Чтение онлайн

— Ну, говорите, — поторапливаю его я, ибо у меня не так много времени, чтобы выжидать, когда мужчина разродится.

— Сегодня она допустила ошибку, но не со зла, господин главный инквизитор. Не будьте, пожалуйста, к ней слишком суровы.

Ага. Вот, значит, как. Заступники быстро себя обнаружили.

— Что вас с ней связывает, капитан?

— Что вы имеете в виду? — хмурится он.

— Вы не из тех, кто заступается за посторонних по доброте душевной. Либо вы у нее в долгу, либо у вас другие особые отношения. Так что из двух?

— О боги! Что вы такое говорите? Она излечила мою супругу от мигрени. Она ей как дочь.

— И только?

— Именно. Ваша Светлость, боюсь, у вас о леди неправильное мнение. Сири приличная барышня, что бы кто ни говорил. Злых языков полно, но те, кто хорошо знают леди, могут поручиться за нее. Она человек очень умный, отличный стратег, хоть и женщина. Но при этом не имеет дурных намерений. Все, чего она хочет, — это обезопасить себя. Без всякой подлости или желания на ком-то нажиться, господин главный инквизитор.

— Вы же понимаете, что говорите сейчас о женщине, которая вышла замуж за состоятельного престарелого господина вовсе не по доброте душевной?

— Именно по доброте, Ваша Светлость, — сообщает он так, что сомневаться в его уверенности сложно.

— Поясните.

— Она была нужна господину. А он так ее защитил от нежеланных женихов, которые проходу ей не давали. С тех пор госпожа стала господину верной опорой и дочерью. Чего же в этом подлого? — спрашивает капитан.

А меня все больше интересует, отчего у юной леди столько заступников. Дело, в самом деле, в ее доброте? Или в хитрости?

Увы, я не привык верить людям. Да и никто бы не верил, повидав столько всего, что видел я.

Дети предают родителей, родители — детей. Что уж говорить о подлости и преступлениях тех, кто клялся в любви или притворялся другом. Сущность у всех одинакова. Но раскрывается она в зависимости от обстоятельств.

Кому-то нужно хлебнуть горя сполна, чтобы озвереть. А другие сами по себе ничего не чураются. Но все — все без исключения, и даже я — способны на страшные вещи.

И женщины не исключение. Тем более Сири. С ее острым языком и вспыльчивостью она должна быть уже на костре, но она в почете.

Интересный экземпляр. Экземпляр, о прошлом которого тут никто даже не задумывается. А раз оно скрыто, то там наверняка отыщется много тайн. Но никого это не интересует. Все готовы следовать за ней. Даже капитан, что слыл пронырой, действующим исключительно в своих интересах. Но эта леди и его поддержкой заручилась. Она еще смекалистей, чем я полагал.

— Я вас услышал, капитан. Раз так о ней беспокоитесь, то убедите ее не совать нос в дела инквизиции. Ради ее же блага.

— Непременно, Ваша Светлость. Я с ней поговорю, — обещает он.

Только мы выходим в коридор, как сюда врывается постовой.

— Капитан! Капитан! К вам там… пес! — говорит он.

Мне сейчас послышалось?

— Кто?! — хмурится капитан.

— Пес леди Рошэ с посланием!

М-да, оригинальной почтой пользуется эта леди. Что ни час, то сюрприз от нее.

— Ваша Светлость! — Теперь уже мой человек влетает в управление.

— Что ты тут делаешь? — Я подрываюсь. — Я велел тебе глаз с леди не спускать.

— Я и не спускал, но ее схватили!

— Кто схватил?!

— Егеря. У них были ножи! — выпаливает он.

На секунду мне кажется, что все это какая-то шутка. Но по взгляду шпиона понятно, что он вполне серьезен. Даже напуган.

И какого гоблина эта леди Рошэ ошивалась рядом с предполагаемым преступником? Она не умеет сидеть на месте?! Бессмертной себя возомнила?

— За мной! Живо! — командую я, и теперь действовать приходится быстро.

Некогда выслушивать пса, который, оказывается, и говорить умеет. Они со шпионом показывают путь. Но, когда мы приходим в лагерь, я едва не роняю челюсть.

Ибо я ждал всего что угодно, но никак не этого...

Глава 21. Вот ваш злодей!

Капитан и прочие притормаживают и во все глаза смотрят на то, как барышня, выпрямив спинку, сидит на бревне, попивает чай и весело беседует с бугаями, которые еще и сухофрукты ей предлагают. Да они чуть ли не в рот ей заглядывают.

— Л… лорд Вэримор, мне сейчас мерещится? — Капитан озадаченно глядит на меня.

А я в свою очередь на шпиона.

— Ничего не хочешь объяснить? — спрашиваю я у него.

— Честное слово, я видел, как ее схватили, приставили к горлу нож и повели к хижине.

— И, вместо того чтобы спасти барышню, ты кинулся за мной?

— Так инструкция же… — растерянно отвечает он, и моя решимость касательно проверки программы обучения в академии крепчает.

— О! Капитан, вы пришли! — Миниатюрная леди вскакивает с бревна, взглянув в нашу сторону, но, как только замечает меня, взгляд ее молниеносно холодеет. И так постоянно. — И вы здесь, Ваша Светлость, — холодно чеканит она.

— А где же мне еще быть, леди Рошэ? — Я делаю решительный шаг к ней, и четверка егерей тут же подпрыгивает, будто в атаку собрались на меня.

— Господа, это главный инквизитор. Он наш… друг, — спешит всех успокоить миниатюрная леди, озадачив капитана и моих людей еще больше.

Выглядит так, будто она за полчаса успела тут статус главы бандитов получить. И вот это ее «наш друг» выронила, чуть ли не скрипя зубами.

— Капитан, Дирго есть среди присутствующих? — тихо спрашиваю я у главы местного управления, чтобы решить, как действовать.

Не хочется, чтобы к шее этой бесстрашной, напрочь лишенной чувства самосохранения леди преступник приставил нож в попытке побега с заложником.

— Нет, — качает головой капитан.

— Долго же вы, — вздыхает Сири, поднимает с пня какой-то лист и идет к нам. — Вот ваш вор. — Она тычет мне лист с портретом, нарисованным карандашом.

Достаточно детально. Но как она…?

— Он не только шкатулку из музея забрал, но и у егерей кое-что прихватил. Со вчера, говорят, не появлялся. Я все верно, поняла?