Чтение онлайн

– Но у Лизы, очевидно, больший запас магической Энергии, - возразил я.

– Что? Ах, да. Конечно, больший. Но, во-первых, она не умеет ещё толком ею управлять. Во-вторых, в Зоне её Сила слабеет. Пойми, Окунь, - горячился Шаман, - это же нонсенс! Мы десять лет учим молодёжь практической магии. Делимся накопленным опытом, который сами когда-то по крупице нарабатывали, ошибаясь и теряя соратников. И вот когда у ребят есть возможность на деле применить свои умения, им дают в руки автоматы! Они стоят на крепостных стенах и ждут, когда на них полезут такие же несостоявшиеся маги. Мы в осаде, как в античные времена, и Павлин не желает покончить с этим позорищем.

– Павлин?

– Ну да. Так за глаза звали Тюленичева до того как один малыш, не подумав, совершил магическое воздействие планетарного масштаба.

Я уже давно привык к таким упрёкам и не стал реагировать. Зато неожиданно взорвался Сергей.

– Правильно, павлин и есть. И я ему перья повыщипаю. Я ему покажу, как моих парней подставлять! Я не посмотрю, что он колдун, не долбаться какой категории, я сзади подойду и по черепу тресну...

Очевидно, было видно, что я не пониманию, о чём речь, потому что зомби счёл нужным пояснить:

– Один квад из диверсионной группы Сергея остался в руках графини, и Леонид Сергеевич не желает принимать меры по их освобождению.

– Четверо отборных бойцов, отличные парни, мои друзья, в конце концов! А я вынужден со стены глядеть, как они эту профуру охраняют!! В этих камзолах дебильных!!!
– продолжал сокрушаться Сергей.

– Довольно, - сказал Шаман, и все затихли.
– Это правильно, что ты всё-таки пришёл, - обратился он уже непосредственно ко мне.
– Я ждал. Сейчас самое время закончить твоё образование. Мы будем заниматься по ночам, чтобы никто не мешал. Старый колдун обучил тебя глупым трюкам, а я покажу настоящее мастерство.

От неожиданности я взял чашку и отхлебнул. Чай оказался великолепным, давно такого не пил. И сладким, как я люблю. Хорошо, что у них чай, а не водка. Можно подумать.

Значит, Шаман решил, что я пришёл квалификацию повышать, а мне ведь и в голову это не приходило. Теперь придётся ночами не спать. Чёрт бы побрал Боброва с его конспирацией. Понятно, что на роль курьера он назначил Сергея. С такой ненавистью к Лёне он согласится мне помочь. С удовольствием согласится. А если намекнуть, что от успеха миссии будет зависеть и освобождение его спецназовцев, горы свернёт.

– Спасибо, - сказал я и поставил чашку на столик.
– Вкусный чай. Так, значит, я вечером зайду?

– Да, - важно кивнул Шаман.

– А пока, чтобы время не терять, Сергей, может, поставишь мне прямой правый? Что-то плечо у меня стало проседать.

Сергей вытаращился. Он-то хорошо знал, как я кулаками могу махать. Когда на меня нападают. Но сообразил, стал из-за столика вылезать. Я тоже откланялся. Уже в коридоре нас догнал зомби.

– Анатолий, я ещё раз хочу вам объяснить, я не собирался их запирать надолго. Мне было необходимо их спрятать! Временно. Для их же безопасности, - он говорил запинаясь, ему было очень неловко.
– Меня шли захватывать, и я готовился к бою. Мне пули и даже лазеры не очень страшны, а вот ваша семья могла пострадать. Я никак не мог предположить, что люк больше не откроется! Я пытался, но он словно стал из живой материи, а живое мне не подвластно.

– Я вас не виню, я говорил. Понятно, так получилось, - пересилив себя, я похлопал его по плечу. Он мне не поверил. Более того, он прекрасно видел, что физически мне неприятен. Зомби повернулся и тихонько побрёл по коридору. Мне было искренне жаль его. Бедный «отмычка».

***

– Как вас зовут?
– спросила Лиза.

– Николай.

– Но это имя для сантехника, а не для зодчего!
– возмутилась Лиза.

– Я художник, - с достоинством ответил Коля большой.

