Чтение онлайн

Навесные потолки обвалились целыми пластами, серые обломки висели клочьями, словно рваная ткань. Пол был завален досками и обломками гипсокартона, на грязных столах и стойках лежал плотный слой пыли толщиной с палец. Стоило провести по нему рукой – и в воздух взвивались облака, щекоча нос и заставляя кашлять. Пахло сыростью, плесенью и временем – тем самым густым запахом, от которого внутри становится пусто и тоскливо.

В этом царстве запустения Ярослав естественно быстро приметил витрину ювелирного магазина. Когда-то она, наверное, сияла огнями, притягивая жадные взгляды покупателей, а теперь выглядела как гробница забытых сокровищ. Украшения потускнели: серебро покрылось чёрным налётом, словно угольная корка. Стоило разломить изделие пополам – и в трещине на миг проглядывала настоящая, холодная серебристая искра, напоминавшая о прошлом блеске.

Золото сохранилось лучше, но и оно изменилось. Его поверхность покрыли красноватые пятна – следы долгого соседства с железными балками из рухнувшего потолка. Лишь присмотревшись, Ярослав понял: это ржавчина, въевшаяся в металл, но сама ценность золота от этого ничуть не уменьшилась.

Серебро его мало интересовало – в новые времена оно ничего не стоило. Нужно было думать о вещах, которые смогут обеспечить выживание и свободу. А золото оставалось золотом всегда.

Он понимал, что унести может не так уж много. Его личное пространство для хранения не безгранично – и потому каждый грамм имел значение. Но сейчас он впервые почувствовал настоящее облегчение: в этих кучах золота было столько богатства, что им с Лёшкой и Лариской хватит на десятилетия безбедной жизни.

Украшений здесь было море: браслеты, ожерелья, кольца. Чтобы сэкономить место, сначала Ярослав хотел взять по горсти украшений и сжимать их в кулаке, превращая в бесформенные золотые комки. Но потом смякинил, что как украшения их продать проще и дороже. Да и если уж приспичит, переплавить потом в слитки, а сейчас лучше не задерживаться и просто собирать. Золото здесь было обычное белое розовое и даже зелёное и синее. Последние два у него вызывали сомнения, что их будет легко так продать, как золото.

Это он помнил, что такое было, а вот чтобы сейчас, кто-то в этом мире… сильно сомнительно. Да что там, белое и розовое-то будет сложно реализовать. Да ещё и учитывая, что много ювелики было с драгоценными камнями, а вот серебро наверняка с фианитами, что только добавляло нежелание заниматься и им. Не выковыривать же эти фальшивки сейчас, ей богу. Собрав новую горсть, он переносил добычу в своё хранилище – туда, где золото лежало, словно в чреве дворца.

Потом попалось платина и встал вопрос, а брать ли его, вообще. Вряд ли сейчас кто его воспринимал как драгоценный металл и не получилось бы как в средние века с фальшивым серебром у испанцев. А потом подував, решил, а нехай будет. Привычного золота было не так и много, чтобы забить полностью даже собачью будку внутреннего пространства. Так чего пропадать добру. По тому же принципу он собрал не только золотые монеты, но и серебряные, сохранившиеся гораздо лучше ювелирных изделий из этого же материала. Да, сбыть их скорее всего не удастся, но ему они грели душу, так что в итоге весь доступный объём он забил полностью.

Пальцы у него неприятно ломило от усилия, кожа пахла металлом, а в ушах звенел сухой хруст украшений. Но это было приятное ощущение – оно значило, что он уже сделал шаг к новой, богатой и безопасной жизни.

И тут обнаружилось несколько небольших золотых слитка. Ну вот скажите на милость, как такое бросить? Правильно, никак! Но и лезть в хранилище было откровенно не охота, чтобы освобождать там место, для новых богатств. Не потому что считал, что всё, хватит, просто забил его так, что больше не влезет, а начни ковыряться всё рассыплется и опять надо будет всё укладывать. Прямо дилемма. И оставить нельзя, и забрать непросто. Так что Косой, скрипя зубами, считал это настоящей трагедией. Пришлось снять куртку и завязать в ней тугой узел с увесистыми золотыми слитками, словно в старой походной котомке.

