Чтение онлайн

– Почему ты грустишь? Я вижу, что твоя душа плачет, но ты не позволяешь этим слезам пробиться наружу.

– Ты просто сейчас меня назвал почти так же, как называл меня мой лучший друг. Хольс всегда мне говорил, что я маленький злыдень.

– О, Хольс!
– улыбнулся Сафиер.
– Я помню его и этого несносного мальчишку Воиса. Эти засранцы как-то раз хотели у меня стянуть гитерн, но ничего у них не вышло!
– мужчина рассмеялся.
– Как они там? Я помню, вы всегда ходили вчетвером. Ох уж и намучилась с вами Алдора. Думал, с возрастом вы разбежитесь, но нет, четырехлистный клевер оказался нерушимым.

– Откуда ты знаешь про четырехлистный клевер?

– Так тетя твоя рассказывала мне, еще много лет назад. Хоть она и злилась на вас, но все же, гордилась вашей дружной четверкой. Вы хоть и были детворой, но даже я, в то время ста семилетний мужчина, завидовал вашей нерушимой связи.

Я горько усмехнулась.

– Связь, все же, оказалась недолговечной.

– О, крошка, мне жаль, - в голосе Сафиера послышалось искренне сочувствие.
– Но сейчас на тебя много чего навалилось. Наберись терпения, все наладится, и ты вернешься к своим несносным мальчишкам, - певец положил свою теплую ладонь мне на плечо, и это едва не заставило меня разрыдаться.

– Воис ушел, Саф. Он решил больше не возвращаться в Батигар и вообще к нам. У нас все сложно. Я его люблю и дорожу им, но не так как он хотел бы.

– Ох, уж эта уязвленное мужское самолюбие. Дай ему время остыть, Лами. Вы же были близкими друзьями, такое просто так не должно пройти, - подмигнул мне мужчина.
– А как там Хольс? Насколько я помню, он женился незадолго до того, как я попал в Картоксар. Мне всегда нравился этот мальчик. Очень добрый и вежливый.

Мои глаза защипало, в горле образовался ком. Не произнеся ни слова, я подошла к Стикруту и достала из седельной сумки лунный камень. Я протянула минерал в руку Сафиеру.

– Лунный камень? Зачем он мне? Я вроде помирать еще не собираюсь, - усмехнулся мужчина.

Не мигая, я смотрела на Сафиера. Улыбка стала сползать с его небритого лица.

– Это камень Хольса, - прошептала я.
– Второй такой же у Паулиты, его жены.

– Не может быть, - выдохнул мужчина.
– Как это произошло?

Я села рядом с ним и рассказала ему всю историю, не забыв упомянуть о клятве Инзуру. Мне захотелось высказаться ему, поделиться своей болью. Я никогда не была лично знакома с Сафиером, я только лишь слушала его песни и баллады, когда он выступал в Батигаре. Все наше общение ограничивалось коротким приветствием в виде кивка головой, но сейчас, сидя посреди Леса Гарпий, мне захотелось обнажить свою душу перед ним. Пусть увидит все мои раны, пусть выслушает меня.

Бард внимательно смотрел мне в глаза и не перебивал, лишь иногда его брови хмурились или взлетали вверх от удивления. Когда я закончила свой рассказ, он взял мою руку в свои ладони и прикоснулся к ней потрескавшимися губами.

– Ламара, я сочувствую твой утрате. Да поможет тебе Инзур в твоем деле, да не покинет тебя Альмит[1].

Мужчина поцеловал два пальца правой руки и по очереди приложил их к своим глазам.

– Да примет его Отрома в своих Дворцах. Еще раз соболезную твоей потери, моя красавица.

– Спасибо, Саф.

– Твоя цель благородна, хотя и жестока, но в нашем мире по-другому нельзя. Для меня будет честью рассказывать о тебе баллады, Ламара Фламмис. Ты — истинная дочь великого Хамара и Далии.

– Так во-о-от кого ты нам напоминаеш-ш-ш-шь, - послышалось за нашими спинами протяжное женское шипение.

