Чтение онлайн

– Здесь очень славно, – матушка Дарьи воодушевленно делилась своими впечатлениями, когда как я весьма настороженно относилась ко всему.

Я не доверяла никому, заодно переживала, как мы здесь устроимся. Я не могла себе представить, что и дальше буду жить на средства родителей Дарьи. Мне нужно было придумать что-то, чем бы я могла здесь заняться, заодно и заработать. Пока же я согласна была на любую работу. Живот нескоро станет виден, можно скрывать его под свободной одеждой, и у меня в запасе есть несколько месяцев.

На завтра у нас была назначена встреча с человеком, который сдавал комнаты в доме недалеко от гимназии. Тихон Иннокентьевич сдержал свое слово и подобрал неплохой район.

– Я узнала, там очень славно и люди хорошие, – делилась с нами Елизавета Александровна, переводя свой взгляд с Наташи на меня, и наоборот. – В том районе живут средней руки горожане. Мелкие чиновники со своими семьями, владельцы магазинов, школьные учителя и, главное – врачи и лекари. Один из них живет как раз по соседству. Представляешь, как тебе повезло. В случае чего, далеко ходить не нужно будет, он примчится к тебе за считанные секунды.

Я не сомневалась, что матушка уже все разузнала об этом докторе и составила о нем свое мнение. И была уверена, что она уже все решила для себя. Я старалась не вмешиваться и во всем полагаться на Елизавету Александровну. Матушка Дарьи и на этот раз все сделает в лучшем виде, чтобы ее дочь в её отсутствие ни в чем не нуждалась.

Дом, который сдавался, был большим и немного запущенным. Я вопросительно взглянула на матушку, но она ничего не ответила, уверенно вступив на дорожку, которую нужно было срочно подмести. За ней последовала Наташа. Девушке все нравилось, что тоже вызывало у меня немало вопросов. Видимо, она никуда не выезжала, чем и объяснялось все.

Хозяином дома оказался пожилой господин, владелец собственной обувной мастерской, где не только чинили сапоги, но и делали ботинки под заказ.

– Вы будете мне вместо внучки, – голос старика дрогнул. – Наконец-то, мой дом наполнится голосами детей, а не звуками сквозняка, – его не смутило даже мое положение, о чем мы рассказали прямо. Заодно поинтересовались, не будет ли плач младенца мешать ему, чтобы потом не возникало никаких недомолвок. – Ночами я все равно мучаюсь бессонницей. Дома редко ночую, предпочитая задерживаться в мастерской. Да и мне будет с кем поговорить, – на этом взгляд мужчины задержался на нянюшке Вере.

Решение было принято. Нам подобрали комнаты: просторную – мне, где имелась не только смежная для детской, но и своя ванная комната со всем необходимым. Напротив моих покоев устроилась Наташа, чтобы в случае чего прийти мне на выручку. Нянюшка же остановила свой выбор на комнате рядом с кухней на первом этаже. Там же находилась спальня Михаила Григорьевича Четкова. Я была уверена, что пройдет совсем немного времени, как эти двое найдут общий язык. Несмотря на суровый вид, на что повлияло жизнь в одиночестве, у пожилого мужчины был добродушный характер.

Все сделали выбор, и мы с Наташей вернулись в гостиницу. Точнее, нас бесцеремонно выпроводили, со словами, что нечего нам дышать пылью. Нянюшка и Елизавета Александровна остались в доме, чтобы привести его в порядок, как и закупиться продуктами. Все были уверены, что мне нужно было питаться за двоих. И никого не интересовало, что по утрам меня тошнило от многих запахов. Еще меня пугало расставание с матушкой Дарьи. За то короткое время, что моя душа находилась в другом мире, я успела к ней привязаться. Ведь от своей родной матери я за всю свою короткую жизнь с ней слышала только упреки и ни слова одобрения. А графиня Заступова кроме того, как решала насущные проблемы и дела, еще и успевала поддерживать дочь.

– Не переживай, все образуется. Пройдет два года, а то и три, никому и дела не будет, когда ты родила. Главное, ты будешь уже замужем. Мы обязательно найдем тебе подходящего жениха.

Это-то меня и пугало: активность графини Заступовой. Кто возьмет замуж вдову с чужим ребенком? Елизавета Александровна была уверена, что на последнее не будет никто обращать внимания. Даже наоборот, раз родила один раз, то и наследника новому мужу могу подарить. Правда, в этом случае приглянуться я могла только мужчине в возрасте.

Тема женихов поднималась каждый день словно мы переехали в Васильевск не для того чтобы скрыть позор Дарьи Николаевны, а непременно выдать ее замуж.

– Ты красивая и образованная девушка. Многие захотят тебя в жены, – Елизавета Александровна навестила меня в ту же ночь в комнате. Пока дом убирался и чистился полностью, мы все решили переночевать в гостинице, а с утра уже направиться к Михаилу Григорьевичу. – Полноте тебе переживать. Чего уже сделано, топором не вырубишь. Придется принять и жить дальше. Женихов можно найти и в Васильевске. Приданое за тобой немалое, но раскрывать это будем не сразу.

Я не стала возражать словам матери Дарьи. Родители Заступовой, итак, многое сделали для дочери из-за ее глупости. Сейчас же мне нужно было думать о своем будущем и о ребенке. Только у родительницы на этот счет были совершенно другие планы.

– Я уже поговорила с Тихоном Иннокентьевичем, и он мне посоветовал чайный салон баронессы Дашковской. Если она примет тебя в свой круг, то шансы подобрать тебе достойного супруга возрастут, – казалось, Елизавета была довольна собранными за день новостями. – Они тут всё про всех знают, – слова матушки Дарьи заставляли немного нервничать. К таким людям не хотелось бы попасть. Они же все могут выяснить, как и придумать себе всякого. – Ты пока привыкай к местности и к новой жизни. Вместе с Наташей сходите узнавать насчет поступления в гимназию. Вас должны принять, Николай Дмитриевич изрядно похлопотал из-за вас, – в голосе графини не было ни нотки упрека.

Утром мы всей дружной компанией направились в особняк Михаила Григорьевича. Дом мужчины изменился полностью. Окна сияли в лучах солнца, дорожки были чистые, и сами стены, казалось, с приездом новых жильцов встрепенулись, и дом, словно раскрылся и увеличился в размерах. Внутри пахло свежестью. Из мебели выбили всю пыль, откуда-то достали еще, будто не хватало, многое передвинули с одного места на другое. Теперь все комнаты приняли обжитый вид, а не берлогу одинокого старика. Сам Михаил Григорьевич больше не горбился, выпрямив скрюченное тело. Мужчина то и дело поглядывал в сторону нянюшки, которая строила всех и вся, несмотря на свой возраст, а особенно габариты.

– Идите пить чай, я сама разложу ваши вещи, – няня Вера отобрала из моих рук платье и легонько подтолкнула двери. – Проведите время с матушкой. Елизавета Александровна на днях уедет и останетесь вы совсем одна.

Нянюшка, что вырастила Дарью Николаевну, во всем была права. Отъезд матери девушки меня пугал. Я привыкла к Елизавете Александровне и расставаться с ней не желала.

– Не переживай, Дарья, – взяла она меня за руки. – Я приеду уже через месяц. Обязательно буду навещать тебя так часто, как смогу. Твои теплые вещи заодно привезу и слухи из столицы. Если ты переживаешь насчет ребенка, чтобы избежать косых взглядов здесь, кроме того, что ты вдова Орлова, Михаил Григорьевич предложил представить тебя, как свою внучатую племянницу.