– Не знаю, - усомнилась Лиза.
– Вот раньше имена у художников были благозвучные. Например, Жрецу нравился Илья Глазунов. Илья, вот это хорошее имя для мастера!

– Но был ещё Николай Рерих, - сказал Коля.

– Рерих?
– удивилась Лиза.
– Ну, это же какой-то нерусский.

Коля промолчал. За спиной у Лизы, незаметно для неё, Антон делал успокаивающие жесты, дескать, ничего, ну, дура она, что с неё взять...

– Вы сделаете монумент, - сказала Лиза.
– Здесь, на этом самом месте, месте нашей победы. Памятник величайшему из людей и магов.

– Бюст, ростовая фигура?

– Попробуйте мыслить шире! Уйдите от жанров, проявите творческий подход. Мне видится композиция в стилистике фигур с острова Пасхи. Не стремитесь передать портретное сходство, это не так важно. Главное показать величие замыслов, масштаб личности, могучий интеллект и принцип беззаветного служения людям. Сможете?

– Смогу, - ответил обалдевший Коля.
– Стилистика фигур острова Пасхи моя специальность. А кому монумент?

Лиза взглянула на него, как на полоумного.

– Жрецу, кому же ещё?

– Понятно. То есть само собой. Какой материал предпочитаете? Гранит, мрамор?

– Нет, это должно быть что-нибудь оригинальное, без могильных ассоциаций. Что-нибудь высокотехнологичное.

– Можно цемент с эпоксидной смолой смешать. Метеоустойчивый композит, оригинальная разработка моей мастерской. Сто лет простоит.

– Сто лет? Что ж, для начала это неплохо. Эскиз представите завтра. Приступайте.

Лиза развернулась и в сопровождении мушкетёров направилась к лагерю.

– Она нормальная?
– спросил Коля у Антона.

– Уже сам не знаю. Она сильно изменилась в последнее время.

– Как вы терпите?

– Привыкли.

***

В зашифрованных записях Николаича в реферативной форме описывалась история создания и развития лаборатории по изучению Магии. Той самой, что когда-то заведовал Жрец. И были изложены выводы работы аналитического отдела, в котором работали родители Ярославны Шуйской. А выводы были поразительные.

Создание и использование пси-оружия в последней большой войне привели к необратимым изменениям ноосферы. Изменилась физическая структура материи. Вернее, физическую величину приобрели самые тонкие, эфирные энергии, не поддававшиеся раньше точным измерениям. Ментальное усилие можно было теперь измерить в джоулях, ньютонах и ваттах. Да хоть в лошадиных силах! Выходило, что в зависимости от внутреннего потенциалы, человек мог исполнять любое своё желание. Это и была Магия.

Вот только желания у всех были разные и постоянное взаимное столкновение хотений, воль, стремлений, охот и мечт приводило к подавлению общей магической температуры. Точнее, вело к её невозрастанию. Удерживало на постоянном уровне. Потому что сила действия равна силе противодействия. Так произошло разделение на колдунов и волшебников. Они собирали, аккумулировали излишки Магии в виде эмоциональных выбросов, а без этого любой смог бы набрать такую Силу, что бытовой посыл к чёрту каждый раз создавал бы отдельный, локализованный в пространстве и времени мир с персональным дьяволом и адом для туда направленного. А ведь могли и в жопу послать. И не только...

Поэтому после отмены мной Магии возникла «точка Z». Куда происходил сброс нереализованной материально ментальной энергии. Потому что энтропия изолированной системы не может уменьшаться. Пресловутый второй закон термодинамики. И сейчас, после извлечения из хранилища большого количества магических артефактов эта система пошла в разнос. Потому что закон сохранения энергии тоже никто не отменял.

От всего этого у меня сделалась изжога и головная боль. Я бродил по Крепости и от избытка свободного времени очень натурально представлял себе мир, где все - все до одного!
– маги безграничной Силы. Добрые и злые, радушные и завистливые, склочные и миролюбивые. Волки и овцы. Со своим персональным представлением о том, как всё должно быть ПРАВИЛЬНО. И ничего я не мог сделать, мне оставалось лишь наблюдать, как мир катится псу под хвост. Слабая надежда на то, что Яра сумеет добраться до «точки Z» раньше, чем о ней узнают Лиза или Лёня, вот всё, что мне оставалось. А про экспедицию Гэндальфа я тогда и не знал.