Я подскочила на ноги и развернулась, вытаскивая из ножен кинжал, Сафиер с визгом спрятался за моей спиной, а Стикрут обеспокоено заржал и попятился. Передо мной стояли две красивые девушки. На вид им было не больше двадцати пяти лет. У одной были прямые пепельные волосы, которые скрывали грудь. Сама она была одета в желтое, почти прозрачное платье, которое демонстрировало каждый изгиб ее тела. У девушки было овальное лицо, нос с небольшой горбинкой и гладкая светлая кожа. Широкие губы домиком расплылись в хищной улыбке. Изо рта она высовывала тонкий змеиный язык. Вторая девушка была с волнистыми темно-аметистовыми волосами, которые доходили ей до поясницы. Она тоже была невероятно красива с бронзовой кожей в своем прозрачном голубом платье, через которое просвечивались грудь, живот и маленький треугольник волос между ногами. Ее губы были чувственными и четко очерченными, прямой нос и высокие скулы. Она тоже несколько раз высунула свой раздвоенный язык, как и первая гарпия. Я обратила внимание на глаза девушек: оранжевые в середине и кроваво-красные по краям с вертикальными зрачками. Они были пугающе прекрасными, словно вулканическая лава.

– Ты так пох-х-хожа на Х-х-хамара, - пропела девушка в голубом платье. Она сделала один шаг навстречу мне, я тут же попятилась, выставив кинжал перед собой.

– Не бойс-с-с-ся, дитя, - произнесла вторая гарпия.
– Мы не причиним вреда ребенку С-с-серебряного С-с-стражника и Целительницы.

Я не подала вида, что удивилась ее знанию моего предназначения.

– Мне, может, и нет, а вот что насчет моего друга?
– я чувствовала, как Сафиер трясется позади меня от страха.

– Зачем он нам?
– прошипела светловолосая девушка.
– Он не предавал с-с-своей возлюбленной, потому что у него ее никогда не было, и ни одной

ж-ж-ж-енщ-щ-щины он не убил.

– А вот ты-ы-ы, -произнесла девушка в голубом, приблизившись ко мне совсем вплотную. Острие моего кинжала уже касалось ее груди, но гарпию это не пугало.
– От тебя разит с-с-с-смертью. Убила двоих-х-х-х и совсем недавно. Они еще даже не ус-с-спели добраться до дворцов нашей богини.

– Жаль, но мне пришлось, - ответила я.

– Не ври-и-и-и, - вторая девушка подошла ко мне так быстро, что я не успела ничего сообразить.
– Тебе не жаль, Ламара. Есл-с-сли бы пришлось, ты бы убила внов-в-ь. Тебе это понравилос-с-сь, я это чувствую. Ты испытывала нас-с-слаждение, когда видела, как ж-ж-жизнь покидает его ничтож-ж-жное тело.

Я сжалась от ее слов. В глубине души, если она у меня есть, конечно, я понимала, что она права. Я готова растерзать Тэктоса за то, что он сотворил с моим другом, но сама ничуть не лучше чем он. Я убила двоих, безжалостно, не раздумывая, хотя могла просто их оглушить. Я не смогла бы впечатать их в стену, потому что они были под зельем, но я бы могла поднять любой предмет и ударить им. Парни бы остались живы, мы бы ушли незамеченными. Но я захотела их убить.

– Ох, не кори с-с-себя, малыш-ш-ш-ка Ламара, - словно прочитав мои мысли, прошипела светловолосая гарпия.
– Ты прос-с-сто дочь с-с-своего отца. Он тоже был готов пойти на вс-с-се ради с-с-спасения близких.

Кому, как не мне знать это.

– Откуда вам известно про отца? Кто вам сказал мое имя?

Гарпии хрипло рассмеялись.

– Сколько вопросов! Х-х-хамар и Далия много лет назад жили в Долине Пс-с-сив, а это рядом с нашим лес-с-сом. Твой отец был единс-с-ственным, кто не боялс-с-ся сос-с-седствовать с нами, ведь он был с-с-самым верным муж-ж-ем и человеком чес-с-сти. Вс-с-се гарпии его уваж-жают, - светловолосая девушка мне улыбнулась, продемонстрировав острые клыки.
– Мы помним тебя с-с-совсем малыш-ш-кой. Х-х-хамар нам расс-с-сказывал о тебе, когда прих-ходил в лес-с-с на охоту. Мое имя Тиз-з-зура, дитя.

– А я — Халива, - представилась вторая гарпия.

Мне показалось, или гарпии слегка поклонились мне?

– Приятно познакомиться. Это Сафиер, - я указала на мужчину, который практически сполз к моим ногам.
– Он известный бард и мой друг.

– Не надо бояться, певец - усмехнулась Халива.
– Ты нам не интерес-с-сен.

Он перестал дрожать и выглянул из-за моего плеча.

– Спасибо, что не съели, милые д-дамы.

Гарпии звонко рассмеялись.

– Тебя ищут нес-с-сколько человек, - произнесла Тизура, глядя на меня.
– С-с-среди них та женщина, которая приходила с-с-сюда много лет назад на поиски Мидолы, и ее дочь, которая понимает язык з-з-зверей.