Чтение онлайн

Элайна торчала на крыше дома неподалеку, потому могла видеть слаженную работу операторов требушетов, как она их называла. Командир давал отсчет, кричал «Ух», и под этот вопль все дружно тянули за веревки, отправляя в полет горсть камней, которые по крутой параболе падали где-то там за завалом. Стреляли арбалетчики, сидящие на уцелевших стенах.

— Это скорее разведка, чем прорыв, — пояснил один из гвардейцев для Элайны. — Они хотят выяснить, что мы тут построили за стеной.

— Так это лучше днем разглядывать. Что сейчас они увидят?

— Они сейчас намечают маршруты через завалы. Заодно и его немного почистят. Хотя тут работы на неделю. Вот если бы им удалось башню завалить… А так из них с двух сторон весь завал под обстрелом.

Девочка уже давно уяснила, что башни — это такие своеобразные крепости вокруг города. Форты. Сами себе укрепления. Потому завалить башню при осадах считалось лучшей стратегией. Но и обороняющиеся это тоже понимали, потому именно фундаменты башен укрепляли весьма старательно. Стоимость башни выходила по результату запредельной и не всем по карману. Так что иногда башни представляли из себя этакие П-образные выступы в сторону врага без задней стены. Дешево и сердито. Но в Тарлосе на обороне не экономили, и башни тут именно башни! Крепости, от которых шли стены.

Элайна слегка подвигалась на крыше, устраиваясь поудобнее. Даже шпагу сняла и положила рядом, чтобы не мешала. Аурное зрение в определенных пределах помогало видеть ночью, но именно что в определенных. Хотя её занятия с разными цветами помогло ей частично настроить зрение на инфракрасное, но… В общем, тоже не идеал, хотя людей видеть можно… Как такие небольшие костерки с силуэтами людей. Весь остальной фон представлял из себя разные оттенки черного. Ничего не понятно. Работать тут и работать еще. И желательно, чтобы это делал маг, а не недоучка, пусть и гениальная… А что, разве нет?

Девочка вздохнула. Ну себя можно и не обманывать. Как маг она была крепким середнячком, и стезя эта её совсем не прельщала.

Элайна отключила аурное зрение и дальше уже просто смотрела. Задумалась. Интересно, когда там Картен начнет атаку требушета? Прикинула время и поднялась.

— Перемещаемся в другое место.

Гвардейцы переглянулись. Причину, по которой леди сейчас торчала на крыше дома недалеко от пролома, они не понимали. И не понимали, почему капитан не возражал, когда госпожа озвучила своё желание. Только еще солдат в охрану подкинул. Вот так толпой они и перемещались по улицам города. Вскоре они оказались в надвратной башне, которую даже ночью продолжал обстреливать один из больших требушетов.

Элайн осторожно выглянула в бойницу. Снова глянула на небо. На солдат. Потом отошла в сторону и устроилась прямо на полу.

— Если усну, разбудите, когда начнет светать, — велела она.

Гвардейцы снова переглянулись. Не нужно быть гением, чтобы сообразить: что-то намечается и именно на рассвете. Что-то, связанное с этим местом. Потому госпожа и заявилась сюда. Наблюдать.

Время пролетело быстро, и один из охранников растолкал Элайну. Та зевнула, глянула непонимающе, потом вспомнила и подскочила. Подошла к бойнице, посмотрела на небо, на требушет. Замерла…

— Началось, — выдохнула она.

Тут уже и гвардейцы не сдержались и тоже прильнули к бойницам, всматриваясь в сторону требушета.

Харт Тангс, ругаясь сквозь зубы, пробирался через вырытый подземный ход со своими людьми.

— Могли бы и пошире сделать, — бурчал он, хотя и понимал несправедливость обвинений. Люди делали, как могли. И так можно считать это подвигом — суметь провернуть такое под носом у гарлов. Счастье, что гарлы явно такой наглости не ожидали. Это ведь осаждающим принято копать подкопы в город, но никак не обратно. Кто бы ни придумал это дело, но мыслил он явно очень нестандартно. И именно это вселяло надежду на успех.

