Чтение онлайн

– Они боятся, что в оболочке загорится водород, - пояснила Яра. Её укачало в первые же часы полёта и сейчас мутило всё сильнее.

– Какой водород?
– очень удивился вор.
– У нас вакуумная оболочка. Сейчас проветрим.

Придерживаясь за шпангоут и запинаясь о мешки с балластом, он прошёл к выходу и распахнул люк. Сделанный, как и вся обшивка, из материала, блокирующего Магию.

– Иль нё фо па!
– успел крикнуть один из французов, и всех швырнуло на пол перегрузкой. Самого Гэндальфа чуть не вынесло в открытый люк. Он опрокинулся навзничь, с перекошенным лицом вцепился в решётку пайола. Дирижабль накренился и, подчиняясь возросшей силе тяжести, медленно терял высоту.

– Мы падаем?
– спокойно спросила грузинка.

– Нон мадам, - успокоил её француз.
– Мы мьедленно спускаться.

– Дидад гмадлобд, - поблагодарила грузинка, попыталась сесть прямо на полу, но тут же снова легла.

– Мы мьедленно спускаться прямо в аномалия!
– прошипел второй француз вору в ухо.
– Прямо в гравиконцентрат. В серьёдка!

Из кабины пилотов выполз Чакра. Он потёрся окровавленным лицом о деревянный пайол и сказал:

– У нас водила загнулся. Башкой в стекло врезался.

Тогда Яра встала на четвереньки и поползла в кабину. Ей было легче всех, она была маленькая и меньше весила. Ей надо было всего лишь уловить затухающую в активности Зоны ментальную сущность пилота и перенять навыки управления дирижаблем. Делов-то! Она же не только транслятор, но и трансформатор.

***

Родители Ярославны Шуйской согласились провести эксперимент над собственным ребёнком. Возможно, даже сами предложили использовать себя в качестве подопытных. Именно себя, так как эксперимент начался ещё до рождения Яры. Целей у эксперимента было несколько. И в этом месте конспект Николаича становился невнятен. Я понял только, что именно Яра стала первым ребёнком, у которого ещё до рождения определили будущее Умение. Более того, у меня сложилось впечатление, что это Умение не столько определили, как предопределили. Ни о чём подобном я раньше не слышал.

Оставалось совершенно непонятным, почему родители Яры, судя по всему, не последние люди в ведомстве Жреца, решили отдать дочь колдунам. Были, надо полагать, у них для этого веские основания. А когда поняли, что будут захвачены волшебниками, они что же? Взяли и бросили дочь на произвол судьбы? Фактически оставили умирать в болотах Заповедника? Я этого решительно не понимал. Но кроме предопределённого Умения ребёнку навесили ещё и уникальную способность, о которой Николаич узнал из собственного расследования. Об этом в записях говорилось вполне конкретно. Это было главное, что узнал Николаич. А теперь знал и я. И об этом обязательно должна была узнать Яра. Поэтому я и отправил к ней Сергея.

– Шаман без тебя занятия не начинает, велел привести, - Бобров стоял у меня за спиной и через плечо пытался читать конспект Николаича. Как он вошёл, я опять не услышал.

– Тема урока?
– спросил я, свернув тетрадку и пряча её в карман.

– Вектор заклинания. Направленность магического воздействия и локальность применения, - отчеканил Костян. Было видно, что готовился.

Мы пошли в аудиторию. После перемирия, заключённого для подготовки к турниру, я стал если не любимым, то уж точно самым преданным учеником декана Высшего Волшебного Заведения. Он заставлял меня присутствовать на всех лекциях и, особенно, на практических занятиях. Я так понимал, что Шаман форсирует учебный процесс, опасаясь, что Тюленичеву снова захочется поиграть в войнушку, и студенты разбегутся по крепостным стенам.

Реакция на наше появление случилась бурная. Аудитория взорвалась радостным смехом. Я, как мог незаметно, проверил молнию на джинсах. Нет, ширинка застёгнута. Чего это они?

– Входите Анатолий, - смущенно сказал Шаман.
– Я поясню. Мы, видите ли, как раз разбираем конкретный пример неудачного применения значительного количества Силы одним юношей. Десять лет назад.

– Ну и нечего ржать, - зло ответил я.
– Вас бы тогда на моё место. Я же вообще ничего не умел.

– Не сердитесь, пожалуйста, - сказала стоящая у доски девушка лет шестнадцати.
– У нас это на первом курсе проходят. Смотрите, это совсем просто.

И она показала на написанные мелом формулы. Но я сам уже видел. Действительно, очень просто. Вот только если добавить ещё одну лемму из тетрадки у меня в кармане, следствия получаются страшненькие. Полностью подтверждающие выводы из той же тетради. Абсолютная Магия. Для каждого. Даром.

***

– Ты уверен, что это именно спасатели?
– с сомнением спросил Сергей.
– Они больше на бандитов смахивают.

Бармен недовольно поморщился и выбросил на прилавок пачку патронов 5,45.

– Бандиты и есть. Это мародёры в стаю сбились, когда я вознаграждение объявил за поиск экспедиции.

– Так и что они с той экспедицией сделают, когда найдут?

– Слушай, - разозлился бармен.
– Мне Гэндальф поручил бабло на кон выкатить, если он в контрольное время на связь не выйдет. Десять монет, кстати, оставил! А что там дальше будет, меня не касается. Жрачку брать будешь?

– Тушёнки давай. Пять банок. Сухарей. Сгущенки две банки.

– Есть миноги маринованные.

– Давай миноги.

– Сотню бумажных готовь, - бармен повернулся и через плечо уже бросил: - Не тронут блатные ни Гэндальфа, ни его людей. В авторитете он.

Пока бармен ходил в подсобку, Сергей взял с прилавка рацию, потыкал настройку. На приёме рация шипела помехами, но иногда сквозь белый шум можно было расслышать приятный баритон. Это был известный феномен Зоны - на птичьем языке кто-то спокойно из года в год рассказывал что-то неведомому собеседнику. Ни дешифровать язык, на котором ведётся передача, ни определить источник сигнала не удалось до сих пор. Впрочем, в последние годы уже некому было заниматься дешифровкой. Не до того стало.

– Поклади где взял на место!
– рыкнул бармен, появляясь из подсобки. К волосатой груди он нежно прижимал консервные банки.

– Это вор оставил?
– спросил Сергей.
– Продай.

Бармен грохнул консервы на прилавок и стал застёгивать рубашку. Так он размышлял.

– Ты какой себе маршрут наметил?

– От Кузедеевки до Бара я уже всё обшарил, никаких следов, - пожал плечами Сергей.
– Значит, если живы, будут к Крепости выходить. Туда и пойду. Зигзагом.

– Вот, - довольно сказал бармен.
– И по пути заглянешь в «Тополёк».

– На базу эльфов?
– удивился Сергей.
– Там десять лет как всё бурьяном заросло.

– Это сверху, - негромко сказал бармен.
– А снизу, оказывается, есть система подземных ходов. Орки прокопали, собирались из-под земли на эльфов напасть, шухер им устроить. После всё это забросили. И вот в этих подземельях интересный артефакт завёлся. Принесёшь мне образец, я тебе и рацию подарю, и монет отсыплю.

– Конечно, - сразу согласился Сергей и, пока бармен не опомнился, быстро повесил рацию на пояс. Потом стал закидывать консервы в рюкзак и рассеянно спросил: - А какой артефакт тебе нужен?