Осада. Часть 3
Шрифт:
— У нас действительно не было времени, — заговорил и капитан. — Решение нужно было принимать быстро. Мы слишком поздно подумали, что в случае атаки на требушеты гарлы начнут туда переводить все резервы и оголят другие участки. Нужно было только понять, откуда станут уводить резервы. А потом последовательно атаковать те участки.
— И как успехи? — впервые заговорила Элайна, не отрывая взгляда от потолка.
— Мы уничтожили много гарловских машин и сожгли припасы, часть небольших лагерей уничтожили. Гарлы праздновали разрушение стены… Очень удачно получилось.
Элайна впервые оторвала взгляд от потолка и посмотрела на капитана.
— Я после каждого боя посещала госпитали. Возможно, я лицемерка, которая ради дешевой популярности помогала паре-тройке солдат… Но то, что я увидела сегодня… Ваша долбанная секретность привела к тому, что в госпиталях находилась только дежурная смена, капитан! Люди зашивались! Я видела, как оказывающие помощь падали от переутомления! Ладно, сначала секретно, но когда вы уже начали атаку — неужели так трудно было отправить оповещение? Тогда не пришлось бы посылать гонцов во все стороны уже, когда раненых понесли потоком! Думаю, вы тут еще целую речь приготовили, как я повела себя неразумно там… Капитан, я могу понять, почему вы не поставили меня в известность, соглашусь, что это было бессмысленным делом, когда вам приходилось срочно готовить планы атаки… Но вот это…
Дайрс отвел глаза.
— Мы не подумали, — с трудом выдавил он.
— Не подумали, что будет много раненых при такой масштабной атаке?
— Леди, ваша система госпиталей, что вы развернули в Тарлосе… Точнее, предложили эту систему… В общем, для нас это тоже внове. Обычно ведь госпиталь работает так, как работает.
Элайна устало протерла виски.
— Я не буду ничего говорить. Полагаю, тут все взрослые люди и все понимают те ошибки, которые были допущены при планировании. Если бы вы оповестили о готовящейся операции Армона Торгена, который, на минуту, тоже член комитета обороны, то мы избежали бы многих проблем… Военный до мозга костей, да? А я вот уже понимаю, что война — это не только солдаты в походе с копьями на плечах. Армон, с вас общий доклад по госпиталям. Сколько поступило, сколько тяжелых, легких, погибших… И какие прогнозы по раненным.
Главный врач Тарлоса торопливо поднялся.
— У меня уже всё готово, леди. — Он суетливо выхватил со стола несколько листов и протянул Элайне.
Та удивленно глянула на врача, но бумаги взяла. Быстро просмотрела. Глянула на итоговые цифры. Поморщилась.
— Лучше, чем я ожидала… Много лучше… Армон, что вы скажете о нашей системе развернутых госпиталей и помощи раненым?
— О… очень продуманно, леди. Благодаря оказанию помощи на месте удалось спасти очень много солдат, помощь владеющих аурой помогла не отвлекать врачей от действительно серьезных случаев… В прошлую ночь помощь многих леди оказалась бесценной. Я не знал, что аристократок обучают этому…
Элайна хмыкнула.
— Армон, леди — будущие матери. Естественно, нас учат оказывать помощь при разных травмах. А это, — она подняла листы с отчетом повыше, — я заберу. У себя почитаю внимательней. Капитан… Надеюсь, такого больше не повторится.
— Да, ваша светлость, — выдохнул он.
Когда Элайна вышла, он глянул на остальных и вытер платком лоб.
— Знаете… — проговорил он. — Мне никогда не было так стыдно, как сегодня… Непередаваемое ощущение, когда тебя отчитывает эта пигалица и тебе нечего возразить…
— А я предупреждал, — буркнул граф Ряжский. — Вы с Картеном заигрались. Пришла в голову гениальная идея, и кинулись осуществлять, никого не поставив в известность.
Элайна с заседания сразу отправилась не к себе, а в гости к леди. Как уж маркиза Охластина узнала о её прибытии, девочка не спрашивала. Только попросила собрать всех, кто помог в госпиталях. Маркиза ни о чем спрашивать не стала. Кивнула.
