Чтение онлайн

Обиделся? Или разозлился?

Что ж, она — девушка юная, малоопытная, воспитанная во льдах и снегах, намеков не понимает… Хороший же образ, если играть по правилам.

А если нет? Насколько терпелив этот человек?

Как же она устала от всего!

Хочется домой. В свою детскую, где тихо, спокойно, где много книг, где подушки вышиты мамой…

Да, хочется на те креслица, под уютную лампу, в круг ее света, из которого мир кажется большим и прекрасным, таинственным и чудесным в своей доброте и прелести. Когда Лиза вырастет, она пройдет по всем дорогам этого мира, она узнает все его чудеса.

Ты выросла, Лиза.

Чудес нет. Здесь предлагают только ужасы, но не картонные, как в твоих книгах, а настоящие — до боли, до беспомощности, до холода в сердце.

…Лаки распахнул высокую дверь в «Столичные моды». Госпожа Ирма встречала их — свежая, улыбчивая.

— О, Небо, — теперь Лэрд припал к ее ручке. — Вы самая прекрасная женщина в этой части света!

Та захихикала жеманно.

— Вы такой льстец! Но умеете будить любопытство в женщине. И кто же прекрасен в той части света? — заблестела на Лаки глазами модистка.

— Я подданный своей Королевы! — пылко воскликнул Лаки. — И самая прекрасная женщина на свете для меня — Она! Но вы! Вы! Вы, великолепная Ирма, вы — вторая после нее!

— Хи-хи-хи! Как приятно это слышать — я обошла саму Королеву! Тогда я могу быть спокойна, не правда ли, лир? Ведь Королева — мать своим подданным! Вы любите ее как почтительный сын, не так ли?! И в вашем сердце еще осталось место, прекрасный лир? Скажите, осталось?

— У меня, — с незнакомой Лизе интонацией ответил Лэрд, приложив руку к груди. — очень большое сердце!

Когда, по-прежнему рассыпаясь в комплиментах модистке, он ушел, едва ли взглянув на Лизу, Ирма спросила ее с усмешкой:

— Твой ухажер взялся тебя воспитывать, девочка моя? — смотрела она, впрочем, серьезно, с толикой грусти

— В каком смысле? — уточнила девушка, оглядывая приемную залу.

— Сегодня нет никого, — правильно истолковала ее взгляд Ирма. — Такая погода! Я еще накануне отпустила своих девушек. Мы здесь одни. Можешь говорить без оглядки. А что до Лэрда — он не первый раз провожает тебя, и всегда вел себя корректно. Сейчас же вдруг он начал довольно грубо флиртовать, прямо на твоих глазах. Ты ему отказала, да?

— Нет. Лир Лэрд ничего у меня не просил, чтобы я ему отказывала.

Ирма усмехнулась:

— Ты не понимаешь его намеки? Ведешь себя с ним, как со всеми остальными? Не трепещешь ресницами, не смотришь с восхищением, не алеешь своими нежными щечками?

— Мне кажется, трепет моих ресниц ему по большому счету и не нужен. Он здесь ведь не за этим? — прямо посмотрела на Ирму девушка.

— Да как сказать, как сказать… Не за этим. Но и это для него — приятный бонус. Знаешь, как за глаза называют Лаки? — спросила Ирма и сама же ответила на свой вопрос. — Обольститель. Лаки красив! Так красив, что хоть сади его на булавку и неси в музей как редкую бабочку. Я хотела сказать, конечно, немного иначе: как лучший вид человеческого рода.

— Что-то мне подсказывает, что Лаки Лэрд, услышь он вас, не оценил бы ваш комплимент по достоинству, — усмехнулась девушка.

— А это не комплимент. Это мое пожелание красавчику Лаки Обольстителю. Я желаю, чтоб однажды так случилось. И в музей заносить э т о вовсе не обязательно.

— Вы были знакомы раньше, — догадалась Лиза.

Ирма смотрела на нее странно, и не сразу покачала головой.

— Он первый раз увидел меня здесь. Но кое в чем ты права, однако, это совсем другая история. Девочка моя, у меня какое-то нехорошее чувство. Я скажу сегодня Волкову, чтобы они заканчивали разыгрывать историю с тобой и забирали тебя в Оплот.

— А разве моей встречи с Волковым здесь сегодня не будет?

— Ты видела газеты?

— Да! Но Николай Егорович предупредил, что это неправда.

— Конечно, неправда.

— Почему вы в этом уверены?

— Я знаю.

— Ответьте мне честно, пожалуйста. Я просто не конца понимаю, что происходит вокруг меня. Единственное, что я знаю: скорее всего, ничем хорошим для меня это не закончится, — Лиза постаралась вложить в свой голос хотя бы толику слез. Увы, со слезами у нее всегда были сложности. Пришлось прокашляться и продолжать нормальным голосом:

— Я надеюсь на Хранителя Севера, но газеты уже второй раз приносят мне весть о том, что Хранитель мертв. А вы говорите, что сейчас это не так, но при этом Волков не придет на встречу. Вы ничего мне не объясняете. И я вам верю, видимо, просто потому, что больше некому верить, — сердито сверкнула она глазами.

Ирма взяла ее за руку.

— Мы друзья тебе. Мы друзья твоим родителям. Мы честны с тобой. А сейчас просто знай и никому не говори: барона не было на том корабле.

— Не было? Он покинул Империю на лайнере. Газеты писали об этом. Да, эти портреты были на всех столбах с бесплатной расклейкой. И я сама их видела.

— Мало ли что пишут в газетах? — Ирма пожала плечами. — Ты просто очень юна и не знаешь, что газеты такое же оружие, как пистолет, а в некоторых случаях даже лучше. Всякий раз, когда ты открываешь газету, думай не о том, что пишут, а о том — зачем это написано.

— И зачем же эти новости о смерти младшего барона?

— Он уже единственный, Елизавета, — глаза Ирмы были сухи, но голос прозвучал надтреснуто. — И, когда ты встретишься с бароном, задай ему этот вопрос. А сейчас мы с тобой слишком далеки от места события…

— Я бы так не сказала, — перебила Лиза. — Мне кажется, я в эпицентре чего-то…

— Согласна, — кивнула Ирма. — Но я уточню, мы с тобой далеко от тех событий, о которых пишут газеты. И нам отсюда просто ничего не видно. Когда мало информации, ошибиться легко и поэтому я не буду отвечать на вопрос: зачем? Лучше ты мне скажи: почему Лаки не остался сегодня тебя караулить? Это входит в твое «наказание» или есть другая причина?

— Да нет же! Саватий дал ему какое-то поручение. А вам он просто стал доверять. Наверное. Других объяснений у меня нет.

— Какое поручение дал ему Саватий?

— Я не знаю.

— Когда вы поедите в монастырь, постарайся быть приветливой, очень приветливой. Пожалуйста, Лиза, разговори его. Попробуй выяснить, что за поручение, но осторожно — не вспугни. Возможно, ты получишь ту информацию, которой тебе недостает. Хорошо? Потом поделись со мной, — она улыбнулась.

— А вы точно модистка?

Ирма расхохоталась в ответ:

— Неужели не похожа? Разве моя одежда плоха? Тебе не нравится?

— Нет, — теперь засмеялась Лиза. — Вы — отличный мастер, и я хотела спросить цену своего плаща. Сегодня я вполне поняла, что ткань совсем не так проста, как можно подумать.