По пути он заметил витрину с алмазами. Камни холодно поблёскивали в разбитом стекле, но для него они выглядели бесполезным мусором. Когда-то, как объяснял учитель, алмазы ценились безумно дорого, хотя их в мире было предостаточно. Просто цены держались искусственно, будто кто-то тянул за невидимые ниточки. Теперь же эти камни никого не прельщали – люди стали ценить еду и воду выше блестящих безделушек. Но он то помнил, да и вообще, просто красиво, так что и здесь остановился, и добавил веса в котомку.

В воздухе торгового центра висел тяжёлый запах пыли и ржавчины. На полу под ногами хрустели осколки стекла и обугленные панели. Вдруг Ярослав уловил чёткие шаги, эхом отдающиеся под высоким куполом здания. Звук был чужим, ритмичным – приближалась военная колонна. Он нахмурился: в город вошли люди Консорциума Потанина.

Ярослав отлично понимал, что теперь они наверняка знают о нём, Проныре и о Лариске. Людвига Булавкина, конечно, уже схватили – и он не удержался, выдал их всех и все их связи, о которых знал. Тварь! Хотя, так-то, это было лишь вопросом времени.

В данный момент Ярослав шёл по опустошённому торговому центру, тяжело прижимая к груди куртку, набитую золотом и алмазами. Его хранилище в дворце уже трещало от переполненности, и выбора не оставалось. Хотя многое с последними находками требовало пересмотра, но это всё потом, когда он окажется в спокойном месте. Вот тогда и пересортирует.

Что там задумали Станислав Хромов и Ярослава Журавлёва, его совершенно не занимало. Они наверняка гонялись за какими-то тайнами сверхов и загадочной эволюции, но Ярославу было плевать. Хоть бы в этом городе снова открыли кабинет рефлексотерапии – вот тогда бы он задумался. Сейчас же в голове у него была одна-единственная мысль: как смыться отсюда с добычей и не потерять при этом ни крохи.

Он уже собрался уходить, но снова услышал марш. Теперь шаги были чётче, дисциплинированней – отзвук сапог множился под перекрытиями, словно стены сами подыгрывали этому строевому ритму. Отряд был совсем рядом. Косой тихо выругался и юркнул обратно в ювелирный магазин.

Очевидно, Людвиг не только проговорился о них, но и успел снабдить врагов деталями. Впрочем, Ярослав ещё не поддался панике. Здание было огромным, запутанным, с бесконечными коридорами и заваленными переходами. Даже если солдаты войдут, найти его с наскоку не получится.

Да и сам город тянулся руинами до самого горизонта. Чтобы прочесать каждый дом, каждой подвал, у Консорциума Потанина ушло бы не меньше десяти дней, а то и все две недели, даже если согнать сюда тысячи бойцов.

На пыльной улице, подгоняя колонну, шёл Семён – командир подразделений Потанина. Шёл уверенно, тяжело ступая по асфальту, так что от гулкого звука шагов у Ярослава зазвенело в ушах. Его бойцы держались настороже: по словам Булавкина, Станислав Хромов и Ярослава Журавлёва были слишком опасными. Особенно Хромов, которого в их документах обозначили как человека с уровнем угрозы С.

Самого Косого они считали куда меньшей проблемой. В их глазах он выглядел обычным беглецом, которому просто повезло родиться с грубой силой и умением быстро сводить людей в могилу. Ну, или минимум, доводить до нервного срыва. Но не более. Они не знали его главного секрета – туза, который он приберёг в рукаве.

Семён, опытный солдат, знал цену любой силе. У него за плечами были бои, где силачей в пылу схватки скашивала очередь автомата за считанные секунды. Он был уверен: если Косой опирается только на мускулы, против стволов у него нет ни малейшего шанса.