Она дана ему свыше
Шрифт:
– Не будь ко мне так жестока, Мэд. Ты даже не знаешь, на что мне пришлось пойти ради тебя.
– На похищение, - буркнула она.
– Нет… не только. Недавно я хотел выиграть для нас денег. Единственное место, где играют по-крупному, это Блайндс, поэтому я пошел туда. Я думал, что выиграю достаточно денег, и ты вернешься домой и ко мне, но, увы, мне не повезло. Я проиграл, едва вышел оттуда живой.
Мадлен усмехнулась:
– Ты хотел впечатлить меня рассказом о своем проигрыше? И глупо было думать, что меня привлекут деньги. Я не подкована коварством, как ты.
Броуди смолчал.
Он сжал вожжи, закипел и выдал:
– Ужасно, как ты изменилась, Мадлен!
– Я?!
– громко возмутилась она.
– Да. Кто мог знать, что Херефорд-хаус способен так тебя испортить. Зная это наперед, я бы отправил письмо Килмарноку гораздо раньше…
Мадлен чуть не задохнулась от ошеломления. Она свирепо вцепилась в лацканы его костюма.
– Какое письмо, Броуди, говори! Что ты отправил барону?
Повозку повело. Одной рукой Броуди пытался усадить Мадлен, а другой слабо натягивал вожжи.
– Подожди, Мадлен!.. Я все расскажу, только отпусти меня.
Она с трудом и большим нежеланием оторвалась от его лацканов, неспокойно усевшись в кресло, но готовая в любой момент наброситься на него снова.
– Я слушаю тебя.
– Я написал письмо барону Килмарноку, рассказав про тебя, что некая Мадлен Берк утверждает ваше с ней родство. Поэтому о тебе стало всем известно.
Значит, это из-за него о лжи Мадлен узнали в свете. Его письмо раскрыло ее личность, и поэтому она была вынуждена уехать из Херефорд-хауса, от Джека. Броуди предопределил ее судьбу, взяв руль в свои руки. Он отнял у нее хрупкие счастливые мгновения жизни. Да что там, Броуди украл ее саму! Ярость Мадлен переросла в ненависть.
Ее туго связанные руки схватили его за одежду и зверски затрепали в экипаже.
– Ты испортил мою жизнь! Ты все погубил!
Броуди остановил повозку, схватив Мадлен за руки.
– Послушай, Мэд! Это все не важно. Ты поймешь, что на самом деле любишь меня, когда мы прибудем в Шотландию. А сейчас, я думаю, нам нужно передохнуть.
Он слез с повозки. Мадлен же, проявляя свою самостоятельность, спрыгнула на землю, не дожидаясь Броуди, но скованные веревкой ноги не смогли удержать ее тело, и она больно рухнула вниз.
Мадлен ужаснулась, глядя на себя. Истрепанное бархатное платье превратилось в крестьянский наряд для чистки свинарников, а черные запутанные волосы распластались по грязной земле. Броуди поднял ее, точно гусеницу. Как вдруг послышался шум бьющихся о землю копыт.
– Джек! Саймон!
– с радостью завопила Мадлен, прослезившись.
Но Броуди обхватил ее сзади рукой и слегка приставил кухонный нож к горлу. Неожиданный поворот до бела перепугал Мадлен.
Саймон и Джек спрыгнули с лошадей, направив оружие на Броуди.
– Положи нож, Броуди, - приказывал Джек.
– Ты же не хочешь причинить ей вред.
Дергаясь, Броуди переводил беглый взгляд с него на Саймона.
– Откиньте пистолеты. Я не шучу!
Помедлив, Саймон сдался первым.
– Бросайте, ваша милость!
Джек встретил застывший ужас на лице Мадлен. Его плечи упали, он пораженно откинул оружие в сторону.
– Вот так-то!
– ликовал Броуди.
Саймон ледяным тоном затребовал:
– Отпусти ее, она все равно не останется с тобой. Ты совершаешь глупость.
– Нам пора, - не слушая, сказал Броуди, - мы с Мэд торопимся обвенчаться. Впереди ожидает долгий путь.
Мадлен сжала кулаки. Его слова разожгли в ней новую волну злости.
«Другого шанса не будет!»
Набравшись храбрости, она со всей силы ударила локтем живот Броуди, что тот выплюнул воздух и загнулся от боли. Ловя момент, Саймон рванулся отбирать нож из его рук, а Джек увел Мадлен в сторону. Пока Броуди боролся с Саймоном, перехватывая руками нож, Джек развязывал Мадлен.
В потасовке они толкались в попытках взять верх над противником, а махи острием в их руках становились резче и агрессивнее. Тонущий в пальцах нож оказался между ними, и каждый тянул его на себя. Вдруг Броуди споткнулся о камень и сверкающее лезвие маслом прошло в Саймона.
Глава 25
Саймон шатко отступил и упал на землю, Мадлен бросилась к нему на помощь. Джек повалил остолбеневшего Броуди, взял остатки веревки и связал сзади его руки неразрывно с ногами.
– Я не хотел… - вторил он в пустоту.
Мадлен поддерживала голову Саймону, залившись слезами.
– Только не умирай, Саймон, слышишь! Все будет хорошо.
– Мадлен посмотрела на торчащий нож в нижней части живота, залитый алой кровью. Она обхватила его руками, собираясь с духом, чтобы вытащить.
– Нет!
– подоспел Джек.
– Не трогай! Вынешь его и кровотечение усилится.
Мадлен совершенно растерялась.
– Но что нам делать?
– Все в порядке, Мадлен, не волнуйся, - глухо прошептал Саймон.
– Заживет.
Мадлен заставила себя улыбнуться, дабы хоть как-то его утешить.
– Помолчи, герой.
– Джек порвал его рубашку и поднял вверх, обнажив багровый живот. Он снял с себя сюртук и приложил его к ране.
– В сумке есть полотенца, - робко вставил Броуди, сидя на коленях.
– В тележке.
Мадлен поглядела на Джека и, дождавшись его одобрения, она побежала на поиски. Мадлен стрекозой взлетела на тележку и мигом вернулась с полотенцами. Джек быстрым, но плавным движением вытащил нож и приложил вокруг раны чистые ткани.
– Смотри, Мадлен, мне нужно, чтобы ты вот так придавливала полотенца вокруг раны, поняла?
– Я?
– Мадлен испуганно вытаращилась на Джека.
– Я не смогу, Джек.
Его тон затвердел камнем, с каким он никогда не говорил с ней:
– Сейчас не время колебаться, Мэд. Я и Саймон рассчитываем на твою помощь. Это несложно, я знаю, ты сможешь!
Мадлен перебарывала внутренний страх. Ведь это из-за нее он набросился на Броуди и поймал острый клинок. Ее брат спас ей жизнь! Мадлен непременно должна перестать бояться. Она сочувственно посмотрела на бледное лицо Саймона, и это подтолкнуло ее заледенелые руки лечь на окровавленные ткани.