Чтение онлайн

Он подошел к Лириэль, которая пыталась подняться, опираясь на обломки стола. Ее платье было пропитано кровью и пылью, ее дыхание было свистящим, но взгляд оставался обжигающим.

— Посмотри на них, Лириэль, — Валлакс указал на Валериуса, который лежал неподалеку, не в силах даже поднять голову. — Посмотри на Вивиан, которая готова выгрызть тебе горло, если это спасет ее жизнь. Посмотри на Адриана, чей единственный талант, разрушать то, что он не может понять. Это ради них ты восстаешь против меня? Ради этих хрупких, эгоистичных существ, которые завтра забудут твое имя, если сегодня ты умрешь за них?

Лириэль сплюнула кровь на мраморный пол.

— Я восстаю не ради них, Валлакс. Я восстаю ради права быть собой. Ты хотел создать монстра, который будет сидеть у твоего трона. Но ты создал человека, который познал вкус тьмы и выбрал остаться верным своей боли. Потому что моя боль, это единственное, что ты не смог у меня купить.

Она начала медленно подниматься. С каждым ее движением метка на груди разгоралась все ярче, но теперь это был не багровый свет контракта. Это было холодное, мертвое сияние пустоты, которое она начала черпать из самой сути сделки, обращая ее против господина.

— Ты говорил о праве сильного? — Лириэль расправила плечи, и вокруг нее начал закручиваться вихрь из пепла и искр. — Сила, это не легионы за спиной. Сила, это когда тебе больше нечего терять. И сегодня я самая сильная в этом зале, потому что я уже потеряла все. Дом, семью, любовь и даже саму себя.

Она вскинула руки, и из ее пальцев вырвались не заклинания, а чистые нити сырой энергии. Они впились в тени, окружающие Валлакса, пытаясь опутать его, сковать его физическую оболочку. Принц бездны впервые за все время выглядел удивленным. Он взмахнул мечом, рассекая нити, но они срастались вновь, питаясь его собственной магической аурой.

— Ты используешь мою силу против меня? — Валлакс усмехнулся, хотя в его голосе проскользнула нотка напряжения. — Глупая девочка. Ты лишь ускоряешь свое поглощение. Ты превращаешься в то, что ненавидишь.

— Пусть так! — закричала Лириэль. — Но я заберу тебя с собой обратно в ту дыру, из которой ты вылез!

В этот момент к ней присоединился Валериус. Превозмогая боль, он на коленях дополз до кристалла и влил в него последние крупицы своего родового света. Адриан встал перед ними живым щитом, отбивая атаки мелких бесов, которые, несмотря на запрет Валлакса, пытались прорваться к Лириэль.

— Вместе! — выдохнул Валериус, протягивая руку к Лириэль.

В центре зала образовался магический шторм невероятной силы. Свет академии и тень бездны, направляемые волей Лириэль, сплелись в единое копье. Это было право сильного в его чистом виде, союз тех, кто готов был пожертвовать собой ради общего дела.

Валлакс поднял свой меч пустоты обеими руками. Его облик начал мерцать, обнажая истинную, демоническую форму. Огромные кожистые крылья раскрылись за его спиной, заслоняя остатки потолка, а рога, увенчанные фиолетовым пламенем, пронзили мрак.

— ВЫ НИЧТО ПЕРЕД ЛИЦОМ ВЕЧНОСТИ! — взревел он, и его голос обрушился на них физической волной.

Два потока энергии столкнулись. Зал наполнился звуком, превосходящим человеческий слух. Это был стон самой реальности, которая не могла выдержать такой концентрации силы в одной точке. Стены академии начали рассыпаться в пыль. Колонны рушились, погребая под собой и людей, и демонов.

Лириэль чувствовала, как ее сознание начинает растворяться в этом потоке. Она видела лица своих родителей, видела источник, где впервые встретила Валериуса. Видела холодную улыбку Валлакса в день заключения сделки. Все это смешалось в одну бесконечную вспышку.

Она поняла, что не сможет победить Валлакса силой. Он стихия. Его нельзя убить мечом или заклинанием. Но его можно... изгнать. Если разрушить сам якорь, за который он зацепился в этом мире. И этим якорем была она сама. Ее иетка. Ее контракт.

