Чтение онлайн

– Да все, как всегда, Михаил Васильевич.

– Ну вот и давай, Глаша, неси как всегда.

"Глаша?" - вздрогнул Огурцов.
– "Глаша...".

Что за мистика? Сначала Миша Кошмар невесть откуда взявшийся, теперь Глаша...

– Что, понравилась девочка?

– Да... То есть... Не в этом дело.

– Ох, бригадир, сложный ты стал человек. "Не в этом дело". В этом, милый, в этом. Проще надо быть и народ к тебе потянется. Какой с телкой может быть разговор? Либо понравилась, либо нет. Что еще?

Огурцов покачал головой. Конечно, не прост этот Миша Кошмар, ох, не прост. Но не объяснять же ему все.

– Ладно, не хочешь, не говори. А если понравилась, все-таки, скажи.

– Зачем?
– быстро спросил Огурцов.

Кошмар хлопнул себя ладонями по коленям.

– Ну ты даешь... Видно, у вас, писателей, точно в головах полный бардак. Я, вообще-то, всегда так думал. Теперь убедился.

Бутылка "Родниковой" уже стояла на столе. Уже дымились жульены в блестящих металлических чашечках, уже матово блестели сочные с виду яблоки, груши, виноград в широкой низкой вазе, Кошмар уже наливал в рюмки, а Огурцов все никак не мог придти в себя.

"Эта ночь должна что-то значить. Не может она закончиться просто так".

– Давай, бригадир, за то, чтобы все у нас было.

Чокнулись.

Огурцов выпил - с опаской - несколько лет ничего крепче кефира, ведь, не употреблял.

Однако, водка прошла привычно, словно и не делал он долгой паузы, когда казалось ему, что и вкус водочный позабыл. Прошла и зажглась в животе горячей, светлой лампочкой с отражателем, поставленным таким образом, чтобы свет от этой лампочки был направлен в голову.

Кошмар сразу же налил по второй.

– Давай теперь за наш троллейбус. А, бригадир? У меня тогда трудный период в жизни был. Много денег должен был людям серьезным. И личные проблемы. В общем, пил, опустился... А деньги - знал, где взять, только время нужно было. Думаешь, я на этой студии работал за эту гребаную зарплату? Шухерился просто. Мимикрия - есть такое слово.

– Ну да, знаю.

– Конечно знаешь. Ты же писатель. Ты все должен знать. В общем, сваливать мне было нужно. Вычислили меня. А бабок не было - ну вообще. Я же не грабитель, не вор квартирный. Такими делами никогда не занимался. Вот, троллейбус наш мне и помог. Старт легкий дал. Выкарабкался, в общем. Ну, если бы не он, что-нибудь другое бы придумал. Так что давай за то, что помог ты мне тогда сильно. Вперед, бригадир!

– Вперед, - Огурцов чувствовал как все его тело становится легким, послушным, ловким и сильным.

– Я тебя случайно увидел, - повторил Кошмар.
– решил отблагодарить. У нас, - он сделал многозначительную паузу.
– У нас принято за добро добром платить. Что ты думаешь по этому поводу, писатель?

– Я...

Огурцов вдруг вспомнил, что несколько лет уже исповедывал жесткий, как ему казалось, принцип - с бандитами не пить, подарков от них не принимать и дел совместных не вести. А Кошмар - явный бандит. Они, ведь, разные бывают бандиты. Могут и не убивать своими руками, и морды не бить, и, как, вот он говорит, в квартиры чужие не лазить. А один черт - бандиты.

– Я...

– Что, западло, что ли?
– весело спросил Кошмар.
– Или боишься, все-таки?

– Ничего мне не западло, - сказал Огурцов.
– И не боюсь я. У меня все нормально.

– Ну, вот и ладушки, - сказал Миша.
– Тогда на дачу ко мне поедем. Идет? Покажу тебе дачу свою. Увидишь, чего умный человек в наши дни достичь может.

"Хвастаться начал. Ну, точно, бандит. Из грязи в князи и - хвастать первому встречному - во какой я крутой. Во у меня всего сколько".

– Поехали, - сказал Огурцов. Авось, пригодится материал для какой-нибудь книги. Писатель иногда должен жизнь наблюдать непосредственно. На одной фантазии далеко не уедешь.

– Глаша, - крикнул Кошмар.
– Глашенька, поди сюда, солнышко мое...

"Сон. Просто сон", - снова подумал Огурцов.

***

– Глашка...

– Да?

– Почему мы с тобой раньше не встретились?

– Всему свое время. Мой приятель один так говорил - всякому овощу свой фрукт.

– Нет, это неправильно.

– Слушай, принеси чаю.

Дача у Миши Кошмара была двухэтажной, срятанной от дачных домиков небольшой березовой рощицей. Проехать к ней можно было только по узкой лесной дорожке, петляя и прыгая на ухабах.

"Ну и местечко выбрал Кошмар для своей резиденции, - думал Огурцов, мягко - благо джип был приспособлен к бездорожью - мягко взлетая и опускаясь на заднем сиденье.
– Неужели не мог поближе к дороге человеческой. Не такой уж он и бедный, судя по всему".

– Люблю глухомань, - сказал хозяин джипа. Миша сам вел машину, несмотря на то, что изрядно, даже по меркам Огурцова, выпил в клубе.

Огурцову не впервой было ездить на машинах с пьяными водителями и он не особенно беспокоился по этому поводу. Судя по всему, Кошмар был водителем классным, не лез на рожон, не лихачил, не гнал по ночным пустым улицам, хотя и мог бы - деньги для штрафов у него были в достатке - это Огурцов заметил еще в клубе, да и машин на всем пути от клуба до дачи им встретилось крайне мало.

В предутренние часы накануне выходных ездить по городу - одно удовольствие.

А если человек отдает себе отчет в собственных действиях и головы не теряет - он может по пустой улице и пьяным проехать.

Но, на самом деле, Огурцов, на протяжении всего пути не думал ни о Кошмаре, ни о том, куда они едут и чем будут заниматься по прибытии на место. Он держал за руку Глашу - девушку из собственных снов, девушку, о которой писал новый роман, которую он никогда в жизни не видел, но знал лучше, чем кого бы то ни было в этом городе. Да и не только в городе. Он держал за руку девушку, о которой мечтал всю жизнь.

Глаша молчала, улыбалась, изредка тихо отвечая на замечания Кошмара, который справлялся о работе клуба, о посетителях - вопросы, как понимал Огурцов, были совершенно не обязательными, просто, видимо, Миша, как и многие водители, имел привычку разговаривать за рулем.

– Люблю глухомань, - повторил Кошмар, когда машина высветила фарами высокий дощатый забор.
– Как-то в лесу, бригадир, спокойнее. Люди надоели, знаешь, устал от людей. Но не все. Ты на себя мои слова не примеривай. Мы с тобой сегодня отдыхаем. И девочка наша отдохнет. Уработалась там, в шалмане своем. Верно, Глаша?

– Да, - усмехнувшись ответила официантка.
– Это точно. Устаешь там, в клубе.

– Ну, ничего, ничего. Все мы пашем, - заметил Миша и аккуратно направил джип в распахнувшиеся перед ним ворота.