Чтение онлайн

Я слушал тихое дыхание Яны.

Я проснулась оттого, что тело было не моё. Словно кто-то взял все мои кости, размял их в тесто, а потом собрал назад, но криво. Мышцы гудели тихой, но противной болью. Голова была тяжелой, как после трех дней пьянки, но без кайфа.

Надо было двигаться.

Встала. Сделала кофе. Горячая черная жидкость придала мне немного твердости, словно залила пустоты внутри. Потом душ. Теплая вода стекала по синякам, которые он оставил. Я смотрела на них в зеркало после. Фиолетовые, желтые пятна. Они уже не были просто следом боли. Они были доказательством.

Пока я собиралась на пары, в голове вдруг всплыла моя демоница, запертая в глубинах мозгов. Она последние дни была тихой, словно наблюдала со стороны. А сейчас ожила.

Слушай, слабачка, — начала она, голос был похож на внутренний шепот, но с металлическим отзвуком.

Почему ты позволяешь ему тебя использовать и ничего не берешь взамен?

Я замерла с зубной щеткой в руке. Вопрос был резкий и по сути. Что я могу взять с него? Он, существо из другого мира, светящееся как неоновый знак "открыто", когда не притворяется человеком.

Что он может мне дать?

Что предлагаешь?

Спросила я внутренне, недоверчиво.

Демоница загадочно протянула, словно наслаждаясь моментом:

Ты давно хотела сходить в кино, не так ли? И мы теперь знаем, что он умеет "тушить" свои узоры на теле. Будь умнее. Ты ему услугу, он тебе услугу в ответ. Принцип бартера, детка.

Я хмыкнула одобрительно. Демоница внутри меня оказалась не просто голосом. Она была расчетливой. И это было полезно.

— Так и поступим.

Придя на пары, я ожидала увидеть Арсения, но его место было пустым. Чуть позже, я узнала что он взял академический отпуск до конца года по семейным обстоятельствам.

Семейным обстоятельствам.

Прям как я тогда, когда он меня унизил при всех. Ирония была настолько толстой, что я почти почувствовала её физически.

Соседи по парте что-то шептали, строили предположения и косились на меня, поскольку корнем всех бед Арсения, была именно я.

Ничего страшного, переживет.

Отозвалась демоница.

Я сидела, пытаясь слушать лекцию, но мысли были где-то далеко.

Этот мир. Пары, лекции, оценки- казался теперь тонкой бумажной декорацией, натянутой на настоящий, жёсткий и опасный каркас реальности. Каркас, в котором я была центральным элементом.

Возвращалась домой с чувством странной опустошенности. Не страх. Не возбуждение. Просто принятие.

Принятие того, что моя жизнь теперь делится на две части: одна видимая, студенческая, обычная;

Другая скрытая, где я тренируюсь быть орудием для существа из другого измерения.

Открыла дверь. Арсанейр стоял у окна, смотря на город. Огромный, молчаливый мужчина в черном. Он обернулся.

— Ты должна медитировать, — сказал он без предисловий. — Сегодня мы работаем с внутренним резонансом. Созданием точки фокусировки без внешнего крика.

Медитация. После всего, что произошло. После того, как он меня...

Как будто я монах в тибетском монастыре, а не девушка с демоном внутри и инопланетным тренером.

Я поставила сумку, посмотрела на него прямо. Демонтица внутри подсказывала, подталкивала. — Я согласна. Но с условием.

Он немного наклонил голову, огненные глаза изучали меня. В них читался лишь расчет, никакого человеческого интереса. — Условие?

— Сегодня вечером мы идем в кино.

В комнате стало тихо. Так тихо, что я услышала гул холодильника.

Арсанейр смотрел на меня.

Его лицо оставалось невозмутимым.

— Кино? — он произнес слово так, будто это был термин из неизвестной ему науки.

— Кино, — подтвердила я, стараясь держать голос твердым. — Ты ведешь меня в кинотеатр. Мы покупаем билеты. Смотрим фильм. Сидим в зале. Как обычные люди.

— Цель этого действия? — спросил он. Вопрос был не почему, а именно цель. Как будто я предлагала новый этап тренировки.

— Цель, восстановление, — сказала я, импровизируя на основе его же логики. — Мой ресурс, как ты называешь, истощен. Эмоционально и физически. Процесс медитации, как ты его видишь, требует концентрации. Концентрация требует определенного уровня… психологического комфорта. Кино, это форма отдыха для людей этого мира. Это помогает восстановить комфорт.

Я говорила, чувствуя, как голос внутри хихикает. Это была полная чепуха, но сказанная в его терминах.

Арсанейр медленно кивнул, анализируя.

— Восстановление ресурса через культурную практику, — сказал он, как будто делая заметку в ментальном дневнике. — Это имеет смысл. Я наблюдал влияние подобных групповых ритуалов на психическую стабильность человеческих единиц.

Человеческих единиц.

Боже, он говорил как робот, изучающий дикарей.

— Тогда условие принято, — заключил он. — Медитация сейчас. Кино после.

Я чуть не рассмеялась. Не от радости. От абсурда. Этот диалог был как переговоры между генералом и рядовым солдатом, где солдат требует не отпуск, а поход в театр.

— Ладно, — сказала я. — Медитируем.

Мы сели на пол в центре комнаты. Он дал инструкции сосредоточиться на точке между глазами, ощутить поток энергии, который не является энергией, но похож на нее, и направлять его в центр грудной клетки.

Я попыталась.

Сидела, закрыв глаза, пытаясь представить какие-то потоки. Это было как пытаться заставить себя верить в сказку. Минут через десять я почувствовала лишь легкое головокружение и желание заснуть.

— Я ничего не чувствую, — призналась я, открывая глаза.

Арсанейр сидел напротив, его глаза были закрыты. Он выглядел как статуя.

— Продолжай, — сказал он без открывания глаз. — Ощущение придет с повторением.

Я продолжила. Сидела еще минут двадцать. В голову лезли всякие мысли о фильмах, о том, какой фильм выбрать, о его реакции на все это. Демоница подсказывала:

Выбери что-то с большим количеством действия. Посмотрим, как он воспримет спецэффекты.