Чтение онлайн

— Понял. Немедленно распоряжусь, — кивает он и уходит.

Я нервно расхаживаю по... кухне.

Вы только гляньте, загнал меня все-таки этот инквизитор туда, где женщине «самое место». Ничего, это временно. Сейчас важнее другое. О чем эти двое там говорят?

Я ведь уверена, что у лорда Вэримора ничего нет на господина Рошэ. Хотя бы потому, что дедушка тут совсем ни при чем! Он помогал мне искать шкатулку все эти годы не для того, чтобы украсть ее у меня из-под носа!

Почему же Лизи не возвращается? Так долго наливать чай ей никто бы не позволил. Подслушивает за углом? Инквизитор бы заметил. Так где она?

Еще и это девичье причитание слуг под ухом: «Что с нами теперь будет?» — окончательно добивает нервные клетки.

— У вас все будет хорошо, — заверяю я их, взяв себя в руки.

— А господин?

— И у господина тоже. Непременно. Обязательно. Кто-нибудь что-нибудь слышал из того, что говорил инквизитор?

— Нет. Хозяин сразу нас всех сюда сослал.

Совсем не на руку. И где все-таки Лизи? Ее там не съели?

Только выглядываю в коридор, как слышу звон посуды и оглушающий вопль.

Лизи?!

— Вашество! — кричит она, и я со всех ног бросаюсь в каминную залу.

Глава 16. Я это так не оставлю!

Влетаю в каминную залу совсем не так, как подобает леди, и вижу, как Лизи ошарашенно смотрит на инквизитора, что склонился над господином Рошэ, схватившимся за сердце.

— Что вы делаете?! — гневаюсь я, спеша отогнать вредителя.

— Спасаю, как видите, — спокойно сообщает этот бессердечный, однако в это самое время держит на груди моего мужа светящийся ярко-розовым пламенем камень с шестью гранями.

Я читала об этом артефакте. Очень мощная штука, дает такой заряд живительной силы, что можно вылечить даже самое тяжелое ранее.

Но вещицу достать крайне сложно, и пользоваться ей более раза за год нельзя, иначе эффект будет обратным.

— Я в порядке, уберите это от меня, — стонет господин Рошэ, отмахиваясь от инквизитора. — Зовите своих людей. Пусть несут кандалы.

Что?!

— Думаю, это нам пока не потребуется, — выдает инквизитор, а затем окликает своих людей за дверью: — Вы! Отведите господина Рошэ в его комнату и никого, кроме лекаря, к нему не пускайте. Отныне он под домашним арестом по состоянию здоровья.

— Вы издеваетесь?! — негодую я.

— Сири, — останавливает меня дедушка, и я тут же понимаю, что, вместо того чтобы гавкаться с неисправимым упрямцем в форме, лучше позаботиться о господине.

— Как вы? Давайте я вам помогу. — Я кидаюсь к нему.

Но стражники преграждают путь.

— Леди Рошэ, при всем уважении свидания запрещены. Прошу чтить закон, — диктует мне инквизитор, и от льда в его голосе и на его лице я злюсь еще больше.

Сейчас вспыхну тут пламенем, прямо как Аид из «Геркулеса».

Как можно быть таким жестоким и непреклонным?

— Сири, я в порядке. Не беспокойся обо мне и не делай глупостей, — просит дедуля, словно чувствуя, что я уже на грани.

Да, глупостей я уже давно не делала. Но никто и не доводил меня настолько одним своим видом, как этот инквизитор.

Рубит жизнь человека под корень и даже глазом не моргнет. И ведь ничего ему не сделаешь! Он под самим королем!

С тоской и болью смотрю вслед господину и, когда за его спиной закрывается дверь нижней спальни, перевожу острый взгляд на незваного гостя.

— Вы, в самом деле, не пустите меня к нему? Даже в вашем присутствии?

— Закон и правила, госпожа, придуманы не для того, чтобы их нарушать. Даже таким красавицам, как вы, — произносит инквизитор, делая какой-то странный намек.

— Вы еще подшучиваете надо мной?

— Констатирую факт. Я уже наслышан о вас, леди Рошэ. Говорят, вы открываете своей красотой любые двери. Даже те, что должны быть заперты на засов.

— Не красотой, а умом и смекалкой, Ваша Светлость. И будьте уверены, что и эту дверь я отопру! — говорю ему и, замечая, как тяжелеет его взгляд, смело заявляю: — Законно!

— И как же? — разгорается любопытство в его глазах. В красивых глазах, между прочим.

Только жаль, что он гад!

— Защитником, которого вы и посоветовали!

— Что-то мне подсказывает, что вы уже и другое вертите на уме, — щурится он и вот тут попадает в точку.

Приходила мне мысль пробраться под иллюзией или заслать Растика. Только за ним еще в лавку отправить надо. Он сегодня на смене.

— Не думайте, что хоть немного знаете меня. Ваша чуйка вас обманывает, господин инквизитор!

— Это вряд ли. — Мужчина щурится еще опаснее и теперь вглядывается в меня так, словно через глаза до самой души добраться хочет.

Кто ему даст?!

— Такое чувство, господин инквизитор, что вы что-то имеете против меня!

— Лишь против нарушителей. Вы таковой являетесь?

Он это сейчас серьезно или подшучивает? Опять двадцать пять!

— Вашими стараниями скоро стану!

— Что вы имеете в виду?

— Подскажите, какое наказание предусмотрено за причинение вреда здоровью инквизитору при исполнении? — спрашиваю я в запале.

Но инквизитор и не думает настораживаться или злиться. Он… смеется?

А я ведь, в самом деле, уже приметила, что невзначай можно на него свалить. И даже ту дорогущую вазу ради такого не жалко!

— А вы весьма необычный экземпляр, леди Рошэ. Уже второй раз осмелились мне дерзить. — Эти слова звучат с какой-то странной интонацией. Вовсе не пугающей, но предостерегающей. И смотрит так же.

Будто он хищник, а я его добыча, с которой лорд решил немного поиграть. Вот только зубки поломает!

— И что вы сделаете? В кандалы меня закуете?

— Не в этот раз, — выдает он, а затем, отвесив кивок вместо прощания, соблюдая условности даже в такой ситуации, смело направляется к двери.