Чтение онлайн

Через три дня раздался звонок в дверь, за которой ее ожидала корзина желтых роз и приложенная к ней карточка с вопросом: «Желтые розы достаточно отвратительны?».На этом «бомбардировка» закончилась, но настроение Лейн улучшилось.

Во время очередной встречи Джон удивил ее, спросив об их отношениях с Фергюсом.

— Ну, назвать это отношениями в полном смысле слова пока нельзя, — ответила она. — Сейчас мы слишком заняты. Но я надеюсь возобновить их с того места, где мы остановились, после съемок фильма.

— Когда в последний раз ты говорила с ним?

Посчитав, Лейн, к собственному удивлению, объявила:

— По-моему, недели три назад.

Джон молча смотрел на нее тяжелым взглядом.

— В чем дело? — возмутилась она.

Он потер подбородок и вздохнул.

— Не волнуйся, я и сам этому не рад.

— Чему не рад? — Она вскочила. — Что ты ходишь вокруг да около?

— Ладно. Сядь, я объясню.

Лейн нехотя снова села.

— Так в чем дело?

— Вчера Ян Торнтон пригласил меня на ленч.

— Ян Торнтон?

— Ты знаешь его?

Раздраженная Лейн нетерпеливо ответила:

— Разумеется, я знаю, о ком ты говоришь. Он сценарный редактор моего сериала. Посещает все встречи. На вид лет двадцати, носит очки в темной оправе. Как я могу его не знать?

— С тобой и так трудно говорить, Лейн, а ты не облегчаешь мне задачу.

— А я должна? — озадаченно спросила Лейн.

Джон встал.

— Не помешало бы, черт возьми. Очень скоро я понял, что Ян говорит не о работе, а о тебе. Ты его интересуешь, Лейн, но он не хочет наступать кому-то на пятки. Я... предложил... свои услуги.

Лейн уставилась на него.

— И как ты собираешься приступить к этому?

— Ну...

— Ты же знаешь мою ситуацию. Отчасти, но создал ее ты, и слава богу! Почему было не ответить ему прямо!

— Послушай, Лейн, при нормальных обстоятельствах я бы так и сделал. Но, понимаешь, парень достаточно влиятельный...

— Денежные знаки в твоих глазах выдают тебя с головой, Джон, — заметила Лейн.

Он сбить себя с толку не позволил.

— В конце концов, мы здесь говорим о Фергюсе Ханне.

Лейн прищурилась.

— И что это должно означать?

— Если бы ты попыталась хоть на минутку стать реалисткой, то бы поняла, что я хочу сказать. Ханн один из первой десятки актеров. Он на десять лет тебя старше... И, если грубо, Лейн, у него жена и ребенок.

Лейн снова поднялась и посмотрела ему в глаза.

— Я полностью в курсе. Но он к тому же человек, который проделал на машине путь до острова Скай, чтобы только убедиться, что я не зачахла, и убедить меня в своей любви, несмотря на клеветническую отраву, посланную ему тобой по факсу.

— Достаточно посмотреть на вас теперь, — заметил он. — Будь честной и признайся, что это охлаждение.

Лейн уставилась на него.

— И не подумаю. Это так же «горячо», как и было. И никакого отношения не имеет ни к тебе, ни к Яну Торнтону!

Джон плюхнулся на стул.

— Он хороший парень, и он любит тебя, вот и все. Ты могла бы позволить ему пригласить тебя на ленч. Вреда от этого не будет.

— Если Ян Торнтон желает обговорить в деталях сценарии нынешние и будущие, он может оплатить мой ленч. Хороший парень или нет, об остальном пусть забудет. Передай ему от моего имени, если заговорит на другую тему, я верну аванс и продам свой сериал кому-нибудь еще.

— Это невозможно, это было бы незаконно, — предостерег ее Джон.

— Не уверена, что меня это остановит!

Лейн хлопнула дверью и, возмущенно бормоча себе под нос, спустилась на улицу. Он так ничего и не сделал с этими ступеньками!

Она еще полыхала гневом, когда вошла к себе в квартиру. Вместе с тем Лейн понимала, что Джон задел ее больное место. Фергюс не ответил на ее последнее письмо ни письменно, ни по телефону, ни розами. Лейн платила тем же — полным молчанием. Но теперь это касалось не только ее личной гордости. Джон предал это огласке. Она смотрела на опавшие сухие темные лепестки некогда желтых роз, надеясь в душе, что они не станут символом состояния их отношений.

Лейн схватилась за телефон, набирала номер за номером; никого не застав, ни Фергюса, ни Макса, ни Роуэна, везде оставляла сообщения. Прошло два дня, но никто не позвонил. У нее появилось навязчивое предчувствие: что-то неладно. И она снова начала звонить. Ей удалось выяснить, что группа выехала на натурные съемки, понадобилось еще немало времени, чтобы уточнить куда. Через пятнадцать минут Лейн забросила рюкзак в машину и отправилась в Дорсет. Мыслей в голове не было, зато, по крайней мере, она действовала. По дороге попала в ливень, словно разверзлись хляби небесные, и дворники с трудом справлялись с потоком воды.

Съемки наверняка отменили, подумала Лейн, а у нее нет ни малейшего представления, где они остановились. Когда она добралась до шоссе А31, словно по волшебству дождь кончился, в разрывы туч хлынул солнечный свет, преобразив окружающий пейзаж. Лейн ахнула от такой красоты и повеселела.

Наконец она съехала на обочину и вскоре увидела на вершине холма аппаратуру и пеструю группу людей. Видимо, ливень обошел это место стороной. Тем временем облака таяли и начало припекать. Лейн поднималась по травянистому склону. На полпути ей стало жарко, она стянула с себя свитер и повязала его на талии.

Роуэн резко обернулся при ее приближении, опасаясь, что кто-то из публики может попасть в камеру, но сразу узнал, махнул рукой, улыбнулся и снова вернулся к работе. Вокруг юного героя в коляске стояла группа актеров-ровесников, ожидая, когда их позовут. Лейн сразу узнала сцену, которую они готовились снимать. Бочком подойдя к Роуэну, она шепотом спросила:

— Где Макс?

— В вагончике... у него сенная лихорадка...

И, отвернувшись, тут же забыл о ней, как всегда, когда работал на съемочной площадке.

Лейн, посмотрев немного сцену, в которой мальчишки наскакивают и запугивают сына Леннокса, поспешила вниз.

Найти Макса не составило труда, его чихание слышно было издалека. Лейн постучала в дверь и заглянула.

— Макс?

— Кто там?

Лейн вошла и закрыла за собой дверь.

— Это я.

Макс сидел, уткнувшись в носовой платок. Вид у него был удивленный, но не смущенный.

— Что ты здесь делаешь?

— Я автор, — напомнила Лейн.

— Рад видеть тебя. Только не смотри на меня так, Лейн. У меня всегда на пыльцу такая реакция.