Чтение онлайн

Она смотрела на него в упор, словно в ловушке, прижатая спиной к двери.

— Пожалуйста, сэр, позвольте мне покинуть комнату.

— При условии и только после того, как вы дадите исчерпывающие ответы на мои вопросы.

Он взял Лейн за плечи и усадил на постель, а сам прислонился к двери.

— Почему не шла работа?

Лейн обрадовалась, что может доказать обратное.

— Уже пошла! Я исписала груду бумаги. — Она вскочила на ноги. — Хочешь, покажу?

Фергюс удержал ее и снова усадил.

— Перестань со мною так обращаться, — угрожающе заворчала Лейн.

Он продолжал как ни в чем не бывало.

— Ты прекрасно понимаешь, я исхожу из жалобы Джона Тревора, что после Греции ты никуда не годилась.

— Так это просто...

Фергюс предостерегающе поднял палец.

— И я не хочу снова услышать, дескать, что взять с такого Джона!

Она сердито перебросила назад волосы.

— Не забывай, я болела. Понадобилось много времени, чтобы вирус окончательно вышел из моего организма. Вот и все.

Фергюс потер ладонью лоб, бормоча вполголоса:

— Ну конечно, вирус. Как удобно. А теперь с вирусом все в порядке?

Она молча смотрела на его ноги.

— Я спрашиваю, с вирусом покончено?

Не поднимая глаз, Лейн ответила:

— Сам видишь, на доходягу не похожа. Я уже сказала тебе, что снова начала писать.

Фергюс присел возле нее на корточки, вынуждая таким образом смотреть Лейн ему в лицо, а сам внимательно вглядывался в ее черты.

— Ты произнесла мое имя в присутствии Джона, когда с тобой произошел тот эмоциональный срыв. Это тоже из-за вируса?

Ей хотелось крикнуть: «Конечно, нет, чертов дуралей, ведь ты же сам все понимаешь». Вместо этого она ответила так, как ей подсказывал здравый смысл.

— Чтобы он перестал допытываться, я... назвала первое попавшееся имя. Вот и все.

Лейн опустила ресницы и тут же открыла глаза, услышав, как он застонал от досады.

— Значит, ты хочешь сказать, что я напрасно проделал путешествие?

От этих слов Лейн поникла, всю ее браваду как ветром сдуло.

— Я не знаю.

— Ты все чертовски хорошо знаешь, — пробурчал он, поднимаясь.

Он повернулся к ней спиной и раздраженно ерошил волосы. Вдруг он обернулся к ней, такого гнева на его лице она еще не видела.

— Ради бога, Лейн, перестань играть! Раз уж мы с Ханной примирились с тем, что после твоего отъезда в нашей жизни образовалась черная дыра, я думал, ты, по крайней мере, проявишь немного искренности.

Лейн вглядывалась в лицо Фергюса, пытаясь осмыслить его откровение, которое одним махом могло бы разрушить ее решимость. Она медленно встала.

— Если я причинила кому-то боль, то ненамеренно. И, конечно, я понимаю, каково человеку, когда в его жизни образуется черная дыра. Ты был так нужен мне, а тебя не было. Но я не собираюсь обманывать себя, Фергюс. Все равно, в будущем меня ожидало бы то же самое... разочарование и боль. За последнюю неделю, что я провела здесь, мне удалось прикрыть эту черную дыру, и я не хочу, чтобы она возникла вновь. Неужели ты не способен это понять?

Но в глазах его светилось холодное непонимание.

— Та же позиция, что и перед твоим отъездом, но не ты ли страдала все эти недели? Если бы не твое чертово упрямство, все шло бы своим естественным путем и ты бы только радовалась. Не надо быть такой эгоисткой.

Она ощетинилась и разразилась тирадой.

— Отчего же? Помнится, я готова была перед отъездом пойти естественным путем, тогда ты тоже обозвал меня эгоисткой. Куда ни кинь, всюду клин.

Она ринулась мимо него к двери и тут же услышала:

— Твои шесть недель были бы еще более мучительными, если бы я тогда не сдержался, хочешь верь, хочешь не верь.

— Не верю! — Лейн повернула ручку двери, но Фергюс снова ее прижал. — Пусти!

— Лейн...

— Фергюс, ты выпустишь меня отсюда?

— Нет.

Ему надо было это предвидеть, но он забыл. Лейн ударила его ногой в голень и распахнула дверь, когда он согнулся пополам от боли. И хотя она тут же пожалела, сделанного было не исправить. Задыхаясь от боли, он произнес сквозь стиснутые зубы:

— Черт бы тебя побрал, женщина!

К этому моменту Лейн уже была за дверью. Ужас перед совершенным заставил ее застыть на месте. Во взгляде его было больше недоумения, чем гнева.

— Ты второй раз это проделываешь!

— Извини.

Фергюс яростно потер ногу, затем выпрямился и с вызовом встретил виноватый взгляд зеленых глаз.

— Вернись сюда.

Она не двинулась с места, только еле заметно качнула головой. Он поманил ее согнутым пальцем.

— Или ты вернешься сюда, или мне самому придется вернуть тебя.

Лейн развернула плечи и откровенно призналась:

— Мне не нравится, как идет этот диалог.

— Диалог мы всегда сможем почистить, Лейн.

Тон ей тоже не нравился. Понимая, что это неизбежно, она подошла к нему.

— Как ты помнишь, я извинилась.

Фергюс взял ее за плечо, провел тыльной стороной ладони по щеке, затем пальцем обвел подбородок и погладил шею. Когда дошел до верхней пуговицы рубашки, остановился.

— Повернись, — сказал он.

Она колебалась, пытаясь прочитать по его лицу, что он задумал. Он был хорошим актером, и его лицо ничего ей не сказало.

— Давай.

Лейн повернулась. Что бы он ни задумал, в глубине сердца она всегда знала, что может ему довериться. Тем не менее Лейн глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. Фергюс собрал ее волосы и намотал на кулак, оттянув ей голову. Дрожь предвкушения пробежала по ее телу. Она содрогнулась от жгучего поцелуя за ухом. Потом он целовал каждый кусочек ее плоти, добираясь до уголка губ. Свободная рука скользнула за пояс и вытащила рубашку, медленно пробираясь снизу вверх и расстегивая пуговицу за пуговицей. Наконец он оголил ей плечо. Не в силах шелохнуться, она чуть было не простонала его имя, когда он мягко спросил:

— Ты ведь была искренна, Лейн, когда попросила прощения?

— Да, — послышалось словно вздох.

— Тогда повторяй за мной: я обещаю...

Он приблизил губы к ее уху.

— Я обещаю, — почти не дыша повторила она.

— ...никогда больше... — Фергюс поцеловал ее в шею, — ни пинать Фергюса ногами по отдельным частям его тела...

Лейн улыбнулась про себя.

— ...не пинать Фергюса ногами по отдельным частям его тела...

— ...ни при каких обстоятельствах...

На этот раз он поцеловал ее в плечо и голос ее дрогнул, когда она повторила: