени и наклонился вперед. Лицо у него было круглое, добродушное, и таким же добродушным голосом он спросил:

– Вы откуда, ребята? Сейчас много народу шляется, а мне надо знать про всех, кто попадает в мой город.

– Наверное, с юга, - подала голос официантка.
– У этого, помоложе, южный выговор. Когда я гостила...

– Помолчи, Мэри, - недовольно отрубил шериф.
– Так откуда вы? И где взяли машину? Номерной знак штата Иллинойс, сейчас таких нет.

Пока Русов всё понимал, разобрать речь персонажей фильмов бывало труднее. Он вздохнул и скучно сказал:

– Мы из России. Прилетели на самолете в Гринфилд, там оставили. Взяли брошенную машину и заехали сюда кофе попить. Извините, но виз нет. Получить их у нас негде.

Лицо шерифа почти не изменило выражения, только карие глаза потемнели, да верхняя губа приподнялась в нехорошей усмешке. Русов обратился к Сирину по-русски:

– Миша, скажи что-нибудь.

– Все так, - сказал Сирин на ломаном английском.
– Туристы мы.
– И добавил по-русски: - Неужели непонятно, елки-моталки?

К шерифу вернулся добродушный вид, самообладания ему было не занимать. Он кивнул Русову:

– А ты откуда язык знаешь, парень?

– Мать научила, - вздохнул Русов.
– Она у меня из Южной Каролины. Застряла в России, когда это началось...
– он неопределенно повел рукой.

– Я же говорила...
– радостно встряла Мэри. Шериф оборвал ее движением руки.

– Ладно, ребята, - задумчиво произнес он.
– Я вынужден вас арестовать. Незаконная иммиграция, так это вроде называлось. Но если накурились и несете чушь...
– он поднес здоровенный кулак к носу Сирина, - это для вас плохо кончится. Пошли! Идите вперед, руки за голову. Не делайте резких движений.

Он вывел их из ресторана. Рядом с ''фордом'' стояла машина с мигалкой. Шериф негрубо, но сильно подтолкнул к ней, заставил положить руки на крышу и сноровисто обыскал. Из одежды Сирина извлек пистолет, осмотрел и положил в свой карман. Потом извлек футляр величиной с портсигар и, не глядя, сунул туда же. Открыл заднюю дверцу:

– Залезайте. Только не вздумайте безобразничать, пристрелю. Слава богу, законы у нас сейчас простые.

Он не надел наручников, но места впереди отделяла прозрачная перегородка, сидеть было тесновато. Закрыв дверцу, шериф обошел машину и сел за руль. Нажал что-то на передней панели и сказал приглушенным голосом:

– Сэм! Сгоняй-ка в Гринфилд. Там может стоять чужой самолет. Если найдешь, - шериф покосился назад, - вызывай военных и жди. Полетят чьи-то головы. Если самолета нет, дуй назад. Успеешь до темноты.

Шериф помолчал, потом рассмеялся:

– Чей самолет? Русский, если наши новые приятели не врут. Добрались-таки до нас. Ладно, давай поскорее.

Он что-то переключил:

– Ник! Езжай к ресторану Поллака и забери ''форд''... Да, из тех еще, на бензине. А то шпана мигом угонит. Скорее всего из Зоны, так что сразу в могильник... Нет, без ключей. Мотор работает на холостом ходу.

Машина тронулась и уже через несколько минут свернула к широко раскинувшемуся зданию. Русов успел заметить вывеску HOSPITAL и удивился: думал, что их доставят в полицейский участок. Остановились у бокового входа. Шериф вышел, открыл дверцу и препроводил обоих в большую комнату, похожую на приемный покой больницы, только с решетками на окнах. Там передал двум здоровенным мужикам в синих халатах и прикрывающих рот и нос масках - видимо, санитарам.

– Обработайте их, ребята.

Сам ушел, а Русову с Сириным грубо приказали раздеться догола, сложить одежду в пластмассовые корзины, а потом затолкали в душевую, где минут пятнадцать обдавали струи воды с запахом какой-то дезинфицирующей дряни. Затем вода перестала хлестать, поток горячего воздуха быстро высушил тело, дверь открылась, и им сунули новую одежду - пижамы из желтоватой ткани.

Русов успел натянуть только штаны. Его схватили, опрокинули на холодный скользкий стол и пристегнули ремнями. Последовала малоприятная процедура: санитар перетянул руку, всадил в вену иглу и набрал кровь - видимо, на анализ. Потом освободил от зажимов и дал тампон, чтобы прижать ранку.

Русов хмуро сел и спустил ноги со стола. Санитар повернулся к Сирину, но тот вдруг оскалился и его кулак взлетел к скуле американца. Здоровяк в синем халате покачнулся и выругался, а Сирин победно крикнул: "Врешь, нас не возьмешь!", и развернулся ко второму.

Но тот, сохраняя флегматичный вид, снял с пояса дубинку и огрел воинственного Сирина по голове. Русов вздрогнул и соскочил на пол. Осевшее тело Сирина забросили на стол и тоже взяли кровь. Потом отошли, и получивший по скуле санитар стал прилеплять к больному месту пластырь.

Русов неуверенно подошел к столу, но Сирин зашевелился и кое-как сел сам. Тут же застонал и поднял руку к голове.

– Черт!
– прошипел он.
– В нашей КПЗ просто в морду бьют, а тут сразу дубинками.

Загудело и рядом раздвинулась прозрачная перегородка. Им приказали зайти за нее, а потом в камеру из металлических прутьев. Русов поддерживал Сирина, тот пошатывался. Сначала дверь камеры, а потом перегородка автоматически закрылись.

– Ну и ну, - фыркнул Сирин, садясь на койку.
– Обращаются, как со зверьми в зоопарке. Всех так обрабатывают, или только нам такая честь? Боятся, что заразу занесем в их Америку.