— Мы у цели, — прошептал один из солдат. — Осталось только вот эту перегородку разрушить, тут немного.

Харт кивнул, и солдат покрепче ухватил кирку. Парой ударов он проломил стену и замер, прислушиваясь. Замерли и солдаты за ним, понимая, что сейчас малейший шум может поставить крест на всей операции. Наконец, солдат ужом вывернулся из норы. Некоторое время царила тишина, а потом снаружи снова раздались глухие удары кирки о землю. Лаз расширили, и вскоре солдаты один за другим оказывались снаружи, и моментально каждый занялся своим делом.

О роли каждого договорились заранее. Кто и что должен делать. Никаких дополнительных команд не требовалось. Разведчики прыснули во все стороны, приготовив ножи. Вот раздался глухой стон часового, никак не ожидавшего нападения с тыла. Ещё небольшой шум, но больше ничего. Тревоги удалось избежать. А солдаты продолжали прибывать из хода. Потащили корзины с кувшинами смеси земляного масла с обычным. Солдаты разбирали факела, рассредоточивались.

Тангс быстро прошелся по периметру, глянул на требушет, до которого оставалось буквально десять шагов. Ход вывели весьма точно — как раз в основании насыпи, которая защищала имперскую машину от обстрела с городских стен. Харт чуть приподнялся, осматриваясь, потом махнул рукой. Сразу десяток его людей устремился вперед, лучники заняли позицию… Вот кто-то из гарлов не вовремя вышел из землянки, застыл и тут же рухнул со стрелой в горле. Солдаты ускорились, вот уже первый размахнулся и швырнул кувшин в основании требушета, следом полетел второй, третий. Кто-то пытался кувшины забросить повыше, кто-то целил в основании, другие кидали их в бочки с чем-то явно горючим, чем обстреливали город.

Вдруг тишину раннего утра прорезал чей-то крик. Тангс дал отмашку. Лучники запалили заранее приготовленные стрелы и дали залп… Второй… Третий… Дерево разгоралось неохотно, но по мере набирания сил, огонь устремился по опорам вверх, выше и выше. Крики стали раздавать чаще, а его люди, тем временем начали поспешно отступать. Лучники прикрывали, заодно добавляя огненного хаоса, перенеся обстрел на шатры.

Харт еще раз глянул на разгорающуюся машину и кивнул — потушить её теперь стало невозможно, тем более лучники отстреливали всех смельчаков, которые пробовали поиграть в пожарников.

Лучники отступали последними… Харт огляделся, убедился, что остался только он, и ввинтился в подземный ход.

— Быстро-быстро, пока не очухались, — начал он подталкивать людей.

Выбравшись в первое расширение, он дождался, когда основная масса людей уйдет дальше, и кивнул остальным. В свете зажженных солдатами огней на ладонях, они подняли с пола веревки, которые тянулись к выходу и которые обвязывали крепежные столбы.

— Давай! И раз! И два! — солдаты дружно налегли, уперлись в землю. Там, откуда они только пришли, раздался треск, скрежет. Первый выбитый столб ход еще пережил, но следом рухнул второй, потом третий. Потолок, больше ничем не сдерживаемый, рухнул, погребая многодневные усилия солдат. Впрочем, своё дело он выполнил на все сто. А что дело сделано, Харт понял, когда, выбравшись из подземного лаза, его подхватили под руки, выдернули, как репку из норы и принялись восторженно хлопать по плечам, что-то крича.

Тангс вывернулся от объятий и бросился к башне, взбежал на стену и замер, глядя на пылающий костер в лагере гарлов. Да уж, теперь и тушить было бессмысленно. Хотя надо отдать должное гарлам — они старались. А в это время по сторонам от пылающей машины раздались крики устремившихся в атаку солдат. Гарлы, отвлеченные пылающим требушетом, даже не сразу сообразили, в чем дело. Всё-таки с дисциплиной у них еще не очень. Даже часовые оказались отвлечены зрелищем. А со стены ударили тяжелые стреломёты, с неба начали падать запущенные уже городскими требушетами камни.