— Прощай, Валериус, — прошептала она так тихо, что ее услышал только он.

Лириэль резко развернула поток энергии внутрь себя. Она не стала бить Валлакса, она ударила по собственной метке всей мощью объединенного света и тени. Произошел финальный, абсолютный разрыв. Ослепительная вспышка поглотила зал. Лириэль почувствовала, как кандалы контракта на ее душе лопаются один за другим. Валлакс издал яростный, полный боли и разочарования крик. Без якоря его физическая форма начала стремительно распадаться, втягиваясь обратно в разрыв между мирами. Его легионы, лишившись воли господина, начали растворяться в воздухе, превращаясь в безобидный серый пепел.

— МЫ ЕЩЕ ВСТРЕТИМСЯ, НЕВЕСТА! — донеслось из пустоты, прежде чем разрыв окончательно захлопнулся.

Наступила тишина. Абсолютная, звенящая тишина. Лириэль лежала на спине посреди руин того, что когда-то было трапезным залом. Кровавое небо над головой начало медленно светлеть, превращаясь в обычное, серое утреннее небо. Дождь перестал быть кровавым, теперь это были обычные, холодные капли чистой воды.

Она чувствовала, что ее тело почти не подчиняется ей. Метка на груди исчезла, оставив после себя лишь бледный, едва заметный шрам в форме разбитого сердца. Она больше не была невестой демона. Она больше не была пустышкой. Она была никем. Просто человеком, который выжил в эпицентре конца света.

К ней подбежал Валериус. Он был изранен, его волосы были покрыты гарью, но в его глазах наконец-то была ясность. Он осторожно поднял ее голову, прижимая к себе.

— Лириэль... Ты сделала это. Ты спасла нас.

Она попыталась улыбнуться, но силы оставили ее. Адриан стоял неподалеку, опираясь на свой зазубренный меч, и молча смотрел на них. Вивиан где-то в углу рыдала, закрыв лицо руками. Ее мир рухнул, и в новом мире для ее интриг не осталось места.

Академия лежала в руинах. Великая цитадель света пала, но люди, находившиеся в ней, впервые за долгие века почувствовали вкус настоящей свободы. Свободы, которая пришла через тень и была оплачена ценой одной-единственной души.

Лириэль закрыла глаза, слушая, как где-то вдали поет первая птица, выжившая в этом хаосе. На горизонте занимался новый рассвет. Рассвет, который она создала своими руками.

— Теперь мы свободны, — прошептала она, погружаясь в глубокий, целительный сон, в котором больше не было места ни демонам, ни принцам, ни контрактам.

Тишина, воцарившаяся в зале академии после временного отступления первых демонических волн, не была тишиной облегчения. Это была тяжелая, удушающая пустота, напоминающая затишье перед сокрушительным ударом гигантского молота по хрупкой наковальне человеческих судеб. Воздух, пропитанный гарью и едким, сладковатым запахом серы, казался неподвижным монолитом, сквозь который сотням адептов приходилось буквально продираться при каждом вдохе. Сотни студентов, израненных, покрытых слоем пепла, перемешанного с запекшейся кровью, жались друг к другу в самом центре зала, образуя живой островок отчаяния посреди величественных, но теперь бессильных руин.

На высоком мраморном возвышении, где еще недавно в лучах магического света сияли золотые штандарты академии, теперь стояли магистры и высшие инквизиторы. Их роскошные мантии, расшитые заклинаниями защиты, были изорваны в клочья, а лица, обычно преисполненные холодного высокомерия и уверенности в собственной непогрешимости, теперь отражали лишь один первобытный, животный страх. Валериус стоял впереди всех, его рука мертвой хваткой сжимала рукоять фамильного меча, но клинок заметно дрожал, выбивая мелкую дробь о камни. Его хваленый наследный свет, который долгие годы считался в академии эталоном чистоты и незыблемости, теперь мерцал тускло, прерывисто и болезненно, словно фитиль свечи, догорающей в ледяном склепе.