Элайна прошла в зал, оглядела собравшихся дам, которые настороженно смотрели на неё, явно гадая, что сейчас выкинет несносная маркиза. Та же помолчала. Потом неожиданно поклонилась всем разом.
— Спасибо. Спасибо, что откликнулись и пришли. Благодаря вам очень многие были спасены.
Вот теперь тот самый шок. Девушки застыли, не находя что ответить. Первой пришла в себя маркиза Охластина.
— Что вы, ваша светлость, мы лишь следовали вашему примеру… Вы самоотверженно…
Элайна выпрямилась и резким жестом остановила её.
— Леди… Никогда… Не следуйте ничьему примеру. Не надо. Просто делайте то, что подсказывает вам сердце. Создавайте свой собственный пример, чтобы другие следовали ему. У вас нет своей головы на плечах?
— Нужен кто-то достаточно смелый, кто укажет путь, — вдруг улыбнулась маркиза. — Это вам спасибо, леди. Я впервые почувствовала себя нужной, а не бесполезным украшением, которое защищают наши мужчины.
— Вы тоже?
— Да. Думаете, я не умею остановить кровь и почистить раны? Леди, я пятерых сыновей вырастила и двоих внуков. И если вы позволите, я бы хотела продолжать помогать раненым.
Элайна уже с интересом посмотрела на маркизу и кивнула. Потом глянула на остальных.
— Думаю, вы такая не одна окажетесь. Организовывайте… хм… отряд… гм… аристократок-милосердия и поговорите с Армоном Торгеном. Я предупрежу его, а то, боюсь, бедолагу сердце прихватит.
— Аристократок-милосердия? — усмехнулась маркиза. — Леди, вы совсем не умеете придумывать названия…
— Кто не умеет? Я не умею? — Возмутилась Элайна. — Да моим названиям все завидуют! Не хотите такое, пусть будет… Гм…
— Мы сами придумаем, — торопливо вмешалась маркиза, опасаясь, что Элайна сейчас действительно придумает.
— Никто в меня не верит, — пробурчала Элайна, но как-то несерьезно. — Эх, ладно, всё-таки я добрая очень, придумывайте.
Вокруг рассмеялись. Элайна же, попрощавшись, теперь уже отправилась к себе. Неплохо было бы переодеться. Надо бы объехать укрепления, но без доспехов её точно не отпустят. Снова напяливать эту тяжесть на себя. Отдохнуть бы ещё… Несмотря на весь предыдущий сон, всё равно хотелось прилечь. Первоначальный прилив сил уже схлынул. Но она и так времени много потеряла. Нужно показаться солдатам обязательно. Она не должна показывать, что закрылась в цитадели и боится отсюда нос высунуть. Вечно и везде это проклятое «надо». Уже надоело, признаться. Но… Надо!
Осмон понял, что ошибся почти сразу, как отвел войска из Западной крепости и начал сосредотачивать все силы в Восточной. Герцог моментально перехватил все более или менее приличные дороги, установив там свои крепости. И область действия гарлов моментально сузилась до собственно крепости и небольших окрестностей. Попытка прорыва ни к чему не привела. Точнее, саму эту деревянную крепость им захватить удалось, но что дальше? Западную они перед уходом постарались разрушить… Разломали механизм поднятия решетки на воротах, сожгли сами ворота, выломали все двери внутри, кое-где даже стену начали разбирать. Но это мелочи. За месяц всё восстановят. Но теперь и им там не закрепиться. Им-то этого месяца никто не даст.
— Нужно уходить, — заявил на совещании Осмон. — Иначе нас запрут тут.
— Мы задержим армию лакийцев… — попробовал кто-то возразить.
— Никого мы не задержим, — отрезал Осмон. — Никто не будет нас тут осаждать, а тем более штурмовать. Перекроют все пути своими крепостями, а сами пойдут на соединение с армией герцогства, оставив тут блокирующие силы. Тем более они уже и дорогу начали прокладывать в обход Восточной крепости.
— У нас много припасов…
— Сколько бы их ни было, но они конечны. А мы, замечу, внутри вражеских земель. Лакийцы могут постоянно и пополнять свои силы и подвозить припасы. Нам на помощь никто не придёт.