Чтение онлайн

Джанет весело рассмеялась:

– Юджин! Да у тебя наполеоновские планы. Я думала, что вышла замуж за обыкновенного молодого человека, пусть и симпатичного, а ты рассуждаешь о переустройстве мира.

– Это только мечты, Джан, - улыбнулся Русов.
– Пока у нас будет свобода только мечтать. Меня предупредили, что выезд за пределы страны для нас исключен. Мы будем находиться под постоянной охраной, хотя со временем нас выпустят с территории базы. Дом и университет - это компенсация за свободу. Видишь, со мной ты оказалась будто в тюрьме.

– Ну и ладно.
– Джанет встала.
– Главное, что это не одиночное заключение. Да и убегать все время радости мало... А теперь другой сюрприз.

Свет погас. В темноте на елке загорелись огни: сначала тревожно красные, на смену им тепло-оранжевые, потом солнечно-желтые... Все цвета радуги вплоть до космически-фиолетового сменились за несколько секунд, а потом повторились снова: красный, оранжевый, желтый...

– Красиво, правда?
– Джанет снова залезла на диван и примостилась сбоку коленками на ногах Русова, а головой на плече.
– А интересно, как мы будем встречать Рождество через двадцать лет?

– Ну, это будет не скоро, - легкомысленно сказал Русов, обнимая ее и ощущая теплое дыхание на щеке.

– Хочешь сказать, неизвестно, проживем ли столько?
– Джанет подвигалась, устраиваясь поудобнее.
– Да уж, у тебя талант попадать в переделки.

Русов тихо рассмеялся:

– Помнишь, ты говорила, что я без тебя пропаду. Очень похоже на это. Если бы не твоя любовь, я не выжил. Или оказался бы сейчас в куда менее приятном месте. Вот послушай. Грегори уже собирался сдать меня бывшим коллегам, больно подозрительным я стал казаться после всех происшествий...

– Дядя?
– возмущенно фыркнула Джанет, поднимая голову.
– Да я ему...

– Постой, Джан.
– Русов ласково притянул ее к себе.
– Дальше планов он не пошел, ты всю игру испортила. Отнимать у тебя мужа он не посмел. Наоборот, стал помогать: выручил из лап полицейских, что приехали за мной из Пенси-Мэр, вытащил из церкви Трехликого, дал машину и деньги. Если бы не он, мы точно попали к цзин или поклонникам Трехликого. А они, похоже, одним миром мазаны.

– Вообще-то да, - вздохнула Джанет, снова устраиваясь головой на плече Русова.
– Когда увижу дядю, расцелую.

– Потом, - продолжал Русов, - этот странный ребенок, Эмили. Ведь она вытащила нас от Ливви, мы там крепко застряли. Цзин или американская разведка взяли бы нас тепленькими. И еще - она предупредила о засаде. А знаешь, что сказала напоследок? Что делает это только ради тебя. Ты у меня очень хорошая.

– Угу, - согласилась Джанет и потерлась носом о щеку Русова.
– Я у тебя очень хорошая. Всегда помни это и цени... Но что тогда получается, Юджин? Я приставлена к тебе в роли телохранителя? Если тебе не удается отстреляться или подбросить что-нибудь, то я должна тебя выручать? Это как-то... некрасиво. Неприятно сознавать, что тебя используют.

– Это не так, Джан.
– Русов стал поглаживать ее волосы.
– Помнишь, я говорил тебе о Морихеи. Он рассказывал про юношу из древней японской повести, который играл на флейте в перерыве между сражениями. В жизни должно быть место для любви и красоты, иначе это слишком мрачная штука. Ты - моя награда и мое счастье. Если мы еще и помогаем друг другу, так это только естественно...

– Гм, - сказала Джанет.
– Приятно слышать, что я твоя награда и твое счастье. Похвали меня еще.

Русов рассмеялся:

– Ты моя интуиция, Джан. У мужчин с этим плохо. Помнишь Ливви? Я никак не мог взять в толк, что отель плохое место. А ты сразу это почувствовала. И первой поняла, что надо слушаться Эмили.

– Интересно, кто она на самом деле?
– вздохнула Джанет.
– Узнаем ли мы это когда-нибудь? А Ливви... Неужели она тебе никого не напомнила?

Холод прошел по спине Русова. Вспомнился зал с багровыми стенами и обольстительная красота той, что приближалась в призрачном одеянии из зеленого света. Он постарался взять себя в руки:

– Еще как напомнила. Вылитая Лилит. Но я только потом понял.

– Неужели это была она?
– прошептала Джанет.

– Не думаю.
– Русов перебирал кудри Джанет, а глаза заворожено следили за игрой огоньков: зеленые, голубые, синие, фиолетовые...
– Или эта троица просто голографическое изображение, которое транслирует церковь Трехликого, или существует на самом деле, но где-то за пределами нашего мира. В Ливви много от соблазнительности Лилит, но все-таки это обыкновенная женщина.

– Тебе она показалась соблазнительной?
– Джанет слегка укусила Русова за ухо.

Русов вздрогнул: красные огоньки загорелись на елке, красный язычок Ливви поманил из темноты.

– Не такая соблазнительная как ты, Джан.

– А я-то думала, мы всем утерли нос, - разочарованно вздохнула Джанет. Всей не святой троице. А оказывается, еле удрали от их поклонников.

– Это немало, Джан, - улыбнулся Русов.
– Или в тебе проснулся боевой дух и хочешь управиться с самими Владыками Тьмы?

– Нет уж, - пробормотала Джанет.
– Лучше управимся с ужином...
– Потом хихикнула:

– И уберите руки, молодой человек! Я вам не Ливви.

– Конечно.
– Русов глубже запустил руку под платье.
– Ты красивее, милее и соблазнительнее. Ужин пусть подождет.

– Я думала, мы оставим это на десерт, - пожаловалась Джанет, подставляя шею поцелуям Русова.
– Но ты предпочитаешь начать со сладкого...

В этой уютной гостиной их временного дома мы оставим Русова и Джанет. Впереди у них мало интересная для читателя жизнь: любовь, учеба, дети. Все реже голубая зима, пышное лето и золотая осень Канады будут напоминать Русову о его далекой родине.

Но течение реки непрестанно, как писал в ''Записках из кельи'' Камо-но Тёмэй, и вода в ней не остается прежней. Так и человеческая жизнь... Все переменится. Снова перед Русовым откроются неоглядные пространства России. Снова придет тяжелое время испытаний, страха и горя.

И тогда, быть может, мы вернемся к этой дороге, озаряемой то угрюмыми отсветами грядущей Битвы, то далеким сиянием Сада - чтобы посмотреть, куда приведет героев их путь.

конец